— Ты хочешь переспать с Ахмедом!
— Умница. Сама догадалась, или Высшие Силы подсказали?
— У тебя вид, мама, как у кошки, сожравшей сметану.
— Сметанку ещё даже не попробовала, но если ты не будешь мешать, то непременно так и случится.
— На клубничку, значит, потянуло?
— Что за слова такие: сметанка, клубничка? Женщина хочет устроить свою личную жизнь, что тут плохого?
— Мама, тебе не стыдно? У него жена и пятеро детей.
— Жены давно нет. Я и раньше знала, а он сегодня подтвердил. Она поехала на Кавказ к родителям, вроде на свадьбу младшей сестры, и пропала. Её родители тоже пропали. Неудивительно, там же война шла полным ходом. А дети его давно взрослые, младшая уже замужем.
— Он же кавказец, а ты их не любишь, сама говорила.
— Ну, какой из Ахмеда кавказец? Он здесь и родился, и вырос. Даже говорит, как русский. И необрезанный, сама проверяла. Хотя и не крещённый, конечно. А самое главное…
Что в жизни, по мнению мамы, самое главное, я и так отлично знала, поэтому дослушивать конец её тирады ни малейшей необходимости не было.
* * *
Так сразу позвонить не удалось, я долго не могла найти свой телефон, но потом вспомнила, что уронила его на кухне после разговора с Мелентием, да так тогда и не подняла. Колян ответил на звонок мгновенно, будто ждал, и спросил, когда меня забрать. Я ответила, что чем быстрее, тем лучше, жду его с нетерпением, и стала выбирать одежду. Предстояла встреча с Мэрским, так что имело смысл надеть джинсы и свитер, но тогда нужна другая косметика. Хотя если свитер заменить на блузку и тёплую жилетку…
В дверь позвонили, я оставила гору одежды на кровати и пошла открывать. На пороге стоял Колян.
— Вы бы хоть спросили, кто пришёл, Елена Михайловна, — буркнул он. — Или в глазок посмотрели. Нельзя же открывать, не глядя. Там, во дворе, торчат двое ребят из банды Кареты. Они пока не мокрушники, но если он им прикажет, запросто убьют. Осторожнее надо быть, раз в такое дело вляпались. Кстати, я тут и машину Ахмеда видел, правда, где он сам, не знаю. Тоже очень мутный тип.
— Да, мутный, — согласилась я. — Колян, а как вам удалось так быстро сюда приехать?
— С утра поблизости стою. Видите, как удачно получилось. Вы спешите, а я — тут как тут. Только знаете что? Вы одеты слишком легко. И обувка у вас не по сезону. У нас тут сейчас не Сочи и не май месяц. Замёрзнете стопудово.
— Понимаете, я ещё…
— А! Дошло! Вы будете магически греться. Тогда другое дело. Поехали. Что ж это я, дурень такой, языком чешу, когда вы так торопитесь.
Дурой, причём конченной, полной, круглой и какой хотите ещё чувствовала себя как раз я. На улице хоть и не сильный, но всё-таки мороз, падает снежок, и как назвать девицу, которая в такую погоду собралась ехать неведомо куда в лёгкой кофточке и босоножках? Но признаться в этом Коляну было выше моих сил. Пусть я замёрзну и даже простужусь, но с высоко поднятой головой! Да и в машине Коляна наверняка есть мощный обогреватель, а идти до неё совсем недалеко, холод не успеет пробрать до костей. Но мёрзнуть всё равно не хотелось, даже недолго, так что снова пришлось обращаться к Высшим Силам.
— Кто тут дура — не вопрос, но не хочу раздетой на мороз, — прошептала я, стараясь не шевелить губами, чтобы Колян не заметил.
И рифма, и размер хромали, я ведь не поэтесса, в конце концов, но Высшие Силы, похоже, не знали снисхождения, и никак на мой призыв не отреагировали. А может, просто не услышали мой шёпот. Колян ждал, и я шагнула за порог.
— Стоять! — раздался звериный рык у меня за спиной, и на лестницу вылетел Ахмед.
Вид он имел довольно своеобразный: пиджака и галстука уже не было, рубашка расстёгнута, а рот перепачкан губной помадой. Колян полез в карман пальто, Ахмед снова держал правую руку за спиной, и в этот раз вряд ли в ней были цветы.
— Совсем оборзел, чернозадый? — недружелюбно поинтересовался Колян. — Чего быкуешь? Не лезь не в свои дела!
— Не приставай к этой девушке, понял? Никуда она с тобой не пойдёт!
— Тебя, чурку, забыли спросить! Она уже взрослая, и ходит, куда ей нравится.
— Ты хочешь сказать, что она идёт с тобой по своей воле? Босая на снег? Кому ты лапшу на уши вешаешь, Колян? Лена, вернитесь в дом, я смогу вас защитить.
— Командовать у себя на Кавказе будешь! Если всякие тамошние ваххабиты тебя станут слушать. А здесь ты никто и звать тебя никак!
Оба явно собрались стрелять. У Коляна пистолет был, это я знала, Ахмед тоже наверняка не ходил безоружным. Нужно было немедленно их остановить. А заодно я увидела отличный шанс одеться по погоде. Высшие Силы всё-таки меня услышали и без помощи не оставили.
— Мальчики, угомонитесь! — попросила я. — Мне холод не страшен, но я оденусь потеплее, только чтобы вы не ссорились. Дядя Ахмед, идите, успокойте маму, она наверняка волнуется и переживает. Колян, а вы подождите меня, пожалуйста, в коридоре. Я быстро.
Ахмед ушёл, ругаясь себе под нос. Юркнув в свою комнату, я уже не стала ничего выдумывать, а просто надела колготки. Это действительно не заняло много времени. Выйдя к Коляну, я достала сапоги и сунула в них ноги. Немного подождала, но Колян и не подумал застегнуть молнии на моих сапожках, пришлось сделать это самой. И пальто я надела самостоятельно, он не помог.
Мы вышли во двор и сели в машину. Только там Колян заговорил.
— Елена Михайловна, почему вы сразу не сказали ему, что это вы меня вызвали? Он подумал, что я вас похищаю, и уже собирался стрелять. Ну, прикончил бы я его, и что в этом хорошего? Из-за какого-то чернозадого мы бы поимели неслабые неприятности.
— Извините, Колян, — я понимала, что была не права. — Растерялась и не сразу сообразила, что делать.
— Ладно, проехали, — вздохнул он и завёл мотор. — Куда вас отвезти?
— К Мэрскому, — решилась я.
У меня накопилось очень много вопросов, ответить на которые мог только Мэрский. Настала пора их задать. Колян ехал молча, это совсем было на него непохоже. Я понимала, что он на меня обиделся за инцидент с Ахмедом, и попыталась вернуть прежние отношения.
— Колян, я хочу вам кое-что объяснить. Моя мама — очень эмоциональная женщина, и ей просто необходимо постоянно устраивать скандалы. Без этого ей жизнь не мила.
Шофёр молча кивнул.
— Ни один мужчина этого не выдерживает. Может, тот, кто её полюбит больше жизни, и смирился бы, но таких пока не нашлось. Сами понимаете, полюбить скандалистку непросто.
— Или мужик-тряпка, на которого постоянно орала собственная мамаша, и он к такому привык, — Колян вступил в разговор, чем очень меня обрадовал.
— Да, тоже сойдёт, но дело в том, что маме такие мужчины не нравятся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
