– Ума не приложу, – печально сказала Дейзи, – как к этому относиться. Не понимаю, почему мистер Свифт теперь кажется иным, чем прежде. Гораздо легче его ненавидеть. Но когда я вчера увидела эту проклятую пуговицу…
– Тебе до сих пор не приходило в голову, что он испытывает к тебе какие-то чувства? – пробормотала Эви.
– Нет.
– Дейзи... Эт-то возможно, что он действует расчетливо? – чуть заикаясь, спросила Эви. – И пуговица в его кармане – своего рода уловка?
– Нет. Ты бы его видела! Он отчаянно старался спрятать ее от меня. Ох, Эви... – Дейзи угрюмо пнула гальку. – Подозреваю, что Мэтью Свифт именно тот мужчина, что мне нужен.
– Но если ты выйдешь за него, он увезет тебя в Нью-Йорк.
– Да, и меня это не устраивает. Я не хочу жить вдали от сестры и от всех вас. И я люблю Англию, я чувствую себя дома здесь, а не в Нью-Йорке.
Эви задумалась.
– А если мистер Свифт решит остаться здесь навсегда?
– Он этого не захочет. В Нью-Йорке для него гораздо больше возможностей. К тому же, оставшись здесь, он постоянно будет испытывать неловкость, поскольку он не аристократ.
– Но если он постарается... – настаивала Эви.
– Я никогда не смогу стать такой женой, какая ему нужна.
– Вам двоим нужно откровенно поговорить, – решительно сказала Эви. – Мистер Свифт зрелый, умный мужчина и определенно не ждет, что ты перестанешь быть собой.
– Все это очень спорно, – мрачно сказала Дейзи. – Он открыто объявил, что не женится на мне ни при каких обстоятельствах. Это его собственные слова.
– Он возражает именно против тебя или против самой идеи брака?
– Не знаю. Мне лишь известно, что он, вероятно, испытывает ко мне какие-то чувства, если носит мой локон в кармане. – Когда Дейзи вспомнила, как его пальцы сомкнулись вокруг пуговицы, у нее по спине пробежала приятная дрожь. – Эви, – спросила она, – как понять, что кого-то любишь?
Они шли вдоль клумбы с разноцветными примулами. Эви молча обдумывала ответ.
– Т-ты ждешь от меня умных слов и полезных советов, – сказала она, смиренно пожав плечами. —Но моя ситуация отличалась от твоей. Мы с Сент-Винсентом и не думали, что влюбимся друг в друга. Чувство нагрянуло внезапно.
– Да, но как ты это узнала?
– Был момент, когда я поняла, что он готов умереть за меня. Думаю, никто, включая самого Сент-Винсента, не верил, что он способен на самопожертвование. Это было мне наукой. Бывает, считаешь, что видишь человека насквозь, а он тебя удивит. Казалось, все изменилось в одно мгновение. Он вдруг стал для меня дороже всего на свете. Самым важным. Нет... необходимым. Ох, никак не подберу мудрых слов...
– Я поняла, – пробормотала Дейзи, но вместо осведомленности в ней поселилась меланхолия.
Она задумалась, сможет ли так полюбить мужчину. Наверное, она слишком много чувств вкладывала в сестру и подруг... и ни на кого другого их не осталось.
Подруги подошли к зарослям можжевельника, которые живой изгородью огораживали дорожку вокруг дома. Направившись к просвету, они услышали мужской разговор. Голоса были негромкими. Это свидетельствовало, что разговор касался какого-то секрета. Заинтригованная, Дейзи замерла за можжевельником и жестом велела Эви затаиться.
– ...не обещает плодовитости... – услышали они обрывок фразы одного из собеседников.
Это замечание было встречено тихим, но возмущенным возражением:
– Застенчивая? Побойтесь Бога, у этой женщины хватит духу взобраться на Монблан с перочинным ножиком и мотком бечевки. Ее дети будут прелестными озорниками.
Эви и Дейзи в изумлении смотрели друг на друга. Голоса мужчин было легко узнать, они принадлежали лорду Лландриндону и Мэтью Свифту.
– У меня сложилось впечатление, – скептически сказал Лландриндон, – что она слишком увлекается книгами. Просто настоящий синий чулок.
– Да, она любит книги. Ей нравятся приключения. Ее живое воображение дополняют пылкий нрав и крепкая природа. Равной ей девушки вы не найдете ни на вашей стороне Атлантики, ни на моей.
– На вашей стороне я искать не намерен, – сухо сказал Лландриндон. – Английские девушки обладают всеми качествами, которых я жду от жены.
Они говорят о ней, раскрыв рот от удивления сообразила Дейзи. Она разрывалась между восхищением оттого, как описывал ее Мэтью Свифт, и негодованием, потому что он пытался продать ее Лландриндону, как уличный торговец – флакон патентованного снадобья.
– Мне нужна жена, уравновешенная, уступчивая, – продолжал Лландриндон, – спокойная, тихая.
– Тихая? А как насчет ума и естественности? Как насчет девушки, которая имеет смелость быть самой собой, а не пытается изображать бледный идеал угодливой женственности?
– У меня вопрос, – сказал Лландриндон.
–Да?
– Если она такое сокровище, почему вы сами на ней не женитесь?
Затаив дыхание, Дейзи ждала ответа Свифта. К ее великому разочарованию, шелест листвы заглушил его голос.
– Черт! – пробормотала она и двинулась вперед. Эви дернула ее за шаль.
– Нет, – прошептала она. – Не искушай судьбу, Дейзи. Это чудо, что они нас не заметили.
– Но я хочу дослушать до конца!
– И я тоже.
Подруги смотрели друг на друга округлившимися глазами.
– Дейзи, – задумчиво сказала Эви, – думаю, Мэтью Свифт влюблен в тебя.
Глава 10
Дейзи не понимала, почему от утверждения, что Мэтью Свифт влюблен в нее, весь ее внутренний мир перевернулся вверх дном. Но так это и было.
– Если это так, – нетвердым голосом спросила она, – то почему он так настойчиво сватает меня лорду Лландриндону? Ему гораздо легче согласиться с планом моего отца. К тому же он был бы щедро вознагражден. А если он испытывает ко мне какие-то чувства, что его удерживает?
– Может быть, он хочет выяснить, любишь ли его ты.
– Нет. Ум мистера Свифта работает совершенно иначе, так, как у моего отца. Они деловые люди. Хищники. Если бы мистер Свифт хотел заполучить меня, то он не спрашивал бы моего позволения. Ведь лев не станет любезно интересоваться у антилопы, не возражает ли она, если ею пообедают.
– Думаю, вам нужно откровенно поговорить, – объявила Эви.
– О, мистер Свифт станет говорить уклончиво, как делал это до сих пор. Если только...
– Что если?
– Если я не найду способ вынудить его снять защитную броню. И заставить честно сказать о своих чувствах.
– И как ты это сделаешь?
– Не знаю. Эви, ты знаешь о мужчинах в сто раз больше, чем я. Ты замужняя женщина. Ты окружена мужчинами. Скажи, на твой просвещенный взгляд, существует быстрый способ довести мужчину до грани помешательства и заставить его сказать то, что он хочет скрыть?
Обрадованная тем, что ее считают искушенной в таких делах, Эви обдумывала вопрос.
