— А-А-А, ТВАРЬ, ПУСТИ МЕНЯ! — во весь голос вопит Элеанор. — ПУСТИ, МНЕ БОЛЬНО! СУКА! МРАЗЬ! А-А-А-А!
— Я не позволю оскорблять себя и своих близких, — уверенно заявляет Ракель. — И ради них порву любого. ЛЮБОГО!
Ракель залупляет Элеанор еще пару крепких пощечин и вынуждена вступить в рукопашную схватку, когда женщина валит ее с ног больным ударом по лодыжке и сильно вцепляется в ее волосы. Ну а тем временем полицейские прекрасно видят, что Элеанор уже начала безжалостно избивать Ракель, которая не всегда успевает реагировать и громко вскрикивает от сильной боли после каждого удара руками и ногами. В какой-то момент они забывают об угрозе быть подстреленными и спешат девушке на помощь с целью оттащить от нее обезумевшую преступницу, решив воспользоваться тем, что в ее руках уже нет пистолета.
— Элеанор, сейчас же отпустите девушку! — резко сорвавшись с места, громко требует Александр. — Элеанор! Элеанор Вудхам! Немедленно остановитесь! Я приказываю !
Однако Элеанор никак не реагирует, поскольку слишком увлечена рукопашной борьбой с Ракель, чья одежда успела порваться в некоторых местах после нескольких перекатываний из одной стороны в другую, и чья голова начала немного побаливать из-за попыток преступницы вырвать ей волосы с корнем. Александр прекрасно это видит и решает воспользоваться моментом, резко подбежав к своему пистолету, который по-прежнему лежит на полу. Но едва стоит ему подобрать оружие, как Элеанор переводит взгляд на него, подбирает лежащий неподалеку серебристый пистолет и резко переводит его на инспектора Бредфорда.
— КУДА! — истерички вопит Элеанор, заставив Александра резко остановиться и замереть. — СТОЯТЬ НА МЕСТЕ!
— Сдавайтесь, мисс Вудхам, — уверенно требует Александр, медленным шагом подбираясь поближе к Элеанор и держа пистолет направленным на нее. — Вам уже ничего не удастся сделать.
— НИ ЗА ЧТО!
— Не совершайте ошибку, которая может дорого вам стоить.
— НАЗАД, Я СКАЗАЛА! — Элеанор угрожает оружием всем остальным полицейским. — ВСЕМ СТОЯТЬ! НИКОМУ НЕ ДВИГАТЬСЯ!
— Если вы не сдадитесь прямо сейчас, то мы будем вынуждены открыть огонь и выстрелить, — заявляет один из полицейских.
— Стреляйте сколько хотите! Я вам сказала, хотите поймать меня – убивайте!
— Вы совершайте ошибку, — спокойно говорит Александр.
— Предупреждаю, если вы не уйдете отсюда, то я перестреляю вас всех к чертовой матери.
— Я прекрасно понимаю, что вы нервничайте. Нервничайте, потому что понимайте, что оказались в безвыходном положении, и вам некуда бежать.
— ЗАМОЛЧИТЕ! — во весь голос ревет Элеанор.
— Говорю еще раз, у нас нет цели стрелять в вас намеренно. Это не наша главная цель. Мы не хотим убивать вас и причинять вам какой-то вред.
— ВСЕ, ДОВОЛЬНО! Я И ТАК ПОТРАТИЛА НА ВАС КУЧУ ВРЕМЕНИ, ХОТЯ УЖЕ ДАВНО МОГЛА БЫ ПОКОНЧИТЬ С ЭТОЙ КУРИЦЕЙ И ЕЕ ТЕТКОЙ, В МОЛОДОСТИ КРУТИВШАЯ ЗАДНИЦЕЙ ПЕРЕД МУЖИКАМИ И УБИВШАЯ МОЕГО ОТЦА!
В этот момент Ракель, которая уже успела подняться на ноги и сейчас стоит за спиной у Элеанор, резко толкает ее таким образом, что та поддается вперед и роняет свой пистолет. После чего девушка тут же получает сильную пощечину от своей противницы и еще несколько секунд борется с ней в рукопашную и обменивается крепкими ударами по всем возможным уязвимым частям тела.
— Ах ты гадина! — возмущается Элеанор. — Смеешь нападать со спины на саму ЭЛЕАНОР ВУДХАМ! НА ТУ, ЧТО ЛЮБЯТ И УВАЖАЮТ ВО ВСЕЙ АНГЛИИ!
— Пора уже признать свою вину и ответить за свои поступки, — уверенно заявляет Ракель.
— Ничего, сучка, тебе недолго осталось сопротивляться. — Элеанор со всей силы бьет Ракель по лицу. — Недолго осталось ныть и умолять о пощаде.
