была просто наивная попытка побега. Я должен радоваться или нет? Никак не решу.
Сколько еще он будет меня мучить?!
— Так от кого твой первый букет? Ты так и не ответила.
Я упрямо сжала губы, не собираясь ничего говорить. Не потому что защищала кого-то, а потому что была унижена и без этого!
— Так упорно молчишь, и это меня злит. Я уже был зол, когда узнал, что ты сбежала. Чего ты добиваешься?
Больше чем его слова, меня напугало, что рука, на которую он опирался, сжалась в кулак так сильно, что костяшки побелели, и все же я смогла выдавить:
— Дайте мне уйти…
Он наклонился, обдавая дыханием:
— Иди. Впереди трудный день. Тебе нужно работать.
Его рука соскользнула мне на талию, и он с силой прижал меня к себе, заставив пройти на шаг вперед. Не отпуская, открыл дверь и после этого вытолкнул, хлопнув дверью почти перед моим лицом
25 глава
До утра так и не смогла заснуть. Вернувшись в комнату, села на стул и просидела несколько часов, глядя в никуда.
Я ожидала большего, когда меня привезли сюда. Гораздо большего! Не то, чтобы я жаловалась, но это не давало покоя.
Столько всего сегодня случилось и в голове никак не укладывалось! А главное, что я совершенно точно понимала две вещи — мне здесь не место и то, что хозяин решил всеми силами меня здесь удержать.
И почему я не понимала до сих пор. Это влечение… мне казалось больше… физического свойства. Даже думать о таком смущает! Так что же его остановило? Если отбросить все эмоции и то, что это касалось лично меня? Что могло ему помешать взять то, что хочет? Толпа дорогих, нет, самых лучших адвокатов, прибежит по первому его зову и легко убедит кого угодно и в чем угодно. Меня некому защитить, и он это отлично знает. И снова, не то чтобы я жаловалась на то, что ничего не случилось!
И все же, как не неприятно было переживать и на себе все это чувствовать — черты определенной он не переступил. И когда увидел мое неприятие и вовсе остановился. Я не могла этого не признавать.
Мне почудился запах цветов, и обида снова всколыхнулась, я даже всхлипнула, поспешно утерев набежавшие слезы. Зачем он так? Чем они ему помешали? Какое ему дело до того, кто и почему мне их подарил? Ревность? Что за нелепость!
Не говоря уже о том, что он, не задумываясь, приказал забрать их из моей комнаты! Хотел показать, насколько я бесправна? Кто-то вошел, забрал их, пока меня не было. Ходил здесь и трогал мои вещи. Наверняка он не сам это сделал. Кто интересно? Я невольно оглянулась, ища следы чужого пребывания здесь.
Уже рассвело, и только сейчас я, наконец, заметила еще одно изменение. Исчез букет, что я поставила возле своей постели. Зато появился другой. Я несколько раз моргнула, решив, что это какая-то галлюцинация. Он стоял на полу чуть в стороне и был настолько огромен, что я растерялась. Несколько сотен, не меньше, алых, едва распустившихся роз. Здесь просто некуда было поставить этот букет, если это можно было так назвать. Я наверняка не смогла бы даже двумя руками обхватить эту охапку.
Сработал будильник на моем телефоне, и я едва не подпрыгнула на месте от испуга, оторвавшись, наконец, от созерцания цветочной вакханалии.
Пока собиралась и переодевалась, старалась не смотреть на цветы. Я просто не знала, что по этому поводу думать. Этот человек делает такие странные и противоречивые вещи, и я не в силах его понять! Просто не могу!
Едва позавтракав, почувствовала, как на самом деле устала. Жалеть о том, что не поспала хотя бы несколько часов, уже было поздно, день уже начался, нужно было просто продержаться до вечера. Первое новшество я заметила слишком поздно, наверное, как раз потому, что была немного не в себе.
В столовой не было моих помощниц. Стол накрыт, и все остальное было в порядке и готово, но…
— Я отослал их. Впредь, когда я ем один, не хочу чтобы надо мной стояла толпа и заглядывала мне в рот. Будешь делать все сама.
Я дернулась, и наверняка он заметил это. Он стоял у стены, возле двери, дождавшись, когда я пройду в комнату, и только после этого подошел ко мне сзади.
— Хорошо, — все, что я могла на это ответить.
Он задумал это в качестве наказания. Я сразу поняла. Вот почему, когда меня вернули, он был относительно спокоен. Даже облегчение некоторое испытала, увидев хоть какую-то понятную мне логику. Пусть последствия мне теперь придется терпеть изо дня в день. Но все же, если понимаешь, что происходит, можно и выход найти.
Даже хорошо, что мы только вдвоем. Исполняя свои обязанности и то, что до этого делали мои помощницы, я была больше занята, и это было плюсом. Почти не оставалось времени на то, чтобы остановиться и ждать, ничего не делая и замирая от каждого звука, как испуганный кролик. В обед и ужин будет всего лишь то же самое. Найдя положительный момент, я почти уговорила себя, что ничего особенного не происходит.
— Я обедаю в офисе, увидимся, — не дав мне и секундной передышки, сообщил хозяин и ушел.
Я чувствовала только усталость, глядя ему вслед. По-крайней мере, ничего особенного он не делал. Самый обычный завтрак, каких я видела уже множество, напомнила я себе, приступая к уборке.
Едва закончила, вернулась к себе в комнату. Нужно было решить, переодеваться мне к обеду или нет. Розы благоухали на всю комнату, как я сразу не заметила этого запаха, когда ночью вернулась? И снова почувствовала изумление, увидев, какой же огромный это был букет. Он выглядел чужеродным в моей казавшейся теперь такой маленькой комнате. Словно их принесли сюда придержать на время, спрятав от настоящей владелицы.
Глядя на алые лепестки, я вспомнила о своей покупке. Блузка все еще лежала в пакете. Как
