Ракель в висок, заставив ее широко улыбнуться. — Возможно, мы бы даже отметили это. Правда пока не знаю, как.
— М-м-м, судя по тому, как близко вы стоите друг к другу, и какие вы счастливые, вам все-таки удалось помириться, — с легкой улыбкой задумчиво предполагает Ребекка, рассматривая Ракель и Терренса, стоящих в обнимку друг с другом.
— Да, вы абсолютно правы! — с легкой улыбкой уверенно подтверждает Ракель. — Мы с Терренсом действительно помирились!
— И никакого расставания не состоится, — не скрывая своей радости, с широкой улыбкой добавляет Терренс.
— Господи, какая радость! — широко улыбается Ребекка и на пару секунд прикрывает рот обеими руками. — Неужели вы снова вместе? Терренс, сынок… Неужели тебе удалось заслужить прощение Ракель?
— Ты сама все прекрасно видишь, — потеревшись щекой об висок Ракель, мягко произносит Терренс. — Не думаю, что нам нужно что-то объяснять.
— А я могу подтвердить, что теперь они даже и не думают о расставании, — с легкой улыбкой приподнимает указательный палец Наталия.
— О, боже, дорогие мои, я так рада за вас! — радостно говорит Ребекка. — Так рада, что вы все-таки решили быть вместе.
— Просто эти голубки поняли, что не смогут жить друг без друга.
— Я никогда не скрывала, что всегда была за их отношения. И ужасно расстроилась, когда узнала обо всех их проблемах и желании разойтись. Я ведь всегда обожала Ракель и относилась к ней как к своей дочке… Я не могу представить себе другую девушку на ее месте.
— У меня не будет другой девушки, — уверенно заявляет Терренс и широко улыбается, когда Ракель мило целует его в щеку. — Я ни за что не променяю свою любимую на другую.
— Дай Бог вы больше не будете так сильно ругаться и не захотите снова расстаться. Как бы то ни было, я всегда буду за вас. За ваше счастье.
— Теперь все будет совершенно по-другому, — скромно улыбается Ракель. — Ваш сын будет очень счастлив со мной. На этот раз точно. Я сделаю все, чтобы стать для него хорошей девушкой.
— Дай-то Бог, моя девочка.
Ребекка кладет свою сумочку на диван и крепко обнимает Терренса и Ракель и целует их в щеку, чтобы поздравить с долгожданным воссоединением, пока Наталия наблюдает за ними со скромной улыбкой на лице. А выразив свою радость, чуть позже женщина медленно переводит взгляд на дверь, ведущую на заднюю часть дома и замечает высокого брюнета, коим и является Эдвард, незаметно для всех ускользнувший туда по неизвестной причине.
— Кстати, ребята, а что это за высокий темноволосый мужчина, который стоит за заднем дворе? — задумчиво спрашивает Ребекка. — Терренс, это какой-то твой друг?
— Э-э-э, ну почти… — неуверенно произносит Терренс.
А пока Эдвард разговаривает с кем-то по телефону, он кажется немного взволнованным и нервно размахивает руками, как будто очень сильно ругаясь с кем-то, кого явно терпеть не может. Все, кто находится в гостиной, слегка хмурятся и невольно задаются вопросом, кто же заставляет его быть таким нервным и даже слегка озлобленным.
— Странно… — слегка хмурится Наталия. — Я даже не заметила, как он ушел…
— Я тоже, — задумчиво произносит Ракель. — И с кем это он разговаривает по телефону? Он выглядит так, будто сейчас взорвется?
— Да эти внезапные звонки реально не дают ему покоя! Я уже несколько раз замечала, что когда ему кто-то звонит, он отходит в сторону. А когда возвращается, то отказывается говорить, кто это был, и старается побыстрее сменить тему разговора…
— Ты думаешь, это как-то связано с тем, что ему кто-то позвонил в кафе в нашем присутствии? — задумчиво спрашивает Терренс. — Он ведь тоже быстро выскочил на улицу, когда раздался тот звонок…
— Да, я помню… — слабо кивает Наталия. — Он часто получал звонки в то время, когда мы бывали с ним вместе.
— Наверное, это какие-то его личные дела, которые нас никак не касаются, — предполагает Терренс. — Думаю, он сам расскажет нам обо всем, если захочет и посчитает это нужным.
— По крайней мере, я никогда не настаивала на том, чтобы он говорил об этом. Мне, конечно, жутко интересно, что с ним происходит, но я не хочу настаивать.
— Да и я не стану это делать.
— Подождите, вы о чем сейчас говорите? — слегка хмурится Ребекка. — Какие еще звонки, Наталия? Неужели у того парня есть какие-то проблемы?
— Да, что все это значит? — также недоумевает Ракель. — Я ничего не понимаю!
— Ничего, милые мои, все хорошо, — слегка улыбается Терренс, погладив по плечу сначала Ракель, а потом Ребекку. — Наверное, у него есть какие-то свои дела, а нам незачем в них вмешиваться.
— Верно, давайте не будем расспрашивать его об этом, — предлагает Наталия. — Когда этот парень захочет, он сам все расскажет…
А пока Ракель с Ребеккой слегка хмурятся и вопросительно переглядываются между собой, Терренс замечает, что Эдвард, немного сутулившись и выглядя каким-то не слишком неуверенным, наконец-то возвращается к остальным после того, как довольно грубо заканчивает звонок и хлопает себя по лбу.
— Кстати, он уже идет к нам, — сообщает Терренс.
Несмотря на любопытство, Наталия и Терренс все-таки решают промолчать и ни о чем не спрашивать Эдварда, считая, что это его личное дело, и он сам обо всем расскажет, если посчитает нужным. Ну а сам Эдвард, в глазах которого читается некий испуг и необъяснимый страх, которые он, впрочем, старается скрыть, спокойно подходит к Наталии, Терренсу, Ракель и Ребекке и скромно улыбается как ни в чем ни бывало.
— Простите, что так внезапно ушел, — скромно извиняется Эдвард. — У меня был один важный звонок, на которой я не мог не ответить.
— Мы понимаем, — скромно улыбается Наталия.
— Кстати, а кто там недавно позвонил в дверь? Я не видел, потому что у меня зазвонил телефон…
Терренс молча указывает рукой на Ребекку, как бы давая понять, это пришла она. А как только женщина слышит голос Эдварда и поворачивается к нему, то тут же широко распахивает глаза. Она сначала просто изучала мужчину взглядом со спины, когда тот стоял на заднем дворе и с кем-то разговаривал, но уже начала думать, что этот парень ей кого-то очень сильно напоминает. А теперь она получше прислушивается к голосу этого человека и получше присматривается к его лицу. Впрочем, и сам Эдвард тоже слегка напрягается и начинает нервничать, когда видит Ребекку перед собой и замечает ее пристальный взгляд в свою сторону. У него сразу проносится мысль о том, что она чем-то очень похожа на ту женщину с фотографии, которую он практически всегда носит с собой… Да и есть такое чувство, будто он уже однажды видел
