— А что это за промахи? — спросил Моргрим.
Искренний интерес, прозвучавший в его голосе, заставил Стенмарка хорошенько задуматься. Волчий Гвардеец подыскивал правильные слова.
— Это… это надвигающееся поражение, — выдавил он, сжав кулаки. — Что бы я здесь ни делал, оно ни на йоту не задержало этот вал, и ты это прекрасно знаешь. Нас вот-вот сомнут. Великая рота Берека скоро погибнет, и вся вина — на мне.
Моргрим не спешил с ответом, задумчиво поглаживая бороду.
— Думаешь, у Берека вышло бы лучше? — поинтересовался он.
— Конечно! — бросил Стенмарк. — Сколько сражений он выиграл? Сколько раз он вел нас на противника, имевшего невероятный перевес, и одерживал победу?
— Пятьсот тридцать семь.
Волчий Гвардеец нахмурился:
— Что?
— Ты спросил, сколько сражений выиграл Берек, и я сказал тебе: пятьсот тридцать семь. Это, разумеется, только крупные сражения. Мы не обращаем внимания на всякие стычки или налеты, если только они не приводят к чему-то заслуживающему внимания.
— Ты надо мной насмехаешься, штормовой ворон? — недоверчиво спросил Волчий Гвардеец.
— Клянусь Всеотцом, нет! — ответил Моргрим с усмешкой. — Ты только подумай: пятьсот тридцать семь сражений. Ты не допускаешь, что и Береку случалось чувствовать то же, что и тебе сейчас?
Стенмарк сердито уставился на скальда:
— Ты мне расскажешь?
— О черное дыхание Моркаи! Конечно, у него это бывало, — ответил Моргрим. — Паксос-Шесть, Манес Примус, проклятое Подавление Люцерна, — отбарабанил он, загибая пальцы. — И это — только самые последние. Таково бремя власти, Микал Стенмарк: держать жизни братьев в своих руках, понимая: что бы ты ни делал, они все равно могут умереть. Иногда враг сильнее, или умнее, или просто удачливее. Ты можешь лишь сделать все, на что способен, а остальное — в руках судьбы. — Пройдя мимо Стенмарка, скальд встал рядом с каменным ложем лорда Берека. — Берек — прекрасный лорд и могучий воин, но тем не менее он попал в засаду в губернаторском дворце. — Скальд пожал плечами. — Быть может, он сделал бы кое-что по-другому, а может, и нет. Всякая лампа со временем гаснет, — добавил он. — Сражения проигрываются. Герои умирают.
Стенмарк опустил взгляд на своего сраженного лорда:
— Я подвел его, Моргрим.
— Нет, — возразил скальд, — ты никогда не уклонялся от своего долга. Какой человек может сделать больше?
Обдумав это, Волчий Гвардеец нашел только один ответ. Он наклонился и подобрал свой шлем. Перебирая руками его побитые края, он тихо проговорил:
— Когда приходит время, мы можем сразиться и умереть как Волки.
— Так мы и сделаем, брат. Так и сделаем.
«Кулак Русса» уходил от Чариса на половинной мощности двигателей, оставляя за собой сверкающий след от протечки воздуха и охлаждающей смазки. Его авгуры сканировали бездну в поисках признаков опасности, а урезанный экипаж на борту молился Божественному Императору, чтобы их не удалось обнаружить. Щиты корабля ослаблены, лишь половина орудий в рабочем состоянии, из строя вышли все двигатели левого борта, кроме одного. Искалеченный линейный крейсер недолго продержится против решительной группы рейдеров, но молодая леди навигатор на борту просила их не волноваться, заверив, что путешествие будет коротким.
Переборки на командной палубе боевого корабля по-прежнему покрывали пятна сажи, в воздухе висел запах горелой проводки и обожженной плоти. Техножрецы ходили по палубе торжественными кругами, размахивая кадилами и произнося нараспев молитвы защиты от повреждений. На палубе находились капитан Вульфгар и горстка его старших офицеров. Выполняя свои задачи с мрачными лицами, они отдавали приказы с почти похоронной торжественностью. Все они добровольно вызвались участвовать в этой миссии. Звездоплаватели до мозга костей, они отказались покинуть корабль.
Стоя за командным пультом, капитан Вульфгар обводил взглядом мостик, сжимая руками столик перед собой. Он зачитывал вслух отрывки из «Lexicanum lmperialis», пока корабль плыл сквозь бесконечную ночь, но умолк, когда Габриэлла безмолвно забралась в кабину навигатора. Торин и Хаэгр встали на страже по обе стороны адамантиевого люка кабины, словно их присутствие могло каким-то образом защитить навигатора от опасности. Рагнар прекрасно понимал, что они чувствуют. Молодой Космический Волк встретил настороженный взгляд Вольта, и инквизитор кивнул ему. Рагнар сделал глубокий вдох и быстро подошел к Вульфгару.
