Читаем без скачивания Жизнь после Тайлы - Белла Джуэл

— Но не со мной и не при мне. Я не мог сдержаться, потому что я не могу смотреть, когда рядом с тобой находится другой мужчина.

— Нейт...

Мы подъезжаем к дому, выходим из машины. Затем, когда я открываю дверь, навстречу нам выскакивает Каффи и некоторое время лает на нас.

— Хорошо, хорошо, не надо так шуметь. Мамочка уже дома.

— У тебя довольно мило, — говорит Нейт, осматриваясь в моей квартире.

Я сначала немного пожила у Келли, но потом все равно нашла себе дом. Хотя он и маленький, но он только мой.

— Он не плохой. Но это все, что я могу себе позволить.

— Мне нравится. Тут очень уютно.

Я слабо смеюсь.

— Да, да.

Внезапно пространство комнаты заполняет неловкое молчание. Затем я пытаюсь немного разрядить обстановку и запинаясь бормочу:

— Ну, я пойду схожу за аптечкой.

Я быстро прохожу в ванную комнату, захожу туда и прислоняюсь спиной к стене. Делаю глубокий вдох. Я просто помогу ему, затем вызову такси. Я воздержусь от соблазна прикоснуться к нему.

Когда я захожу в комнату, то вижу, что он сидит на диване, смотря на свой телефон. Когда он слышит, что я подхожу, он поднимает взгляд на меня. Я уже собираюсь внутренне с силами, моля Господа, чтобы он дал мне сил выстоять перед его обаянием. Я присаживаюсь рядом с ним на диван, открываю аптечку, пытаясь сосредоточиться на том, что нужно сделать, чтобы немного привести его в порядок.

— Тебе нужен лед, чтобы глаз не так отек, — говорю я, вскакивая и направляясь к холодильнику.

Я возвращаюсь со льдом. Он берет у меня его и прикладывает к глазу. Я начинаю влажным полотенцем убирать кровь с лица, перед тем как он стягивает с себя испачканную одежду. Я пытаюсь вести себя как раньше, не смотря ниже его лица.

— Я не кусаюсь, можешь и ближе сесть, — хрипло говорит Нейт.

Я протираю полотенцем его щеку и говорю:

— Почему я не верю в это?

Его взгляд становится жёстче, он не улыбается шутке. Я продолжаю протирать лицо от крови. Внезапно мой взгляд опускается на его губы, и мне кажется, что я нахожусь слишком близко. Я не могу даже сделать вдох, я просто смотрю на его губы.

Нейт придвигается ближе, и я теряю всякий здравый смысл. Я могу только смотреть на его лицо. Затем он тянется рукой и крепко сжимает мой затылок. Я рвано выдыхаю, он притягивает меня ближе к себе, мы прижимаемся лбами друг к другу, когда он говорит:

— Ты делаешь мои попытки держаться от тебя провальными. Я так хочу быть рядом с тобой.

— Я пытаюсь быть хорошим человеком, — шепчу я.

— Я устал постоянно пытаться. Я больше не хочу быть хорошим.

— Нейт, это неправильно, — слабо начинаю сопротивляться я.

Когда он проводит носом по моей линии челюсти, опускаясь ниже на шею, то вдыхает мой запах.

— Это может быть неправильным, но это чувствуется так хорошо.

— Мы причиним ей боль. Нужно остановиться.

— Именно этого ты хочешь?

— То, чего я хочу, разрушает меня. Когда ты находишься рядом, я даже думать нормально не могу.

— Тогда скажи мне отвалить.

— Ты меня ставишь в положение, в котором я не должна быть, Нейт…

— Тогда скажи мне отвалить… — повторяет он.

— Я не могу, — мой голос дрожит.

Он прижимается к моим губам и нежно целует меня, потом опускается и целует мою шею, ласкает прикосновениями нежную кожу там. Затем он проскальзывает руками под футболку.

— Нейт, — я издаю стон и откидываю назад голову.

Он опускается ниже и еще ниже, покрывая поцелуями мою грудь, посасывая соски, превращая их в твердые бусинки. Дрожащими руками я впиваюсь в его бицепсы и сжимаю их, он же подхватывает меня на руки и относит в спальню.

Он укладывает меня на кровать, накрывая мое тело своим. Лаская и поглаживая мое тело, он легко снимает с меня футболку и отбрасывает ее, потом расстегивает бюстгальтер и бросает его тоже на пол.

Сейчас я обнажена для него, холодной воздух ласкает мое тело. Я прикрываю глаза и приподнимаю бедра, принуждая его таким движением снять с меня трусики, что он и делает. Пальцем он подцепляет резинку и стягивает их по моим ногам, отбрасывая на пол. Затем он отстраняется и просто рассматривает меня.

— Ты самая красивая женщина, какую я только видел.

Я сглатываю ком, что образовался в горле из-за того, что нервничаю, он придвигается ближе ко мне и проводит пальцами по моей коже, поглаживая низ живота. Он прикасается ладонью к моей киске.

— Ты уже готова для меня. Я могу видеть твое возбуждение.

Я начинаю хныкать, когда он опускается и проводит пальцам между влажных складочек, размазывая влагу по клитору. Он отодвигается и быстро расстёгивает джинсы и остается полностью обнаженный. Он прекрасен. Обнаженный, высокий и мускулистый.

Он сладко целует меня, лаская второй рукой меня между ног, затем шепчет мне на ушко:

— Раздвинь ножки.

Я делаю в точности, что он сказал, открываюсь для него. Он смотрит на меня жадным взглядом и крепко берет меня за бедра, приподнимая их. Затем единственное, что я помню, он начинает ласкать меня языком, ласково посасывая клитор. Когда я начинаю выкрикивать его имя, толкаясь и приподнимаясь к его рту, он начинает увеличивать темп и лижет мою киску быстрее и быстрее.

— Детка, — шепчет он у моей влажной киски. — Кончи для меня.

Я выгибаю спину, и с моего языка срывается его имя, стоны и хрипы наполняют комнату. Когда он проскальзывает в мою киску двумя пальцами, он глубоко и резко толкается в меня ими, повторяя снова и снова, пока я снова не начинаю выкрикивать его имя.

— Нейт, — издаю я вскрик под ним, содрогаясь от похоти и наслаждения, что сотрясает мое тело, снова и снова.

Затем он располагается у меня между ног, проводя пальцами по моей влажности, поглаживая своей член, он толкается в меня одним рывком. Я вскрикиваю, и он толкается еще раз, его член глубоко в моей киске.

— Черт, Танцовщица, какая ты узенькая...

— О боже, — постанываю я и развожу ноги еще шире, позволяя ему погрузиться в меня глубже.

Он делает еще пару толчков, сжимая мою грудь, и начинает кончать. Я чувствую, как его член увеличивается во мне, дергается, его глаза прикрыты, и он расслабляется, изливаясь в меня.

Он прижимает голову к моему плечу. Он молчалив. Во мне моментально вспыхивает чувство сожаления, все перемешивается с чувством вины. Наша страсть — словно смертельная болезнь, после нее невозможно выжить.

— Могу я спросить у тебя кое-что? А ты ответь честно, — я шепчу.

— М-м, да-а, — бормочет он.

— Почему?

— Что почему?

— Почему я? Почему ты рискуешь своим браком и семьей ради меня?

— Моей семьи больше не существует, моя жена больше не любит меня, и ей наплевать на мои чувства. Мы ругаемся большую часть времени. Я рискую ради тебя, потому что хочу еще раз увидеть тебя.