Триодь постная. Святой и Великий Пяток. Утреня. Седален после 6–го антифона.
Кий тя образ, Иудо, предателя Спасу содела? Еда от лика тя апостольска разлучи? Еда дарования исцелений лиши? Еда со онеми вечеряв, тебе от трапезы отрину? Еда иных ноги умыв, твои же презре? О, коликих благ непамятлив был еси! И твой убо неблагодарный обличается нрав, Того же безмерное проповедуется долготерпение и велия милость. Каким образом, Иуда, ты сделался предателем Спасителя? Или Он отлучил тебя от собрания апостолов? Или лишил дара исцелений? Или, пригласив их на вечерю, тебя отверг? Или их ноги умыл, а твои презрел? О, о скольких благах ты позабыл. И изобличается твоя неблагодарность, проповедуется же Его долготерпение и великое милосердие.
Триодь постная. Святой и Великий Пяток. Утреня. Антифон 7.
Триши отрекся Петр, абие реченное ему разуме, но принесе к Тебе слезы покаяния: Боже, очисти мя и спаси мя. Отрекшись трижды, Петр тотчас вспомнил о том, что было ему предсказано, и принес Тебе слезы покаяния: Боже, очисть меня и спаси меня.
Триодь постная. Святой и Великий Пяток. Утреня. Седален после 12–го антифона.
Егда предстал еси Каиафе, Боже, и предался еси Пилату, Судие, Небесныя Силы от страха поколебашася. Егда же вознеслся еси на древо, посреде двою разбойнику, вменился еси с беззаконными, Безгрешне, за еже спасти человека: Незлобиве Господи, слава Тебе. Когда Ты, Боже, предстал перед Каиафой и был предан Пилату, о Судия, Небесные Силы от страха поколебались. Когда же Ты вознесся на крест между двумя разбойниками, Ты был причислен к беззаконникам, о Безгрешный, ради спасения человека. Незлобивый Господи, слава Тебе.
По окончании антифонов исполняется седален, в котором говорится об искупительном значении крестной смерти Спасителя (этот же текст вновь прозвучит в самом конце службы):
Триодь постная. Святой и Великий Пяток. Утреня. Седален после 15–го антифона.
Искупил ны еси от клятвы законныя честною Твоею кровию, на кресте пригвоздився и копием прободся, безсмертие источил еси человеком, Спасе наш, слава Тебе.
Ты искупил нас от законного проклятия Своей драгоценной кровью, будучи пригвожден к кресту и пронзен копьем, Ты стал источником бессмертия для людей. Спаситель наш, слава Тебе.
За антифонами следуют 6–е Евангелие (см.: Мк 15:16–32), посвященное распятию Христа, и Блаженства, перемежающиеся со стихами на тему распятия. Далее диакон произносит прокимен «Разделиша ризы моя себе, и о одежде моей меташа жребий» со стихом «Боже, Боже Мой, вонми Ми, векую оставил Мя еси». Эти стихи из 21–го псалма подводят к 7–му и 8–му Евангелиям (Мф 27, зз–54 и Лк 23:32–49), повествующим о смерти Спасителя и отделенным одно от другого 50–м псалмом. Сразу же за 8–м Евангелием следует трипеснец, в котором упоминаются все основные события последних двух дней жизни Христа, начиная с умовения ног. По окончании трипеснца трижды исполняется экзапостиларий:
Триодь постная. Святой и Великий Пяток. Утреня. Экзапостиларий по 9–й песни трипеенца.
Разбойника благоразумнаго во едином часе раеви сподобил сей, Господи, и мене древом крестным просвети и спаси мя. Благоразумного разбойника Ты, Господи, за один час сподобил рая. И меня просвети древом креста и спаси меня.
Последние четыре Евангелия (Ин 19:25–37; Мк 15:43–47; Ин 19:38–42 и Мф 27:62—66) перемежаются с хвалитными псалмами, стихирами и заключительными молитвами утрени.
Лейтмотивом через все богослужение Великой Пятницы проходит тема Матери, стоящей у креста Своего Сына. В Евангелиях о присутствии Матери Божией на Голгофе упоминается лишь вскользь. Богослужебные тексты, напротив, уделяют этой теме большое внимание, вкладывая в уста Богородицы трогательные монологи, обращенные к Ее распятому на кресте и умирающему Сыну:
Триодь постная. Святой и Великий Пяток. Утреня. Стихира на хвалитех.
