Продолжительное молчание.
Хеллингер (через некоторое время): Хорошо?
Участница: Очень хорошо.
Хеллингер (обращаясь к группе): Наш курс — обучающий курс, и я разъясняю, что делаю. Это было в некотором роде гипнотическое упражнение. К самой клиентке мы здесь не обращались. И поэтому она не должна себя чувствовать задетой. То есть я ставлю нечто между ею и мной. Но она не может поступить иначе, как отправиться на кладбище вместе со мной. Так я привожу ее к тому, чего ей не хватает, не называя этого. Так я вхожу в чувство, которое уместно для нее. Я вспоминаю, я грущу и начинаю плакать. Ее душа идет вместе со мной. Ее душа идет вместе со мной, сама не понимая, как это происходит.
Обращаясь к участнице: Это все. Когда ты с этим справишься, ты ей скажешь: «На этом мы на сегодня закончим». Хорошо?
Участница: Да.
Хеллингер: Всего тебе хорошего.
Отношения троих
Участник: Я работал с одной парой, но теперь я работаю только с женой. Два года назад у них в браке был кризис…
Хеллингер перебивает: Этого достаточно. Итак, речь идет о супружеской паре, которая пережила кризис, и теперь ты работаешь только с женой. Я правильно понял?
Участник: Да.
Хеллингер (обращаясь к группе): А что произошло с того времени?
Участник: Мне показать, что произошло?
Хеллингер ставит заместителей мужа и жены напротив друг друга, а самого участника несколько в стороне от них.
Хеллингер (обращаясь к группе): Теперь понаблюдаем за тем, что происходило.
Участник попеременно смотрит то на мужа, то на жену. Он подходит немного ближе к мужу. Муж начинает мелкими шажками передвигаться к жене. Та остается неподвижной. Через некоторое время Хеллингер отворачивает участника.
Хеллингер (обращаясь к мужу): Как ты теперь себя чувствуешь, лучше или хуже?
Муж: Лучше.
Смех в группе.
Хеллингер (обращаясь к жене): Как ты теперь себя чувствуешь, лучше или хуже?
Жена: Пока я вся дрожу. Пока я не знаю.
Хеллингер (обращаясь к группе): Это треугольник. То, что он работает с ней одной, означает, что у них сложились отношения троих — треугольник. Он встал между ними в их отношениях.
Хеллингер (обращаясь к заместителям): Спасибо вам.
Участник смеется.
Хеллингер (обращаясь к участнику): Мы видим, как опасна может быть помощь.
Когда участник хочет что-то сказать: Подожди, я еще кое-что объясню тебе. У нас достаточно информации. Больше мне знать не надо.
Обращаясь к группе: Что же именно произошло? Он сочувствует жене (поэтому она к нему и ходит), а муж исключен. Жена ведет себя по отношению к нему как ребенок, а он ведет себя по отношению к жене как мать. Если бы он вел себя как отец, то ее муж получил бы место в его сердце. Но он ведет себя как мать. Многие терапевты ведут себя как матери по отношению к своим клиентам. Все, кто так поступает, не уважают мужчин и исключают отцов и мужей. Это последствия терапевтических отношений. Так называемых терапевтических отношений.
Обращаясь к участнику: Ты видишь, как она опасна.
Обращаясь к группе: И как нужно быть осторожным с самого начала, чтобы не угодить в такие отношения. Риск установить такие отношения существует, когда клиент представляется нуждающимся.
Обращаясь к участнику: Так пробуждаются твои материнские инстинкты. Это, конечно, великолепно, но ничему не поможет.
Участник смеется.
Участник: Когда я стоял здесь, мне хотелось подойти к мужу.
Хеллингер: Я это видел, но ты этого не смог. Жена утянула тебя в сферу своего влияния. Нельзя сказать, чтобы ты исключил мужа совсем, но в этих отношениях ты выступал как соперник. Такие отношения структурно напоминают треугольник.
Обращаясь к группе: Когда терапевт в процессе терапии пары работает только с одним из супругов, то практически неизбежно отношения превращаются в треугольник, что препятствует решению.
Обращаясь к группе: Если бы ты дальше работал с этой парой, с кем нужно было бы работать дальше?
Обращаясь к участнику: Кто клиент? Однозначно, жена. Муж был обращен в сторону жены. Можно было бы предположить, что причина лежит в родительской семье жены.
Хеллингер снова ставит заместительницу жены, ставит напротив заместительницу ее матери.
Хеллингер (обращаясь к участнику): Теперь я все-таки сделаю с тобой одно упражнение. Встань за спиной матери.
