— Соскучилась по моим нудным проповедям? — недоверчиво склоняю голову на бок. — Тебе что, не хватает академической нагрузки от двух преподавателей из университета?
— С этим всё нормально, — заверила она. — Когда я вернулась из Англии и перешла с удалёнки опять к личным урокам — стало попроще. Так что не переживай. Ну а твои нудные проповеди — пока что не успели мне надоесть и кажутся очень даже интересными.
— Теперь понятно, зачем ты подлизывалась с чаем, — ухмыльнулся я. — Но почему бы и нет, собственно? Подкинуть тему для размышлений — это я всегда могу. Тебя интересует что-нибудь конкретное, или мне лучше выбрать предмет беседы самому?
— Выбирай сам, — покладисто соглашается сестра, довольно поёрзав на диване и приготовившись слушать.
С минуту помолчав и задумчиво почесав подбородок, я собрался с мыслями и определился:
— Тогда, пожалуй, сегодня поговорим об экспертности и установках, существующих в общественном мнении, связанных с этой темой. Для начала я хочу послушать, что ты можешь сказать по этому поводу?
— Экспертность… — вслух начинает рассуждать Инна. — Если я правильно понимаю — это, когда люди полагаются в серьёзных вопросах на мнение компетентных специалистов… Общественные установки? Ну, в первую очередь на ум приходят только несколько устойчивых выражений, типа: не разбираешься — лучше молчи или что-то в том же ключе… Ты это имеешь ввиду?
— Отлично, посыл ты определила довольно точно, — одобрительно покивал я. — Прежде чем высказывать свои тезисы по этому поводу, я хочу рассказать тебе один пример того, как сработало это явление в одном из миров, где я побывал.
Начинаю я именно с этого по простой причине: куда лучше будет, если ты сначала ознакомишься с яркой иллюстрацией того, как экспертность работает, и какой вред она может нанести, если ты будешь безоговорочно доверять всему, что утверждают «эксперты». Так мои выводы не будут для тебя голословными, да и к информации ты, вероятно, отнесёшься с большей серьёзностью.
Обозначу несколько вводных. Мир, о котором пойдёт речь, отставал от нашего в техническом прогрессе примерно лет на двадцать, но в остальных моментах он очень похож на этот. Проблема, которую поднял «уважаемый» эксперт — глобальное потепление. Она существует и тут, поэтому ты должна в общих чертах понимать, что к чему.
Этот учёный заявил, что в течении пяти-семи лет полярные ледяные шапки растают, а это приведёт к общему повышению уровня моря, и множество городов и других прибрежных поселений — попросту смоет. В качестве доказательства он привёл модель, наглядно демонстрирующую, что события будут развиваться именно по такому сценарию.
Он вёл активную общественную деятельность и выпустил нашумевший документальный фильм. Также за свои «заслуги» он получил Нобелевскую премию мира. Это, чтоб ты осознавала размах, так сказать.
Догадываешься, что произошло через эти пресловутые семь лет?
— Ну, учитывая, что тот мир очень похож на наш, то полагаю, что ничего?
— Не совсем так, — улыбнулся я. — В целом, влияние людей на экологию имеет место, и уровень моря действительно повысился, только вот под воду ни один город так и не ушёл. Так уж вышло, что лауреат премии мира слегка ошибся в расчётах, всего-то в какие-то жалкие десять раз, и неверно выстроил модель. Вот незадача, правда?
Усмехнувшись, глядя на ошарашенную девушку, я продолжил:
— Но это ещё не всё. Самое забавное, что за всё это время никто из уважаемых учёных и экспертов не опроверг гипотезу нашего замечательного «защитника природы». Вдумайся, все, кто имел в научном сообществе хоть какой-то вес, не спешили указать на колоссальную ошибку в расчётах. Интересно, с чего бы это они так оплошали? Может быть, внезапно все ослепли, ну или отупели?
Не понимаешь? А я тебе скажу. Причина весьма прозаична. Видишь ли, зелёная повестка — это очень востребованная тема, особенно в плане выдачи грантов. Господам учёным было крайне невыгодно спорить с его моделью. Наоборот, куда лучшей стратегией оказалось примазаться к такой позиции и тоже получить свои пиастры.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— О-хре-неть, — по слогам произнесла Инна. — Это же просто нонсенс!
