Универсальным ключом же в моем понимании был очень хитрый ручной инструмент, который позволял крутить гайки любого размера. Да, точно, был в моей жизни такой странный подарок от воздыхателя, и в концепцию данного мира он мог вписаться исключительно в мастерскую Изначального бога.
Да уж, чего только не было в моем прошлом, я грустно улыбнулась сама себе. Все то прошлое, которое осталось сначала на старой Земле, а потом и на новой, сейчас казалось таким далеким и не реальным. Все померкло, только иногда приходило осознанием, что все же это не приснилось и такая насыщенность — то ли наказание, то ли подарок.
В том далеком прошлом была подработка по вечерам в ресторане. Я довольно хорошо пела и это помогло оплачивать учебу.
Вот и сейчас я перебирала в памяти свой репертуар, стараясь выбрать безошибочно именно ту песню, которая потянет за невидимую нить и в нашу сеть попадет кто-то из болотного народца.
Отбрасывая одну за другой приходящие на ум. Делала поправку на необычность помещения, в котором будет звучать, а капелла.
— Пошли, — наконец решившись, потянула за руку Рэна.
Он оборачивается в Морского Дракона и только сейчас я вижу, насколько он огромен.
Чешуя становится практически прозрачной, когда он мимикрирует под воду, далекое дно. Укладывает голову на какой-то камень недалеко от входа в туннель. Замирает, неотрывно следя за мной взглядом.
Я становлюсь перед водой, где-то посредине берега, что бы голос равномерно отражался от купола пещеры. Вдыхаю и начинаю петь:
Я ничего не должна делать
Нигде не должна быть
никто в моей жизни не ответит на мои вопросы
только я сама
больше нет света свечей
и нет пурпурных небес
нет никого кто бы мог быть рядом
сердце медленно умирает
Если бы я снова смогла обнять тебя
как в те дни, когда ты был моим
я бы смотрела на тебя до слепоты
Ты бы остался
Я бы молилась каждый раз, когда ты улыбался
радуясь этому моменту как ребенок
я бы остановила весь мир
если бы только я могла снова обнять тебя
Я вспомнила твое лицо,
Я знаю все твои прикосновения наизусть
Все еще теряясь в твоих объятиях
Я представляю, где ты можешь быть
Если бы я снова смогла обнять тебя
как в те дни, когда ты был моим
я бы смотрела на тебя до слепоты
Ты бы остался
Я бы молилась каждый раз, когда ты улыбался
радуясь этому моменту как ребенок
я бы остановила весь мир
если бы только я могла снова обнять тебя
Снова
/One more time (Laura Pausini)/
Я сама потерялась в этой песне, не слышала и не чувствовала ничего, пока не допела последние слова. И только открыв закрытые глаза удивленно взглянула на стоящую по колено в воде дивную Болотницу.
Болотная ведьма была необыкновенно грациозна. Прекрасная фигура, в тончайшей тоге, больше показывающей, чем скрывающей ее аппетитные изгибы, волосы развеваются на ветру, которого по определению не может быть в этой пещере. А огромные невинные глаза широко распахнуты и из них капают хрустальные слезы. Она так и стоит с вытянутыми в мою сторону руками, как будто умоляя не останавливаться. И за ней я вижу поднятую голову моего Дракона.
— А с той стороны ее вид такой же аппетитный, — поднимает голову ревность.
А дальше я не успеваю ничего понять, как Дракон выплескивает на голову ничего не подозревающей нечисти по моим ощущениям бочку воды. Выплевывает вслед холодом и передо мной оказывается ажурная клетка изо льда.
— Вау, — говорю своему мужчине, — да ты в душе скульптор! Какая тонкая работа!
На морде змея отражается целая гамма эмоций, даже не подозревала что его морда может хоть что-то отображать, кроме холодного равнодушия.
А тут такая громадина и тушуется, и мило розовеет, ах, какая прелесть.