— Когда вы уже поймете, что вам некуда деться? — недоумевает Ракель, отбиваясь от нападок Элеанор с помощью какой-то книги, которую она подбирает с пола, и которой наносит преступнице крепкий удар по виску. — Когда наконец-то сдадитесь полиции и ответите за все то, что сделали? За то, что обманывала честных людей… И за то, что вредила моей тете!
— НИКОГДА!
Элеанор снова залупляет Ракель пощечину, после которой та с громким визгом заваливается на пол и роняет книгу.
— Элеанор Вудхам никогда не сдастся полиции! — с гордо поднятой головой заявляет Элеанор. — Никогда не будет сожалеть о том, что сделала с этой старой гадюкой, которая лишила меня самого дорогого мне человека на свете.
— Мисс Вудхам, у вас нет другого выбора, — спокойно говорит еще один из полицейских. — Или вы отпускайте эту девушку и сдаетесь добровольно, или мы будем вынуждены выстрелить в вас.
— СТРЕЛЯЙТЕ СКОЛЬКО ХОТИТЕ! ЖИВОЙ Я ВАМ НЕ СДАМСЯ!
Элеанор больно хватает сидящую на полу Ракель за волосы и приставляет пистолет к ее виску, который одновременно с этим поднимает с пола.
— Хотите вы этого или нет, но этой девчонке и ее тетке все равно придет конец, — уверенно заявляет Элеанор. — Я грохну ее прямо на ваших глазах. ТАМ, ГДЕ БЫЛ УБИТ МОЙ ОТЕЦ! И мне НИКТО не сможет помешать!
— Даем вам последний шанс сдаться, — сдержанно говорит Александр. — Отпускайте девушку, кладите оружие на пол и поднимайте руки вверх. А иначе мы перестанем проявлять жалость и откроем огонь.
— Ха, ну вы и наивный человек, инспектор, или какое там у вас звание! — презрительно ухмыляется Элеанор и резко поднимается на ноги. — Это жизнь , господин полицейский. А в жизни добро никогда не побеждает зло. Побеждает самый сильный, самый умный и самый хитрый.
— Мисс Вудхам… — пытается взять слово один из полицейских.
— Кстати, а мне вот стало интересно…
Элеанор грубо берет Ракель за волосы, вынудив ее встать на ноги, и начинает угрожать пистолетом ей и всем полицейским.
— Почему это я так долго со всеми вами вожусь? — недоумевает Элеанор. — Почему потратила на вас всех уже так много времени? Я же заставила эту сучку приехать ко мне домой, чтобы сдохнуть. Чтобы отомстить безжалостной убийце за смерть моего любимого папочки. Ну а сейчас здесь есть все, кто мне нужен: эта девчонка и ее тетка.
Элеанор плотно приставляет пистолет к виску Ракель.
— А раз так, то ничто не помешает мне покончить с этими двумя сучками, — уверенно добавляет Элеанор. — Ничто не помешает исполнить свою давнюю мечту.
— Не делайте этого, Элеанор… — тихим дрожащим голосом умоляет Ракель и тихо шмыгает носом. — Пожалуйста… Не надо…
— Что ты там бормочешь, сучка?
Элеанор с еще большей злостью смотрит на горько плачущую Ракель.
— Молишься о спасении? — интересуется Элеанор и самодовольно улыбается. — Так напрасно, дорогуша! Тебя уже никто и ничто не спасет!
— Элеанор… — дрожащим голосом произносит Ракель.
— Когда я прибью тебя, то следующей будет твоя любимая тетка.
— НЕТ!
— Очень скоро убийца моего папы получит по заслугам и получит то наказание, которое должна была получить еще шестнадцать лет назад.
— Вы не посмейте убить мою тетю! — со злостью во взгляде шипит Ракель, довольно тяжело дыша от усталости, страха и злости одновременно. — Клянусь, я сама прикончу вас, если вы причините ей хоть малейший вред. И мне плевать, что со мной потом сделают! Я любого порву, если кто-то хочет навредить моим близким.
— Сомневаюсь, что ты сможешь что-то сделать, — уверенно говорит Элеанор. — К сожалению… А может, к счастью… Ты не успеешь повторить судьбу своей тетки, которая уже побывала в тюрьме, но сумела избежать наказания из-за того, что опять дала кому-то их тех людей, кто должен был посадить ее за решетку. НО ЕЕ ВЕЗЕНИЕ НЕ БУДЕТ БЕСКОНЕЧНЫМ! НЕ БУДЕТ!
— Элеанор Вудхам, я спрашиваю вас в последний раз: вы будете сдаваться полиции или нет? — уверенно, громко спрашивает Александр.
— Мне плевать, что там говорит этот полицейский, — игнорирует эти слова Элеанор, обращаясь к Ракель, на которую она смотрит своим леденящим душу взглядом. — Мне никто не помешает сделать то, что я хочу.
