поймать мой меч под углом, который сделал удар бессильным. Я отступила назад, бросив нож, а он попытался отодвинуться, чтобы забрать у меня ицициативу.
— К дьяволу все это, — подумала я и снова потянулась за сумкой. Я бросила в него осветительный заряд, и он смотрел оскорбительно скептически, пока я не нацелила на него руку и не выстрелила небольшой вспышкой тени, поймав в воздухе кружащийся боеприпас.
Заряд взорвалась рядом с его лицом со вспышкой света и оглушительным звуком. Открыв, предусмотрительно закрытые глаза, я двинулась вперед. Надеяться на то, что он навсегда ослепнет и у него лопнут барабанные перепонки, как у нормального человека, было слишком оптимистично, но мгновение — это все, что мне было нужно. Каким-то образом, даже ослепленный, он сумел поймать мой первый удар мечом. Я пропустила его, крутанув запястьем, чтобы превратить атаку в дуговой удар, который попал ему в плечо. Я потянулась к своему Имени, когда ударила, черпая его силу, и почувствовала, как кольчуга поддалась. Мой клинок стал красным. Я снова почувствовала, как его сила растет, но я стиснула зубы и потянулась за своей, ударив его в грудь самым тяжелым копьем теней, которое смогла собрать. Остаток его плаща был разорван ветром, его сила рассеялась, а кольчуга задымилась. Я выигрывала. Боги, я действительно выигрывала. Он упал на колени, но теперь его глаза работали. Рыча, он рубанул меня по боку. Я позволила броне принять его, подшагнув, чтобы смягчить удар. Моя рука потянулась к сумке в третий раз, вынимая очередной осколочный.
Его глаза расширились, и я могла видеть мыслительный процесс, проходящий в его голове, ясный как день. Я закончу движение прежде, чем он успеет переместить свой меч, чтобы остановить меня. Он открыл рот, чтобы что-то выкрикнуть. Его сила сверкнула в третий раз, но с торжествующим рыком я сунула заряд в его открытый рот. Прежде чем свет смог полностью проявиться, я выстрелила вспышкой тени в заряд, и он взорвался.
Тело Одинокого Мечника скользнуло по камням, его драгоценный свет не помог ему. Когда инерция перестала нести его, он не смог подняться, слабо подергивая конечностями. Я уже чувствовала, как сила, которую я получила от своего аспекта, покидает меня с каждым ударом сердца — я была щедра с ее использованием, что заставило ее закончиться даже быстрее, чем обычно. Я знала, что в тот момент, когда он исчезнет, я буду истощена, и моя нога будет очень реальной проблемой, поэтому я должна была закончить это быстро. Ловушка, подумала я, продвигаясь вперед. Это похоже на проклятую ловушку. Поверженный герой, которого только что избили, не в силах пошевелиться? Это была та часть, где я произносила свой монолог, а он начинал свое возвращение. Но я не могла просто оставить его там. Он уже показал, что может исцелить себя до некоторой степени, и если он вернется из этого, я буду в глубокой, глубокой… беде. Я бы дала больше половины шансов на то, что я останусь без сил в тот момент, когда мой аспект отключится. И если дело дойдет до состязания в мастерстве между нами, я умру очень страшной смертью. Ну, у меня был последний сюрприз в моем ранце. Очень осторожно я достала свой последний глиняный шарик. Мне пришлось вложить меч в ножны, чтобы чиркнуть сосновой спичкой и зажечь фитиль в гоблинском огне. С бешено бьющимся сердцем я швырнула снаряд в героя.
Еще до того, как снаряд прошел половину пути, я поняла, что совершила ошибку. Рука Одинокого Мечника слабо поднялась, размахивая мечом. Он проскрежетал одно слово.
- Размах.
Его запястье дернулось, и налетел шторм, словно он расколол мир пополам. Гоблинский огонь взорвался в воздухе, распространяясь каплями, которые падали повсюду. Это было, решила я, плохо. Через мгновение последние остатки моей силы, дарованной аспектом, иссякли. Я не совсем выбилась из сил, но не смогла бы сделать копье, даже если бы от этого зависела моя жизнь. Что вполне могло бы случиться. Это было, решила я, очень плохо.
— Восстановление, — прохрипел Одинокий Мечник.
Свет распространялся по его телу толстыми нитями, исцеляя раны и поднимая его. Он выглядел плохо, но определенно двигался.
— Очень, очень плохо, — пробормотала я.
Очевидно, мы миновали стадию стеба, потому что Уильям набросился на меня еще до того, как исчезли отблески света. Моя рука двигалась вяло, но я парировала первый удар, свободной рукой потянувшись за другим метательным ножом. Пальцы сомкнулись вокруг моего запястья.
— Нет, — прорычал Одинокий Мечник.
— Да? — рискнула я, но это слово было заглушено тем, что наруч, закрывающий мое запястье, полностью раскололся под его хваткой.
Я ударила его по лицу рукоятью меча, но он не дрогнул и оттолкнул меня.
— Я бы согласилась на может быть, — сказала я.
Мой язвительный сарказм, к сожалению, не пролил крови. Плачущие Небеса, я была почти уверена, что он вывихнул мое запястье тем движением. Это довольно резко ограничивало мои возможности. Он снова надвинулся на меня, глаза светились так интенсивно, что у меня разболелась голова от одного взгляда на них. Я наносила удар за ударом, отступая. У меня заканчивались уловки, чтобы повернуть все вспять. Отбив мой клинок, он ударил своей рукоятью по моему единственному функционирующему запястью — от удара я выронила меч. Что ж, у меня все еще были ножи. Клинок героя пронзил пояс, удерживающий пояс на мне, хотя мне удалось выхватить один, прежде чем они упали на землю. У меня были ножи, мысленно поправилась я. Одинокий Мечник, к несчастью, принес длинный меч в бой на ножах, что, строго говоря, давало ему некоторое преимущество. Я двинулась вокруг и подобралась поближе, но он подсек мои ноги. Я ударилась о камень с глухим стуком, и он встал надо мной с поднятым мечом.
— А теперь, — торжественно произнес он, — мой Триумф.
— Ты знаешь, в чем разница между Оруженосцем и Мечником? — прохрипела я.
Он удивленно моргнул.
— У меня есть лошадь, — объявила я.
Мгновение спустя Зомби ударил его в спину. Я закрыла глаза и потянулась к сердцу некромантической конструкции, где Разбойник ловко воспроизвел то же устройство, которое он сделал для броши в волосах Масего. Кусочки кости шаркнули друг о друга, когда я использовала последние остатки своей силы, производя единственную искру. Подрывные заряды, спрятанные внутри моего скакуна, взорвались мгновенно, и мир стал белым, жар облизал мое лицо.
Через мгновение я открыла глаза, хотя
