противника жутко не повезло — третий залп стал для него роковым. Пеллеон посчитал расход боеприпасов — выходило, что уже пять залпов сделано. Первый не принес сколько-нибудь значимого успеха, лишь проредил МЛА противника, второй и четвертый все еще «в свободном дрейфе», третий победил целый «Калот», пятый же… Ну да, истребители врага теперь под ударом.
— Прекратить запуск ракет, — приказал Траун. — Изменить курс вправо на десять градусов, диффирент на нос тридцать.
То есть они не прыгают, а перестраиваются для атаки левым бортом? И в чем смысл?
— Принято, сэр.
«Страж» изменил свое положение в пространстве в тот самый момент, когда до неприятеля осталось пятьдесят пять единиц. Противо-корабельные ракеты разорвали в клочья МЛА противника — девяносто процентов его отметок просто перестали существовать.
А где-то там второй и четвертый залпы двигались по инерции…
— Активировать маскировочный экран, — распорядился Траун.
По экрану служебной деки Пеллеона побежали строчки данных.
Сейчас из-под листов брони «Стража» выскользнули тысячи антенн проекторов поля невидимости, которым уже ничто не угрожало — ни артиллерия, ни МЛА противника. Мгновение, и «Страж» пропал как визуально, так и со сканеров — и противник, находящийся на расстоянии в пятьдесят единиц не мог этого не заметить.
На аналогичной дистанции «Страж» обнаружил и уничтожил замаскированный «Агрессор», между прочим.
— Прыжок, — скомандовал Траун.
Невидимый корабль скорректировал свой курс и рванул сквозь пространство и время.
Несколько мгновений пребывания в бело-голубом тоннеле, и вот, сквозь центральный иллюминатор корабля виден край Алтхира-III. Стремительность, с которой «Страж» двигался по орбите, оказывала головокружительный эффект. Подобно гоночному поду, звездный суперразрушитель мчался вперед по орбите планеты, попав в ее невидимые гравитационные объятья.
— Регистрируем технологические объекты на темной стороне Алтхира-III, — сообщили из секции сканирования. — Похоже на орбитальные ремонтные комплексы.
— Корабли противника обнаружены? — поинтересовался Траун.
— Никак нет, сэр, только гражданский транспорт. Семнадцать кораблей. На них доставляют что-то с поверхности на шаттлах.
— И полторы сотни у нас за спиной, — напомнил Пеллеон. — Кажется, мы заглянули на огонек…
— Капитан, пометьте эти семнадцать кораблей в качестве нашей следующей цели, — приказал Траун.
— Да, сэр, — Пеллеон даже позабавился мысли о том, каким же образом «Страж» намерен атаковать эти звездолеты, если скользит по орбите с головокружительной скоростью.
И вот, они уже подходят к светлой стороне орбиты…
— Регистрируем прибытие наших кораблей, сэр.
— Действия противника? — спросил Траун.
— Противник, — Пеллеон запнулся, читая данные сенсоров. — Сэр, тут какая-то ошибка, похоже…
— Они стреляют в пустоту? — уточнил Траун.
— Да, сэр. Не понимаю… Они что, думают, что «Страж» до сих пор там? — удивился Пеллеон.
— Именно так, капитан, — подтвердил гранд-адмирал. — «Стервятник» или «Стервятники» были на борту «Агрессора». Потому они и спешили уйти отсюда — спасались. Мы заблокировали дальнюю связь и прибыл «Страж», который действовал до этого в Гордианском Пределе и в секторе Спаджа. Противник понял, что началось вторжение и поспешил удалиться, чтобы отразить нападение на другие территории.
— Вы подловили их на маневрах отхода и показали врагам как охотиться на замаскированные корабли, — сообразил Пеллеон. — Они увидели похожую ситуацию и повторили контрманевр, но безрезультатно.
— Все так, — повторил Траун. — А так же мы знаем, что у неприятеля в системе нет больше «Стревятников».
— Потому что они не расширяют границу расстрела пустоты? — осведомился Пеллеон.
— Нет, — возразил Траун. — Потому что без внешнего руководства стенаксы не отличаются грамотностью ведения космического сражения. В противном случае, они не спешили бы навстречу местоположению корабля, который произвел пять залпов из пусковых установок, а отразили они всего три.
До Пеллеона стало доходить. Он сравнил местоположение вражеского флота, прикинул скорость и время свободного полета ракет…
Меж тем уже флот звездных разрушителей принялся обмениваться с противниками ударами на средних дистанциях.
— Сэр, приказать активировать ракеты из второго и четвертого залпа? — спросил Пеллеон.
— Уж думал вы не спросите, капитан, — произнес Траун. — Да, активируйте. Они как раз в тылу наших неугомонных крылатых противников. Облегчим нашему флоту подход к транспортам противника.
— Есть, сэр!
Пеллеон, не скрывая наслаждения, отдал приказ на активацию противо-корабельных ракет. Сотни боеприпасов, получив долгожданную команду и целеуказание, ожили и круто изменив курс, бросились к ближайшим звездолетам противника.
На беду флота стенаксов, последними оказались именно они.
Флот противника, подвергшийся атаке с двух сторон, продержался ровно столько, сколько потребовалось «Стражу», чтобы вернуться к орбитальным конструкциям противника.
— Атаковать звездолеты стенаксов турболазерами и противо-корабельными ракетами, — приказал Траун. — Рулевой, выводите нас с орбиты с оптимальным угловым отклонением. Тормозные двигатели включить на треть мощности. Заложите дугу вокруг орбитальной конструкции и подготовьте десант — мне нужны эти доки.
— Есть!
— Сэр, — Пеллеон обязан был предупредить. — Огонь по гражданским кораблям может быть чреват…
— Гражданские пленники держатся на поверхности, где их используют в качестве инкубаторов, — пояснил Траун. — На корабли доставляют уже новых стенаксов. Их мы и уничтожаем.
— Да, сэр. Разрешите открыть огонь?
— Разрешаю, капитан. Сотрите их потомство в порошок.
* * *
Сегодня в Храме бога Вола наступил долгожданный праздник.
Священное Действо по освобождению сотен и даже тысяч планет от неверных разумных, не знающих радости полета, подходило к своему завершению.
Тысячи и тысячи слабых по всем секторам превращены в священные жертвы ради бога Вола. Их женщины родят новых стенаксов, что наберутся сил и воспарят в небеса своих новых планет.
Но сегодня особенный день.
Могучий стенакс, ветеран многих налетов и грабежей, чье тело с ног до головы было покрыто шрамами — следами старых битв — с нескрываемой гордостью посмотрел на сотни могучих воинов, стоящих перед ним.
Все как один — воплощение мощи, силы и неистребимой ярости.
Лучшие из лучших, цвет и сила их народа, лидеры и предводители.
— Сегодня, — старший жрец заиграл мускулами, напоминая, что он заслужил свое место по праву тысячи сражений, — мы собрались здесь, чтобы пред ликом нашего бога плоть от плоти лучших из нас, совершили свои последние тренировочные убийства.
Он посмотрел на группу молодых стенаксов. Их чуть больше двадцати, и они стояли в нескольких десятках метров перед ступенями, что вели к площадке с идолом бога Вола и взирали на жреца, что вел свою проповедь. Их отцы и родичи, составляющие большую часть посетителей, тоже