— Нонсенс, из-за которого проиграли несколько сотен тысяч человек из стран третьего мира, лишившись инвестиций, продолжения индустриализации в их городах, создания новых рабочих мест, поднятия экономики и общего благосостояния населения.
Нонсенс, из-за которого крупно выиграли политики, подхватившие эту тему и воспользовавшиеся ей в своей предвыборной компании. Концерны, выпускающие фильтры и прочие средства «чистого» производства. Учёные, срубившие крупные гранты. Те корпорации, которые уже имели заводы и, воспользовавшись своими связями и договорившись с теми же политиками, смогли избежать неприятностей, при этом устранив ещё только-только встающих на ноги конкурентов.
Когда семь лет прошло, и ошибка уже была очевидной — тему, разумеется, замяли, сместив дату предполагаемого «климатического апокалипсиса» ещё на пару десятков лет, с запасом. Обычные люди, пуская слюни и пялясь в голубые экраны телевизоров, конечно, всё это схавали. Ведь эксперты же так говорят, уважаемые люди всё-таки, как они могут ошибаться? Вот такая забавная история вышла.
— Сложно представить, что у нас бы такое произошло… — недоверчиво скрещивает руки на груди сестра.
— Тут ты права, — вновь радуюсь её находчивости и делаю глоток уже остывшего чая. — Такое массовое помешательство возможно исключительно в ситуации, когда государство сращивается с наукой и крупным бизнесом в одну целую, прогнившую изнутри машину.
Появись такой абсурдный прогноз в Оси — уже на следующий день на такого деятеля науки бы вылили с десяток вёдер помоев учёные, служащие крупным аристократическим кланам, потому что они отстаивают интересы конкретной семьи, а не целого гигантского говно-лобби. И что важнее, у них была бы возможность донести эту информацию до общественных масс, обеспеченная личной силой и влиянием этих родов, постоянно конкурирующих между собой.
Но суть проблемы экспертности ты, надеюсь, уловила? Я могу переходить к тезисам?
Когда она серьёзно кивнула, я, подождав, пока Её Величество поудобнее устроится на диване, озвучил свои выводы:
— Главная функция этого явления — это банальная экономия времени. Я вовсе не требую от тебя, что бы ты полностью отказалась от мнения экспертов, но хочу, чтобы ты уяснила: полагаться лишь на него — недопустимо. Как минимум, всегда учитывай не только «что» говорят, но и «кто» это говорит, какие у него собственные интересы, и как они соприкасаются с твоими личными целями.
Безоговорочная вера в чужой авторитет — это дерьмо, от которого должен избавиться любой свободный человек, и тем более глава клана. Каждый раз, когда тебе кто-нибудь будет пенять на то, что незачем лезть в какую-то тему, «люди сверху лучше знают» и тому подобное — всегда вспоминай этот пример с глобальным потеплением.
Иметь даже поверхностные знания по как можно большему количеству тем — это всегда лучше, чем не иметь. И если кто-нибудь будет утверждать обратное, то запомни, Инна: этот человек — твой враг, и никак иначе. Только вредитель, пытаясь тебя в чём-то убедить, не будет приводить аргументов, а попытается выставить тебя «глупенькой и наивной девочкой». Как только его риторика заходит в это поле, можешь делать вывод, что оспорить твою позицию ему больше нечем.
— Теперь всё складывается, Икс! — проскакивает на её лице понимание. — Так вот зачем ты выбрал именно такие предметы и преподавателей из университета… Признаю, теперь я буду уделять им ещё больше внимания.
— Умница, — широко улыбнулся я. — Как всегда, извлекаешь главное из сказанного быстро и чётко. Ну, пойду я, пожалуй. Тему для размышлений, как ты и просила, я тебе подкинул неплохую, не так ли?
Оставив сестру размышлять в воодушевлении, отправился на балкон, курить. Уже через пол часа меня забрал Ник, и мы, вместе с ним, Вагитом и Лиангом выехали на встречу с «Лонг жа» в заведение, принадлежащее Дюбуа.