Распеншуся Ти, Христе, вся тварь видяши трепеташе, основания земли позыбашася страхом державы Твоея: Тебе бо вознесшуся днесь, род еврейский погибе, церковная завеса раздрася на двое, и мертви и от гробов воскресоша, сотник же, видев чудо, ужасеся. Предстоящи же Мати Твоя вопияше, рыдаюши матерски: како не возрыдаю и утробы Моея не бию, зряши Тя нага, яко осуждена, на древе висяша? Распныйся и погребыйся, и воскресый из мертвых, Господи, слава Тебе. Когда Ты, Христос, был распят, все творение, видя, трепетало, основания земли колебались от страха перед властью Твоей. Ибо когда Ты вознесся (на крест), род еврейский погиб, завеса в храме разорвалась надвое и мертвые воскресли из гробов, сотник же, увидев чудо, ужаснулся. Матерь же Твоя, предстоя, восклицала, рыдая поматерински: как не буду рыдать и ударять Себя в грудь, видя Тебя обнаженным, висяшим на кресте словно осужденного? Распятый и погребенный и воскресший из мертвых, Господи, слава Тебе.
Триодь постная. Святой и Великий Пяток. Утреня. Стихира на стиховне.
На древе видяши висима, Христе, Тебе, всех Зиждителя и Бога, безееменно Рождшая Тя вопияше горько: Сыне Мой, где доброта зайде зрака Твоего? Не терплю зрети Тя неправедно распинаема: потшися убо, востани, яко да вижу и Аз Твое из мертвых тридневное воскресение.
Видя Тебя, Христос, Создателя и Бога, висяшим на кресте, бессеменно Родившая Тебя взывала с горечью: «Сын Мой, куда ушла красота Твоего облика? Не терплю видеть Тебя неправедно распинаемым: поспеши, восстань, чтобы и Я увидела Твое тридневное воскресение из мертвых».
Еще одним лейтмотивом богослужения Великой Пятницы является тема духовной гибели еврейского народа, распявшего Христа. Авторы богослужебных текстов обращаются к иудеям с обличениями от имени Бога:
Триодь постная. Святой и Великий Пяток. Утреня. Антифон 12.
Сия глаголет Господь иудеем: людие Мои, что сотворих вам? Или чим вам стужих? Слепиы ваши просветих, прокаженныя очистих, мужа, суша на одре, возставих. Людие Мои, что сотворих вам? И что Ми воздаете? За манну желчь, за воду о нет, за еже любити Мя, ко кресту Мя пригвоздисте. Ктому не терплю прочее, призову Моя языки, и тии Мя прославят со Отцем и Духом, и Аз им дарую живот вечный.
Вот что говорит Господь иудеям: народ Мой, что сделал Я тебе или чем тебе досадил? Слепцов твоих Я сделал зрячими; прокаженных очистил; человека, лежащего на одре, восставил. Народ Мой, что сделал Я тебе и чем ты отплатил Мне: за манну желчью, за воду уксусом, за любовь — вы пригвоздили Меня ко кресту. Более этого Я уже не потерплю и призову к себе Мои народы; они прославят Меня с Otllom и Духом, и Я дарую им жизнь вечную.
Триодь постная. Святой и Великий Пяток. Утреня. Стихира на хвалитех.
Два и лукавная сотвори перворожденный сын Мой Израиль: Мене остави Источника воды животныя, и ископа себе кладенец сокрушенный: Мене на древе распят, Варавву же испроси и отпусти. Ужасеся небо о сем, и солнце лучи скры: ты же, Израилю, не усрамился еси, но смерти Мя предал еси. Остави им, Отче Святый, не ведят бо, что сотвориша. Два зла сделал первородный сын Мой Израиль: Меня, Источник воды живой, оставил и высек себе водоем разбитый (см.: Иер 2:13), Меня на древе распял, Варавву же выпросил и отпустил. Ужаснулось этому небо, и солнце лучи скрыло, ты же, Израиль, не устыдился, но предал Меня смерти. Прости им, Отче Святый, ибо они не знают, что сделали (см.: Лк 23:34).
Подобные тексты до недавнего времени содержались и в латинском богослужении, однако папа Римский Иоанн Павел II принял решение исключить их из богослужения из–за их ярко выраженной антииудейской окрашенности. В Православной Церкви тоже раздаются отдельные голоса, призывающие изъять так называемые «антисемитские» тексты из богослужения Страстной седмицы.
В ответ на подобные предложения следует, во–первых, сказать о том, что цитированные тексты отнюдь не имеют антисемитский характер: они лишь содержат нравственную оценку того, как иудейский народ поступил со Спасителем. Одновременно они являются предупреждением для всякого народа, который встанет на путь богоборчества. Ведь в истории человечества было немало народов, которые считали себя богоизбранными, но которые, подобно Израилю, оставляли Источник воды живой и выкапывали себе разбитые колодцы.
