к мероприятию, потому что это плохо для них выглядело.
— Мы с дамами обсудили возможности новой хозяйки, и я представила тебя как вариант, поскольку ты так замечательно справилась с вечеринкой Типпи.
— Спасибо. — Мой пульс теперь был на пределе.
Я не хотела обнадеживать себя, но проведение Бала Наследия стало бы переломным моментом. Это был высший знак общественного одобрения.
— Некоторые другие члены сначала сопротивлялись, так как Бал Наследия традиционно устраивают те, кто происходит из... определенного рода. — Особы королевских кровей, одного или более поколений богатства. Моя улыбка померкла. — Однако, ты помолвлена с Данте Руссо. Мы очень уважаем семью Руссо, как настоящих, так и будущих членов, и после долгих раздумий мы хотели бы официально пригласить вас стать новой хозяйкой Бала Наследия.
В животе у меня шевельнулось беспокойство, но я отогнала его в сторону. Проведение бала —это проведение бала, независимо от причин, побудивших меня к этому.
— Для меня будет честью и радостью принять приглашение. Спасибо, что подумали обо мне.
— Замечательно! Я пришлю вам подробности сегодня днем. Я с нетерпением жду возможности снова поработать с тобой, Вивиан. О, и, пожалуйста, передай от меня привет Данте.
Баффи повесила трубку.
Я закрыла зонтик и вошла в «Lohman & Sons», моя кожа гудела от предвкушения. Декор, кейтеринг, развлечения... было так много возможностей, учитывая, насколько велик бюджет бала.
Я планировала ответить на звонок в два часа, но мне нужно было вернуться в офис...
— Вивиан?
Я удивилась, увидев знакомые карие глаза, смотрящие на меня из—за стойки.
— Лука? Что ты здесь... — Мой вопрос оборвался, когда в памяти всплыл фрагмент предыдущего разговора с Данте.
Чем он занимается сейчас?
Продавец.
Конечно. Логично, что Лука работает в одном из дочерних магазинов группы Руссо, но все равно было шоком увидеть, что он работает в том самом магазине, куда я заглянула.
— Работаю не покладая рук.¬ — На лице появился намек на сухость, но затем он сгладился в обычную улыбку продавца. — Чем я могу помочь?
Было странно, что меня ждет мой будущий шурин, но я не хотела делать это странным, обращаясь с ним по-другому.
— Я ищу две новые вещи, — сказала я. — Выразительную вещь и что-то универсальное, что я могла бы носить каждый день.
В течение следующих сорока пяти минут Лука провел меня по лучшим предложениям магазина. На самом деле он был отличным продавцом — знающим о продукции и убедительным без назойливости.
— Это одна из наших новинок. — Он достал из витрины ослепительный браслет-дракон с рубинами и бриллиантами. — Он состоит из сорока круглых и грушевидных рубинов весом приблизительно четыре целых пять десятых карата и тридцати бриллиантов маркиз, круглых и грушевидных весом приблизительно четыре карата. Это часть нашей Эксклюзивной коллекции, то есть их всего десять. Королева Бриджит из Эльдорры владеет сапфировой версией.
У меня перехватило дыхание. Я выросла среди драгоценностей всю свою жизнь, и я узнала выдающийся экземпляр, когда увидела его. Рубины были чистого, яркого красного цвета, без оранжевых или фиолетовых оттенков, а общее мастерство изготовления браслета было изысканным.
— Я возьму его.
Улыбка Луки потеплела на долю градуса.
— Превосходно.
Стоимость браслета и неброских сережек с изумрудами, которые я выбрала в качестве повседневного украшения, составила двести тысяч пятьсот долларов.
Я протянула свою черную карту Amex.
— Ты должен прийти ко мне на ужин в ближайшее время, — сказала я, пока Лука обрабатывал платеж. — Мы с Данте будем рады тебя видеть.
Долгая пауза, затем неопределенное:
— Увидимся на День благодарения.
Меня терзало разочарование. Я не виделась и не разговаривала с Лукой с момента помолвки. Я не могла избавиться от ощущения, что я ему по какой—то причине не нравлюсь, и его холодный ответ подтвердил это.
— Я тебя чем-то обидела? — До встречи оставалось полчаса, и у меня не было времени ходить вокруг да около. — У меня такое чувство, что я тебе не очень нравлюсь.
Лука протянул через прилавок товарный чек. Я подписала его и стала ждать ответа.
Его работа была не лучшим местом для этого разговора, но остальные покупатели уже ушли, а другие сотрудники были вне зоны слышимости. Это был лучший шанс получить прямой ответ. Я бы поставила свои новые драгоценности на то, что он будет избегать меня, если мы не будем вынуждены говорить один на один.
— Я не испытываю к тебе неприязни, — наконец сказал он. — Но я защищаю своего брата. Мы всегда были вдвоем, даже когда был жив наш дед. — Голос Луки упал. — Я знаю Данте. Он никогда не хотел жениться. А потом, в один прекрасный день, ни с того ни с сего, он объявляет, что помолвлен? Это на него не похоже.
Странный ток пробежал под его словами, словно они были лишь прикрытием того, что он действительно хотел сказать.
Но в этом был смысл, даже если я была поражена тем, как легко он ответил. Я ожидала, что он будет отнекиваться.
— И да, я знаю о деловой стороне этого соглашения, — сказал он. — Но ваша семья получает гораздо больше от сделки, чем наша, не так ли?
По моей шее поползло тепло. Все знали, что Данте женится по расчету, но никто не осмеливался сказать мне это в лицо.
Кроме его брата.
— Я понимаю твои опасения, — сказала я спокойно. Если Лука пытался вывести меня из себя, ему это не удалось. — Я здесь не для того, чтобы нарушить ваши отношения с Данте. Он всегда будет, прежде всего, твоим братом. Но я также скоро стану твоей невесткой, и я надеюсь, что мы сможем хотя бы установить вежливые отношения, как для нас, так и для Данте. В будущем мы будем часто видеться на семейных праздниках, включая День благодарения, и мне бы не хотелось, чтобы вражда испортила хорошую трапезу.
Лука уставился на меня, его удивление было вполне ощутимым. После долгого, затянувшегося мгновения его лицо смягчилось в маленькую, но вполне искреннюю улыбку.
— Данте повезло, — пробормотал он. — Все могло быть гораздо хуже.
Мои брови сошлись вместе от такого странного ответа. Прежде чем я успела задать ему этот вопрос, взрыв шума отвлек мое внимание на вход.
Моя кровь заледенела.
Три человека в масках стояли у двери, двое из них держали автоматы, а один — молоток и вещевой
