- Хорошо.
Мы пошли в сторону поместья, но путь туда был неблизкий, а Сэм и так ослабел, поэтому взял его на руки и побежал. Когда добрались до дома, мальчик уже спал, я тихо зашел в парадные двери, в этот момент мне навстречу вышла Совади, она смотрела на нас и не могла понять, что происходит.
- Не смотри на меня, как на призрак Гамлета. Лучше возьми мальчишку и уложи спать.
- Но откуда он у тебя?
- Поохотился неудачно.
Совади взяла Сэма из моих рук и сразу же изменилась в лице:
- Да он избит! И весь в крови! – после чего ее взгляд снова перешел на меня. – Неужели это один из тех детей, что пропали в Пномпене?
- Да.
- А где же остальные?
- К сожалению, выжил только этот, - в очередной раз все перевернулось внутри. – Завтра вымоешь его, накормишь, а Сози отвезет обратно в приют. Все ясно?
- Да, - Совади прижала к себе мальчика и пошла наверх.
Я вернулся в свою комнату, смыл с себя кровь и лег в постель. Перед глазами так и стояла та ужасающая картина. И как люди могут быть настолько жестокими, чтобы вот так поступать с маленькими и невинными душами? Они же ни в чем не виноваты. Все-таки я нужен этим лесам, нужен тем, кто еще не утратил своей совести, демону суждено вечно бродить по джунглям, демон обязан вырезать эту нечисть, а иначе в моем существовании нет смысла.
На следующее утро решил спуститься к остальным. Почему-то возникло непреодолимое желание посмотреть на Сэма, ведь это первый ребенок, оказавшийся здесь за сто пятьдесят лет. Неслышно подойдя к дверям столовой, посмотрел на то, что там сейчас происходило. Мальчик сидел за столом, болтал ногами, чистый и причесанный, перед ним стояла большая тарелка, на которой дымился только что приготовленный омлет. Мне сразу вспомнился момент, когда Валери первый раз принесла поднос с завтраком в комнату. И пока вспоминал прошлое, не заметил, как Сэм увидел меня и уже стоял напротив:
- Доброе утро, господин Лесной дух! – весело произнес ребенок.
- И тебе доброго утра, Сэм!
- Идемте за стол, я хочу угостить вас.
- Нет, ешь сам. Лесные духи не едят омлет, - слегка усмехнувшись, сказал я.
Но в разговор вмешалась кухарка:
- А еще Лесные духи не носят белых рубашек и не живут в старинных домах. Так что не капризничай, а садись за стол! Сэм, как только проснулся, сразу захотел увидеть тебя.
- Хорошо.
Сейчас все сидели вместе, неподалеку устроился Клавье и тихо наблюдал за происходящим. В моей душе возникли странные чувства, рядом с этим мальчиком демон будто бы уснул. После завтрака Сэм вытянул меня на улицу и попросил показать свои земли, так мы бродили вдвоем по окрестностям, он постоянно что-то спрашивал, а я отвечал. Затем мальчик подбежал к манговому дереву и попросил сорвать фрукт, он с таким восторгом наблюдал, как его спаситель в одном прыжке оказался на самом верху, что после, то и дело просил научить его так же высоко прыгать, не обращая внимания на сорванное манго.
К вечеру нужно было решать вопрос с возвращением Сэма в приют, когда он услышал наш разговор, то забежал в мою комнату и чуть ли не плача, стал просить оставить его здесь:
- Господин Лерон? Можно я останусь, хотя бы на один денек? Я не хочу в приют, там больше нет моих друзей! Почему они покинули его, а я должен вернуться?
- Сэм, - мне было тяжело, но как я мог оставить здесь ребенка, - я не похож на обычных людей, ты же должен вернуться и найти нормальную семью. Посмотри на меня. Я похож на зверя.
- Нет! Вы не зверь, вы тот, кто умеет помогать.
В этот момент в дверях показался Сози и сказал, что машина готова, тогда мальчик расплакался и медленно побрел в его сторону. Они вышли из комнаты и направились вниз по лестнице. Я же не понимал, что происходит сейчас в душе, снова нахлынули воспоминания о детстве, о том, как родители относились ко мне, о том, как встретился впервые с людьми, о появлении Валери, а когда вспомнил все до последнего мгновения, сомнения исчезли сами собой.
Я выпрыгнул из окна и встал напротив Сэма:
- Знаешь, ты можешь…, - но не успел договорить, как мальчик обнял меня за ноги и крепко прижался.
Совади и Теу не знали, как скрыть счастье и радость, а Клавье стоял в стороне и кивал, после чего подошел и тихо сказалл:
- Ты нашел то, что сделает тебя человеком. Пусть и потерял возлюбленную, но приобрел нечто большее. Этот ребенок твое спасение и очищение…
Глава 17
Судный день
Неделя прошла и сегодня я, стоя перед зеркалом, надеваю черное платье.
К двенадцати надо ехать в больницу и забирать родителей, после чего путь лежал до Подольского кладбища, где похоронены дедушка и бабушка по папиной линии. Затем отпевание, похороны и нескончаемая тоска…
Меня везде сопровождала Ника, она настоящий друг, всегда была рядом, а сегодня ее присутствие требовалось как никогда. Мы вместе ходили в школу, где поддерживали друг друга в любой ситуации: радовались, ненавидели, плакали и смеялись вдвоем, казалось, что нашей дружбе уже более ста лет. Настолько разные, но в то же время одинаковые, она всегда счастлива и легка на подъем, а я вдумчива и нетороплива, мы никогда не осуждали друг друга, никогда не учили жизни, просто дружили. Покупали банку мороженого, когда было горько, или бутылочку вина, когда было хорошо. Ее родители жили слишком далеко, поэтому ее семьей стали мы, она приходила к нам домой, как к себе и никогда не слышала упреков. Когда мама звала всех к столу, то всегда называла нас – дочь номер один и дочь номер два, так что потерю понесла не только я, но и Ника. Сегодня на наших лицах были лишь скорбь и бесконечная мука.
Когда отца и маму поместили в автобус, в горле застрял ком, который мешал дышать, возникло ощущение, что еще чуть-чуть и задохнусь. Но сейчас нужно собрать всю волю в кулак и идти до конца, все-таки это их последний путь. Я села в автобус, а Ника ехала за нами, только вот когда двигались уже по трассе, заметила, как черный внедорожник увязался за авто подруги и следовал четко за ней. До кладбища добрались без пробок, мы заехали в ворота и автобус остановился. Выйдя на улицу, я сразу посмотрела в сторону Никиной машины и к своему несчастью обнаружила все тот же внедорожник, из которого через пять минут вылез Гордеев и еще пара его друзей. Они все вчетвером подошли ко мне, а Олег встал рядом:
- Прими мои соболезнования, Лер. Мне очень жаль, - но в его глазах не было ни капли жалости или сочувствия.
- Спасибо, – ответила очень сухо и направилась к небольшой церкви, в которой должно пройти отпевание.