Капитан корабля слегка развернулся к нему. Несмотря на то что командный пульт находился на возвышении, Вульфгар оказался на несколько сантиметров ниже Космического Волка. Рагнар заметил две выцветшие фотографии, лежащие на подсвеченных страницах «Lexicanum»: молодого человека в черной тунике члена экипажа корабля, который улыбался фотографу, и женщины, высокой и суровой, одетой в бронированный комбинезон инженера. Правая рука Вульфгара прикрыла их, словно защищая, при приближении молодого Космического Волка.
— Двигатели подготовлены, — сказал Вульфгар. — Мы просто ожидаем сообщения от навигатора, чтобы начать прыжок. Поле Геллера выключено.
— Мне понятна ваша озабоченность, капитан Вульфгар, — произнес он, — но я доверяю леди Габриэлле свою жизнь. Если она и инквизитор Вольт говорят, что на другой стороне есть планета, значит, она там есть.
Вульфгар хотел было что-то сказать, но передумал и просто кивнул.
— Она также говорит, что маловероятно, чтобы мы встретили вражеские силы над поверхностью планеты, — продолжил Рагнар, — поэтому наше прибытие должно пройти без осложнений. — Он посмотрел Вульфгару в глаза. — Поэтому вам будет несложно завершить цикл прыжка и вернуться назад в обычный космос, как только развернется штурмовая группа.
Командир корабля повернулся и встал лицом к лицу с молодым Космическим Волком.
— Это будет вашим смертным приговором, — заявил он. — Перезарядка варп-двигателя требует многих часов при оптимальных условиях. Вы погибнете прежде, чем мы сможем вернуться, чтобы забрать вас, если, конечно, мы еще сможем найти путь назад.
Рагнар кивнул:
— Но корабль и его навигатор, за которого мы официально несем ответственность, смогут спастись.
Вульфгар долго не спускал с Рагнара пристального взгляда.
— А ты обсудил это с инквизитором?
— Да. Мы все согласны.
— Пусть будет так, — вздохнув, торжественно изрек капитан корабля. — Да защитит вас всех Всеотец.
Рагнар в ответ церемонно склонил голову, втайне испытав облегчение от того, что ему, по крайней мере, удалось найти способ уберечь Габриэллу от опасности. «Громовой ястреб», перевозящий штурмовую группу, мог высадить ее в считаные минуты после посадки на теневой планете. Габриэлле даже не придется покидать свою безопасную бронированную кабину.
На экране перед капитаном вспыхнула и замигала красная иконка. Вульфгар тут же отреагировал на нее.
— Сигнал от навигатора, — объявил он, снова поворачиваясь к командному пульту. Сделав глубокий вдох, он крикнул через весь мостик: — Экипажу готовность к прыжку! — Оглянувшись через плечо на Рагнара, он бросил ему: — Ты бы лучше нашел за что держаться. Одному Руссу известно, что случится, когда мы приведем в действие двигатель!
На лице молодого Космического Волка отразилось сомнение.
— А если держаться за стойку, это поможет?
Капитан пожал плечами. Его губы тронула легкая улыбка.
— Больно от этого не будет.
Обдумав это, Рагнар тоже пожал плечами. Хватало уже того, что они собирались очертя голову прыгать в варп без защитного поля, и в том, чтобы дополнительно искушать судьбу, не было никакого смысла. Он отошел в сторону и сомкнул руки вокруг поручня, который проходил по всему мостику.
Через несколько мгновений раздался пронзительный рев сирены, оповещающей о прыжке.
— Приготовиться! — крикнул Вульфгар. — Приготовиться… Прыжок!
На командную палубу внезапно ворвался воющий ветер, пронизав Рагнара насквозь. Громадный линейный крейсер раскачивало, словно ладью, плывущую против штормового ветра, его массивная надстройка скрипела от перегрузки. Огни и странные отраженные фигуры проплывали, как сквозь масло, сквозь огромные, будто в соборе, смотровые окна мостика. Воздух сгустился. Люди пронзительно кричали — то ли в ужасе, то ли в экстазе. Рагнар почувствовал, как Хаос захлестнул его волной разнузданного надругательства над всем, что было для него свято, и воззвал к Всеотцу о спасении.
Словно в ответ на его молитву, завывающий, стенающий шторм прекратился. Рагнара швырнуло в сторону, и он продолжал отчаянно цепляться за поручень, сопротивляясь инерции. Его охватило чувство нереальности происходящего. На мгновение он испугался, что его рука может пройти сквозь металлический поручень, как если бы он был из дыма. «Это как Чарис», — подумал он.
