***
Для встречи с китайской делегацией — Дюбуа выделили нам просторный приватный кабинет, напоминающий конференц зал. Когда я со своими людьми вошёл в него, бандиты уже были на месте, они расселись по кожаным стульям за широким переговорным столом.
Обозначив кивок пристально смотрящему на меня пожилому мужчине с ярко-оранжевыми глазами, расположившемуся по центру, приземлился на точно такой же стул напротив него. Лианг сел от меня по правую руку, а Ник с Вагитом по левую.
Начинать разговор никто не спешил, поэтому я пока что с интересом рассматривал спутников Циу Вэя. Он тоже взял с собой троих людей. Одеты они были все в одинаковые дорогие чёрные костюмы-тройки. Принадлежность к китайской триаде можно было определить только по специфическим татуировкам, виднеющимся из-под рукавов шёлковых сорочек с серебряными запонками. Такую наколку со змееподобным драконом я уже однажды видел, у казначея, которого убил. Уже и не помню, как его там звали? Гюрен какой-то, вроде бы…
— Так вот ты какой, враг… — нарушил молчание Циу Вэй. — Думал, я ясно дал понять, что желаю говорить не с наёмником, а с твоим хозяином.
Я усмехнулся, хищно осклабившись. Неспешно достал сигарету и закурил. Выдохнув дым, посмотрел в его пылающие огнём глаза.
— Ты ошибся, старик. Хозяина у меня нет, и я ни на кого не работаю.
— Тогда почему ты напал на нас? Какие у тебя…
— Лучше ТЫ ответь мне, — перебил его я. — Почему это я говорю с тобой, а не с твоим ХОЗЯИНОМ. Где же сам Хуоджин, твой драгоценный племянник, м?
Тот лишь недовольно поморщился, а вот самый кряжестый бугай, сидящий от него справа, посмотрел на меня с нескрываемой злобой. Он надулся, словно бойцовский индюк.
— Эй, образина, — развернулся я к нему. — Да-да, я к тебе обращаюсь. Ты ко мне неравнодушен? Или, может быть, тебя что-то не устраивает? Вы что, господа бандиты, думали, что я тут буду распинаться перед вами и отвечать на все ваши идиотские вопросы? Это вам нужна была встреча, а не мне. Так заинтересуйте меня, хватит понапрасну тратить моё время.
Триадовцы — это тебе не интеллигентные аристократы, с ними церемониться смысла никакого нет. Более того, это даже вредно, ещё примут вежливость за проявление слабости. Вновь переведя взгляд на их главного и стряхнув пепел в хрустальную вазочку, продолжаю «культурную» беседу:
— В качестве исключения, на твой последний вопрос я отвечу, так и быть, чисто из-за уважения к преклонному возрасту. Но если после этого ты не озвучишь что-нибудь любопытное, то я буду вынужден откланяться и пойду по своим делам, это ясно?
Старик хмуро кивнул, признавая моё право говорить с позиции силы. А он явно поумнее своего перекаченного цепного пёсика будет. Понимает, что крыть им нечем.
— Вообще-то, первыми напали именно ВЫ. Больной на голову придурок по кличке Сом, помнишь такого? Я имел удовольствие пообщаться с этой гнидой в ВАШЕМ уютном подвале. Усугубляет ситуацию ещё и то, что туда меня приволокла парочка ВАШИХ бравых головорезов, предварительно шарахнув меня электрошокером. Вот я и обиделся на такое наглое и невежественное поведение со стороны ВАШЕЙ шайки, сильно обиделся. Настолько, что теперь решил забрать ваш синдикат под свою руку, в качестве компенсации за причинённый моральный и физический ущерб. Раз уж им столько времени управлял такой кретин, то и под моим руководством не пропадёте. Хуже, по крайней мере, я точно не сделаю. Удовлетворён моим ответом?
— Сом? Этот псих… — подал голос ещё один бандит, сидящий у самого края стола. — Я ещё давно говорил Хуоджину, что от него пора избавляться. Палач, заигравшийся в маньяка-садиста — не может нормально выполнять свои обязанности.
Этот парень был полной противоположностью бойцовского индюка. Тощий и спокойный, смотрит без агрессии во взгляде.
— Ведь можете же размышлять здраво, — одобрительно махнул в его сторону окурком. — Жаль, что твой босс к тебе не прислушался, но теперь уже слишком поздно что-то менять.
