Читаем без скачивания Жизнь после Тайлы - Белла Джуэл

— Приехали, мисс.

Шея болит из-за долгого сидения в одном положении, когда я, поднимая голову, выглядываю в окно и вижу маленький, уютный отель с горящим красным указателем «Отель Оазис». Я протягиваю водителю деньги и быстро забираю сдачу. Я благодарю его и выхожу, обнимая себя за плечи. Замираю на секунду, ожидая, когда такси исчезнет во мраке ночи. Должна ли я быть здесь?

Я медленно иду к стойке регистрации отеля, мои ноги трясутся. Я не должна быть здесь, должна развернуться и уехать домой. Возможно, он не хочет меня видеть. Что, если Лена с ним? Что я делаю? Я кладу руку на дверную ручку и медленно поворачиваю ее, заставляя ее открыться. Пожилой мужчина стоит за стойкой, его очки сдвинуты на нос, и он изучает путеводитель. Он смотрит на меня, когда звенит колокольчик.

— Здравствуйте, — говорит он. — Чем могу помочь?

— Я приехала встретиться с другом. — я выдавливаю улыбку. — Он сказал мне название отеля, а номер не назвал.

Старик поднимает брови.

— Его зовут Натаниэль Александр.

Он наклонил голову и кивает.

— Я позвоню ему, узнаю, ждет ли он вас.

Черт.

Он берет телефон и набирает номер.

— Мистер Александр, да, это Тимоти с ресепшен. У меня здесь юная леди говорит, что вы ждете ее.

Долгая тишина.

— Как вас зовут, мисс? — спрашивает мужчина, уставившись на меня.

— Эйвери, — шепчу я.

— Она говорит, что ее зовут Эйвери.

— Очень хорошо, — говорит он, несколько раз кивнув, и положив трубку, поворачивается ко мне. — Он во втором номере. Выйдите и поверните налево, идите, пока не увидите его.

— Спасибо, — отвечаю я, разворачиваюсь и спешу на улицу.

Я иду, как он и сказал, пока не подхожу к выцветшей желтой двери с ржавой «2» на ней. Моя рука застывает в воздухе. Сделала ли я правильный выбор, приехав сюда? Прежде чем я успеваю постучать, дверь открывается, и я вижу Нейта. Его глаза расширяются, когда он видит мое состояние и одежду. Я знаю, что выгляжу так, будто вернулась из ада.

— Я знаю, что ты не хочешь меня видеть, — выдавливаю я. — Но мне больше некуда идти.

— Ты плакала, — произносит он низким и хриплым голосом.

На нем нет ничего кроме низко сидящих светло-серых пижамных штанов. Мои губы начинают дрожать, когда я вспоминаю тот вечер.

— Я... узнала новости о маме и убежала. Я не знала, куда еще идти.

Он распахивает дверь, его взгляд смягчается.

— Входи. Расскажи, что случилось.

Я шагаю в комнату, хочу пройти дальше, но он останавливает меня, схватив за плечо. Он закрывает дверь и поворачивается ко мне, лаская пальцами мою щеку.

— Ты замерзла, Танцовщица. Пока мы не начали, ты сходишь в душ.

Я киваю, потому что слишком слаба, чтобы спорить.

— Я дам тебе одежду. Давай.

Он берет мою руку, согревает ее в своей и ведет к ванной комнате. В ней старомодный душ с лаймово-зеленой плиткой и стеклянной дверью. Полотенца не самым идеальным образом подобраны в цвет плитки. Нейт обеспокоенно наблюдает за мной, пока я снимаю футболку.

— Ты будешь в порядке?

Я киваю, не поднимая глаз.

— Черт, Танцовщица, — говорит он, подходит ближе и касается моего лица, заставляя смотреть на него. — Ты пугаешь меня.

— Они не могут быть правы, Нейт. Если они правы, тогда все, во что я верила — ошибка, — отрезаю я.

Он вытирает большим пальцем скатившуюся слезу.

— Твое восприятие кого-то — только твое. Только ты можешь позволить изменить то, во что веришь.

Я закрываю глаза и киваю, прижимая щеку к его ладони.

— Душ, милая, — шепчет он. — Потом поговорим.

Он опускает руки, разворачивается и оставляет меня принять душ в одиночестве. Я так благодарна ему в этот момент.

Так благодарна.

***

Нейт

Она выглядит ужасно. Она сидит на диване, на ней одна из моих длинных черных футболок «Кабс». Ее колени поджаты к груди, она обхватила их руками. Ее волосы спутаны, она еще не расчесала их, и они торчат в разные стороны вокруг ее лица. Даже выглядя так, она невероятна красива.

— Расскажи мне, что случилось, — произношу я, как можно более ласковым тоном.

Она не поднимает голову, когда я обращаюсь к ней, но начинает говорить тихим и спокойным голосом.

— Макс сказал, что они нашли еще один вариант, что объявился владелец отеля, который дал имя человека, он часто останавливался у него. Этот мужчина встречался с мамой несколько раз. Макс связался с ним, и он признался... — она делает глубокий вдох. — Он признался, что у них был роман, что они собирались сбежать, но она исчезла.

— Детка, — шепчу я, сердце разрывается от боли.

Она снова плачет, ее крошечное тело дрожит.

— Это не может быть правдой, Нейт. Она была такой чистой, такой идеальной. Она любила нас, любила папу, не было такого, чтобы она не улыбалась и не смеялась. Как у нее мог быть роман, если она была так счастлива?

— Люди могут притворяться, — осторожно говорю я. — Улыбка может прикрывать боль.

Он смотрит на меня и слезы катятся из ее глаз.

— Но ее улыбка была такой настоящей, такой красивой, такой волшебной. Я просто не могу поверить, что они правы. Я не могу спать, думая, что она просто медленно умирала, страдая из-за этого.

— Что бы ни случилось между твоим отцом и матерью, это не изменяет факта, что она обожала тебя и Лиама. Те улыбки, которые вы видели, то счастье, которое она делила с вами, были настоящими, Эйвери.

— Откуда ты можешь знать? — ворчит она.

— Потому что мои улыбки для Мейси — настоящие, любовь — настоящая. Я даю ей все, что не даю Лене.

Она долго смотрит на меня.

— Ты можешь мне сказать, что она была по-настоящему счастлива? Какова вероятность, что это было правдой?

— Конечно, есть такая возможность, — говорю я и присаживаюсь возле нее. — Эйвери, если одна сторона ее жизни не была счастливой, не значит, что и остальные не были. Она была несчастна с твоим отцом, очевидно, она нашла в другом мужчине что-то, за что стоит бороться. Я идеальный пример этого. Ты дала мне надежду, ты позволила мне снова дышать, приезжать к тебе, видеть твою улыбку, и только за это я готов бороться.

— Это странно, что я хочу встретиться с ним? — говорит она, ее голос дрожит.

Я качаю головой.

— Конечно, нет. У него есть ответы, на которые не ответит тебе она.

Она молчит, потом поднимает глаза на меня и смотрит так, будто ищет ответы.

— Прости за то, что наговорила той ночью, Нейт. Я не хотела. Это... мы... мои чувства, они пугают. Я никогда не хотела быть такой девушкой, но я не могу держаться вдали от тебя. Я больше не мыслю рационально. Ты — всё, что я вижу, всё, что я хочу.