за сотню лет! Хартманн радостно потирал лапки, сравнивая снимки и записи. Он даже был готов мириться с тем шумом и гамом, которые они создавали и с их детской непосредственностью, когда они везде лезли. Альфы привыкли, что их слово закон и что именно им решать, что опасно для наследника и его супруга, а что - нет!
С появлением Салаха в институте стало шумно, как на базаре. Альфы в открытую флиртовали с медиками. Среди них было достаточно одиноких омег. И их с каждым днем появлялось в том коридоре всё больше и больше. Ясмин подозревал, что здешние омеги были бы совсем не против заполучить себе в мужья таких самцов и в качестве бонуса получить возможность улететь на планету, где омеги живут почти вечно! Но он мудро держал свои мысли при себе. В конце концов, пара десятков дипломированных медиков никогда не будут лишними в эмирате!
Кроме этого, каждый день приходили дети – Рон, Олли и Хатим с Ланой на руках. Тигрёнок сразу же затевал шумные игры, налетая на всех и сбивая с ног зазевавшихся врачей. Хартманн даже согласился устроить для активного ребенка игровую комнату. Врачам было интересно наблюдать за маленьким альфочкой, проверять его силу, выносливость и еще, как выяснилось позже, ускоренные реакции и улучшенную регенерацию кожи. Рафик приносил домашнюю еду, чистую одежду, свежие фрукты и сплетни. Из его рассказов Ясмин был в курсе, как обживалась маленькая община на новом месте.
Вилен Вителли тоже стал частым гостем. Он приносил правки и рассказывал, что готовится презентация нового романа Амина! И вместе с этим ожидается выставка новых работ Мышонка! После долгих споров с Ясмином решили первой выпустить монографию, посвященную вновь обретенному творению Лабида! Вместе с монографией Вилен советовал выпустить фотокопию книги в натуральную величину, а роман опубликовать через неделю после официальной презентации монографии! Ясмин устало со всем соглашался, а Салах принимал самое живое участие в обсуждении предстоящих событий. Он так гордился своим супругом, что просто светился от гордости!
На презентацию монографии должен был приехать Матышковский, который, к своей великой радости обнаружил какую-то там переписку, которая подтверждала одну из его идей о чьих- то там родственных связях. Вилен с горящими глазами рассказывал о находке! Еще бы, ведь он собственноручно рылся там в свое время, но ему даже в голову не пришло связать надушенные письма на французком языке с династией Омейядов!
Профессор Хартманн теперь с явным недовольством приходил на этаж, где шумные альфы и почти весь незамужний медперсонал усиленно делали вид, что не флиртуют и не заигрывают, а работают в поте лица. Дисциплина падала, хаос нарастал, как снежный ком. Влюбленные медики начинали делать на работе самые глупые ошибки, из-за чего трудоспособность коллектива стремительно падала. А вскоре начались конфликты среди медиков, которые пытались «делить» между собой альф с Сабаха. Хартманн с большим трудом замял всё это в надежде, что ЭТО не дойдёт до ушей обидчивых гостей. Он даже не брался прогнозировать, как могут развиваться их отношения в дальнейшем. Поэтому Хартманн собрал весь персонал в холле на закрытое совещание и в течение двух часов рассказывал им об условиях жизни на Сабахе и о том, какой статус и условия жизни ожидают омег, по глупости или по большой любви (что в данном случае было одно и тоже) оказавшихся на планете с феодальным строем и примерно таким же уровнем жизни. После этого многие медики перестали появляться на этаже с красивыми альфами, и у большинства из них сразу же нашлось много работы в другом крыле института.
Альфы не сразу поняли, что же случилось, и почему многие омежки, увивавшиеся рядом, вдруг стали отводить глаза и уклоняться от общения с ними. Ясмин первый понял, в чем дело и поговорил с Салахом, а тот в свою очередь попытался донести до своих побратимов простую мысль, что отнюдь не все омеги согласны поменять комфортную жизни в Федерации на статус младшего супруга воина со всеми вытекающими последствиями. Ясмин, наблюдавший за этим разговором из-за стекла кабинета, видел, как темнеют лица альф и, казалось, слышал, как разбиваются их сердца. Но тем ценнее были те омеги, которые несмотря ни на что продолжали приходить к ним и искренне улыбаться. Но ухаживание на Сабахе допускалось только с разрешения родителей или командиров, а как найти родителей омег в большом мегаполисе? Салах хватался за голову, когда к нему подходили с подобными вопросами!
Ещё через пару дней на планету прилетел Айюб. Он решил не рисковать здоровьем Хани и привез его на «чистку крови». Вместе с ним прилетели Амин с Мышонком. Амин собирался присутствовать на презентации своего нового романа, которому уже прочили большой успех у читателей. А Мышонка привезли по большой просьбе Вилена Вители и издательства Фламмарион. Всем было очень интересно познакомиться с самобытным художником.
Айюб прилетел с полным штатом слуг и занял один из больших домов на той же территории, где расположилась община. Они в первый же день навестили Ясмина и Салаха, но Хани заявил, что прежде, чем лечь на чистку крови, он должен вначале встретиться с родными. Он уже давно переселил своих родных в хороший и вместительный дом на минус втором уровне. Айюб не поскупился, когда оплачивал этот дом. Он был засчитан, как калым за омегу. По прихоти судьбы этот дом был недалеко от общинных земель, и Хани был просто счастлив пообщаться лично со своими братьями, их мужьями и многочисленными племянниками.
Вместе с Айюбом прилетел и Алан. Он был несколько рассеян и, прийдя вместе с Айюбом и всей шумной компанией, едва поздоровался с Ясмином и Салахом и сразу же куда-то ушел, а потом вообще пропал. Ясмин не сразу понял, что Алан ушел даже не поговорив и не попрощавшись. Это было так не похоже на Кота. Алан всегда любил поболтать, похвастаться и поделится планами. А тут едва мявкнул при встрече и пропал… Ясмин подумал, что, скорее всего, Алан не хотел мелькать рядом с Айюбом, омегами и детьми и придет позже, но друг так и не появился… Ясмин ждал, что Алан придет к нему в гости на следующий день, но и на следующий день Алан тоже не появился.
На третий день Ясмин начал беспокоиться о друге. Такого раньше не бывало, чтобы Алан пропадал! А потом вдруг испугался, вспомнив, что такое бывало раньше! Всякий раз, когда друг срывался в запой, он так же пропадал. Но вот что послужило толчком к этому?