Насладится не дает пойманная в эту клетку девица. А, уже нет, совсем не девица, от злости это существо растеряло свой мимишный лоск и превратилось в то, чем является на самом деле. Угрюмое существо распухших размеров с лягушачьими лапками. Оно пытается разбить клетку, понадеявшись на хрупкость льда, но не тут-то было.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Оказывается, лед начинает искрить и бить незадачливую попаданку по рукам. После очередного ощутимого удара она разворачивается в мою сторону и смотрит теми самыми глазами, из которых скатывались слезы.
— Отпусти, — шипит в мою сторону. — Ты же не злая, я чувствую.
— А ты? Какая ты?
Неожиданно существо возвращается в первоначальный облик. Оно не смотрит по сторонам, да и на меня не поднимает взгляд и как будто скукоживается.
— Я злая, — выдыхает куда-то вниз. — Очень злая, — соглашается сама с собой. Но это потому, что я потеряла свою половинку. И твоя песня позвала меня сюда, ведь ее услышала моя душа.
— Я бы остановила весь мир, если бы только я могла снова обнять тебя. Снова. — повторяет она строчки песни.
— Отпусти, и я помогу вам, — ее голос тверд, и клетка начинает светиться изумрудным.
— Она говорит правду, — раздается в моей голове. И я не понимаю голос ли это Рэна или хранителя, потому что, кивнув нашей пленнице, я вдруг вижу, как она выпрямляется посреди осыпающейся клетки и начинает петь.
I'd look at you 'till I was blind
So, you would stay
I'd say a prayer each time you'd smile
Cradle the moments like a child
I'd stop the world if only I
Could hold you one more time
One more time
One more time.
И в пещере проявляется невероятно прекрасная незнакомка с развевающимися волосами, божественно прекрасная, поразительная и я понимаю, что нам несказанно повезло найти такой универсальный ключ.
— Чего же ты хочешь, пришлая, — спрашивает она после секундной паузы. Она осталась в том первом образе, но теперь на ней глухое изумрудное платье и выбираясь на берег, длинный подол скрывает ее не человеческие лапки.
— Может чаю? — спрашиваю автоматически, стараясь структурировать информацию, необходимую этой леди.
Она грустно улыбается, — можно и чаю, — и отправляется в сторону хранителя.
— Странные дела творятся в людских империях, — заключает, когда мы замолкаем. — Этот мир и наш дом. Но должна огорчить, мы не воины, и большинство нашего брата быстрее предаст, чем поможет. Хотя… — она замолкает. Ее ладонь мягко покачивается в воздухе в такт какой-то только ей ведомой мелодии.
— Я открою вам дверь в Голубой башне туда, куда вы просите. И переговорю с кое-кем. Вам точно может потребоваться помощь. Вся какая только есть.
Затем она смотрит только на меня.
— А ты можешь потом, когда все закончится спеть для меня еще что-то?
И столько человеческого в глубине глаз этого существа, что я молча киваю.
Ее улыбка уже не горькая, кажется, что в ней светиться облегчение и еще что-то, чему в моей душе нет точного определения, но я почему-то верю, что все у нее будет в порядке.
8.4 Назвался Богом — полезай на крест
8.4
Назвался Богом — полезай на крест.
Ричи
Меня всегда поражала уникальность евангельской истории о земном боге. Кто может сравниться с Богом, которого предали, оплевали, избили и распяли. И при этом Иисус так и не воспользовался Своим положением Бога на Земле, не развлекался с пастушками и не имел гарем, не носил роскошных одежд и не пил сладких вин, не властвовал над огромными территориями и не выигрывал сражений.
Поистине, что бы затмить такого Бога необходимо было пройти все его злоключения, а это ни одному мессии оказалось не под силу.
Изначальный пожертвовал своей жизнью, идя на таран космического корабля, но его жертва уж слишком быстро затерялась в прошлом, благодаря правильному манипулированию умами людей. Правильно дозированному, если быть более точным.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Поэтому, скорее всего большинство будет приходить в себя в процессе освобождения организма от чужеродного психотропного воздействия инопланетным белком, а на штурм придется идти малой части населения. Тем, кто и до этого был передовым отрядом на этой планете.
