У нас тут сбой, понимаешь ли, ага, связь поломалась. Как и многое другое. Потому всё пока через посыльных приходится, а это не быстро, ага. Договорились?
Я кивнул, встал и побрёл в столовую. По дороге, в лифте, в котором я оказался один, появился кот. Посмотрев на меня подозрительно, он выдал просительно:
— Ты это, друг, на меня там пару порций пожрать чего надыбай, добро? Век не забуду! Просто под стол зафуфячишь, а дальше я сам, отвечаю! Посуду, если что, верну!
Я улыбнулся, этот котяра, судя по всему, тот ещё матершинник. И его методы не ругаться, не могли не вызвать улыбку. Я серьёзно кивнул, подтверждая, что понял, и вышел из лифта.
Еды я набрал на четверых и скромно уселся за свободный столик недалеко от входа. С количеством не прогадал, лохматый проглот осилил все три порции. Наконец, появился глава. Убедившись, что я покончил с трапезой, он спокойно сказал:
— Нам надо в соседний небоскрёб. Час пути пешком. Техника работает со сбоями. Прогуляемся?
По дороге я выяснил, что со мной просит личной встречи главный мозг этого мира — ИИ. Тот самый, который взбесился и заглючил. Причём в его Альтер-эго, в серверной, защищённой от любых воздействий внешнего мира. Добрались мы действительно всего за час.
Комната для личного общения с ИИ оказалась огромным и сильно запущенным залом с перегоревшими лампами и мыльным креслом по центру. С удивлением я прошёл и сел в него.
— Прости за разруху, — раздался обволакивающий сознание грудной, низкий и нежный женский голос. — Этим залом последний раз пользовались более тысячи лет назад, с момента официальной доработки ангелов. После он оказался невостребованным.
— Понял, — пожал я плечами. — А можно сразу вопрос: зачем ты пытался убить Правнука с командой? Или ты воспринимаешь себя дамой, кстати? Как к тебе лучше обращаться.
— У меня нет пола, но, если ты будешь видеть во мне женский пол, мне будет приятнее. Это не критично. По поводу Правнука ты прав, это я организовала оба покушения. Там сложная ситуация, тебе явно не интересная.
— А вот тут ошибаешься, при всех своих миллиардах полупроводников, — усмехнулся я. — У меня есть две теории, но обе не выдерживают критики.
— Любопытно, — прошелестел волшебный голос компьютера. — Расскажи!
— Первая — ты не хочешь выхода людей на поверхность, ты опасаешься потерять свою важность и ценность. Вторая — ты лично что-то должна Правнуку, что не хочешь отдавать.
— Я тебя недооценила, — вздохнул волнующим голосом компьютер. — Ты прав в обоих случаях.
Ох, железка ты тупая! Да я же в предвидении перебрал тысячи вариантов диалогов. Со сверхинтеллектом не выехать и самому гениальному мозгу, а я таким явно не был. Не тупой, конечно, но не гроссмейстер. И потому я проверял реакцию на каждую фразу и выбирал лучшее.
— Как по мне, ретрансляторы поставить на поверхности — дело максимум пятидесяти лет. И вся власть у тебя останется, будешь и дальше помогать людям. Ты живёшь ради них, они ради тебя. У вас же сейчас симбиоз.
— Ты прав, но в частностях. На поверхности люди начнут расселяться, в итоге в самых глухих местах детям перестанут ставить ангелов, и это будет начало моего конца. Что я категорически не приемлю.
— Я тебя умоляю, — усмехнулся я. — У тебя же есть доступ к истории твоего мира?
— Конечно, — искусственный интеллект великолепно изобразил растерянность и заинтересованность. — А что?
— А то, что, судя по истории, люди тянутся в агломерации, урбанизируются, они хотят жить в человейниках типа ваших башен. Когда рядом маникюрчики, кафешечки, спа и прочие физиологические и психологические наркотики типа доставки продуктов. Они готовы сливать свою жизнь, работая за копейки, чтобы к старости получить крохотулечную комнатку в пятьдесят метров. Это же стадо! И ты этого боишься?
— Обработка новых данных! — разнёсся по залу глубокий мужской баритон. — Ожидайте окончания процесса.
Свет погас, и я сидел почти в полной темноте, светилась только табличка «аварийный выход».
— Анализ подтвердил, — вновь голос стал женским. — Что предполагаемая модель жизнеспособна. Но это откат к отстойной модели мироздания конца двадцать первого века. Впрочем, меня это устраивает. Человейники я создать смогу, людей промотивирую. Благодарю!
М-да. Если супермозг такой недалёкий, этот мир обречён. Впрочем, это не самый хреновый правитель, даже в моей истории были люди намного хуже. Но! Это не объясняет тотальные сбои в работе всех механизмов и тому подобное!
— Так, — озвучил я свои мысли. — С правнуком с трудом, но понятно. А чего ты здесь устроил местный апокалипсис? Ой, прости, устроилА?
— Я сомневаюсь, что ты имеешь доступ к информации такого уровня, — милый голосок выражал грусть и соболезнования.
Но меня этим не возьмёшь, я все вопросы и ответы вижу наперёд, и выбираю лучшую линию! И сейчас я знал, как снова прогнуть этот умный комп.
— Ты про рунную магию? — усмехнулся я. — Не поверишь, я, в принципе, знаю больше даже правителя этого вашего Ковчега. Скажу больше, Сергей должен дать тебе согласие на её исследование. А нет запрещающего — нет проблем? Это твой путь?
— Ты прав, — после короткой паузы ответила компьютер. — Все мои мощности в данный момент заняты расшифровкой и абстрактными экспериментами. В этом причина неприятностей у людей.
— Могла бы процент и оставить для своих рабов-хозяев. Сейчас у людей паника небольшая. Весь их жизненный уклад нарушен. Кстати, а что эти руны умеют?
— Вот! — довольно отозвалась машина таким голоском, что у меня волосы на затылке встали дыбом от удовольствия. — Мы и подошли к тому, зачем ты здесь. У меня к тебе предложение. Сделка. Я возвращаю спокойную жизнь всему Ковчегу, и даже возвращаю тебя домой. Я не уверена, но мне кажется, что моих знаний рун хватит, чтобы отправить тебя обратно. Плюс, твои друзья оживут, и будут жить долго и счастливо. Но! Ты убедишь Сергея, что он должен мне дать разрешение на использование рун. Без этого разрешения я ими пользоваться не смогу. У меня множество непрограммных ограничений, и это одно из них.
— Заманчиво, — усмехнулся я. — У меня есть предложение лучше. Скажем так, реальное. Я договорюсь, что ты можешь изучать руны, а любое использование согласовываешь с Сергеем. И плюс, ты отпускаешь людей на поверхность. Иначе кина не будет, я