— Если ты попал к Сому, то эта была та ситуация, связанная с убийством Боджинга Ху? Точно, после его нападения на английского мальчишку-аристократа… — Циу удручённо покачал головой. — А всё из-за приказа Хуоджина, возжелавшего во что бы то ни стало обзавестись кольцом с эссенцией, этой дорогой, но бесполезной светящейся игрушкой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Это, конечно, очень трогательно, что даже ты ставишь под сомнение умственные способности родного племянника, но ваша семейная драма мне, если честно, не особо-то и интересна. Может, уже перейдём к делу? — поторопил его я.
Тяжело вздохнув, старик, наконец, озвучил причину, из-за которой и были организованы эти переговоры:
— Хуоджин сбежал, вместе с Джанджи, похитив из сейфа криптоключи от нашего общака. За главного в «Лонг жа» теперь я.
Вот так новости! С одной стороны, похоже, что у бандитов больше нет достаточного количества денег, на то, чтобы успешно продолжать со мной войну, ну а с другой — чёртов бывший главарь подался в бега с тем, что я уже считал своей собственностью. Неприятно, придётся его вылавливать и возвращать полагающиеся мне по праву трофеи.
— Пока что он всё ещё в городе, и через контрабандистов он в Англию не смоется, у меня с ними договорённости. Я заранее знал о возможности его предательства… Надеялся до последнего, что он одумается, но к худшему всё-таки подготовился. Как оказалось, не зря, — продолжал свой рассказ Циу Вэй. — Также ему нужно будет посетить конкретные отделения банка, чтобы забрать содержимое ячеек, но это не суть важно. Важно то, что ты, Холланд, явно не будешь ждать, пока мы за ним гоняемся, а добьёшь нас раньше.
— Джанджи — это ублюдок, отвечающий за оборот наркотиков, — пояснил мне Лианг. — Мерзкий тип. Неудивительно, что он оказался такой же крысой, как и Хуоджин.
— Ты прав, — обратил на него внимание новый глава синдиката. — Если ты помнишь, Лианг, то мы с Ченгом были единственными, кто предлагали пойти на компромисс в решении твоего вопроса. Жаль, что всё так вышло с твоим братом, но мы должны были подчиняться боссу и не могли пойти на предательство.
Ченг, как я понял — это сидящий с краю рассудительный мужик, которому не нравился ныне покойный психопат-садист. Вроде бы они со стариком, на первый взгляд, кажутся мне вполне адекватными, и с ними вполне можно иметь дело, чего не скажешь о всё ещё гневно пялящемся на меня верзиле.
— Вот, значит, как, — я задумчиво потёр переносицу. — Вижу, что дела у вас идут не ахти, но мне-то это только на руку. Так что же ты хочешь мне предложить, в таком случае, Циу? Пока я лишь убеждаюсь, что заинтересовать меня — тебе становиться всё труднее и труднее с каждой минутой.
Старик выпрямил спину и сложил пальцы в замок, водрузив руки на стол. Он уверенно посмотрел мне прямо в глаза и озвучил свои условия:
— Не все «бандиты», как вы нас называете, гнилые и беспринципные мерзавцы. Триаде не чуждо понятие чести, и раз уж я вынужден принять ответственность за свой синдикат, то обязан заботиться прежде всего об интересах моих братьев по оружию, даже в такой ситуации. Поэтому я предлагаю тебе решить разногласия исключительно между нами двоими, Холланд. В дуэли.
Ты против меня, единица против единицы, всё честно. Если ты победишь, то сможешь возглавить триаду, но с одним условием: тех, кто не захочет пойти за тобой — ты должен будешь отпустить. Если же выиграю я… изначальным условием будет то, что ты, если выживешь, и твои люди, в любом случае, должны перестать охотиться на нас. Однако, насколько ты честный человек — я не знаю, но так у меня хотя бы будет шанс тебя убить или ранить, а это тоже неплохо. Если ты своё слово не сдержишь, то уже твои союзники задумаются, нужен ли им лидер, который отступает от данного при свидетелях обещания.
Так что же ты ответишь? Готов ли ты поставить на кон свою шкуру, но гарантированно сохранить жизни своих людей? Сможешь ли ты найти в себе мужество и показать, что и ты способен сражаться за них, так же, как они бьются за тебя?