Жена и ее мать смотрят на пол. Хеллингер просит участника подойти ближе к матери и положить ей руки на плечи. Жена делает крошечный шажок в сторону матери.
Хеллингер (через некоторое время, обращаясь к матери): Ляг на пол.
Мать ложится на пол. Жена кладет левую руку себе на живот и начинает дрожать. Она делает два крошечных шажка в сторону матери. Своей левой рукой она держит правую.
Хеллингер просит участника отойти немного назад.
Жена, преодолевая большое сопротивление, все же подходит ближе к матери, но не решается прикоснуться к ней и ложится рядом с ней. Участник еще дальше отошел назад и отвернулся.
Хеллингер просит участника сесть снова рядом с ним.
Хеллингер (обращаясь к участнику): Совершенно ясно, что это все никак не связано с партнерскими отношениями. Жена хочет умереть. Мы видели, что ее мать вообще здесь не присутствовала. Может, она хотела умереть или умерла слишком рано, Мы этого не знаем. Сначала женщина была зла на свою мать. Возможно, потому, что она подавляла в себе любовь к ней. Но мы видели, что она хочет быть с матерью и хочет умереть. Теперь я вижу проблему совершенно в другом свете. Теперь речь идет о жизни и смерти, теперь мы видим проблему системно. Мы исходим не из того, что люди чувствуют. Это системно. Теперь посмотрим, сможем ли мы найти решение. Согласен?
Участник: Да.
Хеллингер снова ставит заместителя мужа и жены друг напротив друга.
Хеллингер (обращаясь к матери): А ты встань за спиной своей дочери — там, где ты чувствуешь себя хорошо.
Мать отходит немного назад, потом еще немного.
Хеллингер (через некоторое время, обращаясь к жене): Скажи своему мужу: «Меня тянет к моей матери».
Жена: Меня тянет к моей матери.
Хеллингер (через некоторое время, обращаясь к мужу): Скажи: «Пожалуйста, останься».
Муж: Пожалуйста, останься.
Жена тяжело дышит. Затем муж и жена маленькими шажками идут друг другу навстречу. Они протягивают друг другу сначала по одной руке, потом по второй. Муж подходит ближе и берет жену за предплечья. Оба долго смотрят друг на друга. Жена не решается подойти совсем близко. Потом они нежно обнимаются.
Хеллингер: Как теперь себя чувствует мать?
Мать: Я чувствую облегчение.
Хеллингер (обращаясь к участнику): Я думаю, этого достаточно.
Участник: Спасибо.
Хеллингер (обращаясь к заместителям): Спасибо вам всем.
Обращаясь к участнику: Я двигался медленно, шаг за шагом, чтобы вы видели, как развивается помощь. В конце все стало ясно. Но что ты будешь делать, когда она снова придет к тебе? Я скажу, что мне приходит на ум. Ты, конечно, можешь изменить это в любое время.
Ты можешь ей сказать, что хочешь поговорить наедине с ее мужем.
Заместитель мужа смеется.
Хеллингер (обращаясь к группе): Вы видели реакцию мужа?
Обращаясь к участнику: Когда муж придет, скажи ему, что тебе кажется, что его жена хочет уйти, даже что она хочет умереть и пусть он тебе расскажет что-нибудь о ее родительской семье. Тем самым ты привлечешь его на свою сторону. Он снова будет на твоей стороне. Тогда ты, возможно, выяснишь что-то важное и сможешь сделать что-нибудь для обоих. В том же ключе, как мы делали это сейчас. Было очевидно, что жена все же колебалась. Но тяга к смерти в ней очень сильна. Доверься происходящему. Ты должен знать: то, что здесь происходило, будет действовать на них обоих. А теперь я покажу тебе твое высокое искусство.
Помогать системно
Помощь, которая рассчитывает на то, чтобы стать успешной, должна быть системной. Это значит, что, работая с клиентом, я должен держать в поле зрения всю его систему. Традиционная психотерапия основана на следующем: приходит клиент, и начинаются отношения между клиентом и терапевтом. Если терапевт (или помощник), глядя на клиента или клиентку, видит за ним его родителей и принимает их в свое сердце, принимает в свое сердце и его предков, внутренне склоняется перед судьбой клиента и уважает ее и если он за всем этим чувствует свою собственную судьбу и своих родителей, и своих предков, тогда он уже не один и тогда терапевтические отношения в том смысле, о котором мы говорили, становятся невозможными. Тогда это отношения двух взрослых людей, которые вместе ищут решение и которые действуют совместно. Вот в чем различие.
