Слеты по обмену боевым опытом прошли не в одной дивизии Улитина, а во многих соединениях. Все воины 60-й армии — от солдат до генералов — упорно овладевали наукой побеждать. С каждым днем улучшалась боевая выучка. В этой большой работе чувствовалась твердая рука командарма Черняховского.
Готовясь к наступлению, Иван Данилович особое внимание уделял изучению противника, организации разведки. В этом деле, как и во всех других, он широко предоставлял инициативу подчиненным, учил их и сам учился на их опыте.
В приказе войскам армии от 18 октября 1942 года Черняховский дал анализ организации разведки 24-й стрелковой бригады в районе Старые Семилуки. Серьезный упрек получил командир бригады, который потерял в ходе боя связь с разведотрядом.
Немало было сделано и для того, чтобы улучшить солдатский быт во фронтовой обстановке. Бойцы ощущали не только требовательность, но и заботу командования. Это поднимало их дух.
Прочно удерживая занимаемые рубежи, 60-я армия продолжала упорно готовиться к решающим схваткам.
Командование фронтом дало высокую оценку деятельности командарма и члена Военного совета армии. В конце октября Федора Федотовича Кузнецова выдвинули членом Военного совета фронта. Черняховскому трудно было расставаться с ним. Многому научился он у этого опытного политработника.
Членом Военного совета 60-й армии был назначен корпусной комиссар Александр Иванович Запорожец. Ватутина перевели командующим Юго-Западным фронтом, а командование Воронежским фронтом в конце октября принял Голиков. В его взаимоотношениях с Черняховским сразу почувствовался холодок. Голиков помнил Черняховского в должности начальника штаба танкового батальона 8-й механизированной бригады, которой он командовал в тридцатые годы, и не представлял себе, насколько вырос Черняховский как командир.
При всех обстоятельствах Иван Данилович старался не обострять отношений с командующим, держался спокойно и безупречно исполнял свои обязанности, весь отдаваясь делу.
Одной из важнейших проблем для Черняховского в то время была организация бесперебойного и четкого управления войсками. Потерю управления он считал равноценной поражению. Еще командуя дивизией и корпусом, не раз встречал таких командиров, которые после очередного успеха подчеркивали: «Это я командовал». А после крупного просчета говорили: «Штаб не обеспечил управления». Иван Данилович обычно в таких случаях говорил: «Нет плохих штабов, есть плохие командиры», и сам никогда не ссылался на штаб. Он уделял большое внимание командирской учебе и комплектованию штабов лучшими кадрами. В одном из своих приказов по армии он определил для штабных командиров программу занятий, причем вся она строилась применительно к тем практическим задачам, которые предстояло решать войскам. Так, к середине января 1943 года штабы всех степеней должны были изучить тему: «Работа штабов в наступлении зимой на сильно укрепленные позиции противника».
Несмотря на огромную занятость, Черняховский находил время для того, чтобы встречаться и с командирами разных рангов, и с бойцами. Он знал, как много значит для них слово командарма. В начале декабря было созвано совещание армейских снайперов. Его открыл Черняховский.
Командарм знал многих из отличившихся в боях, и поэтому его речь была конкретна. Он назвал знаменитых снайперов, таких, как Абдулов, Беляев, Климов, уничтоживших свыше сотни гитлеровцев каждый. Черняховский сообщил, что снайперы 60-й армии в общей сложности выбили из строя так много гитлеровцев, что из них можно было бы собрать без малого дивизию. Командарм призвал снайперов беспощадно истреблять фашистов. Снайперы 60-й надолго запомнили встречу со своим командармом.
На переднем крае в одном из блиндажей красноармейца Абдулова ждали со слета земляки. Наконец он попал в объятия друзей.
— Видел генерала Черняховского?
— Видел!
— Какой он?
— Выше среднего роста, карие глаза, русые, слегка волнистые волосы, красивое смуглое лицо, что еще тебя интересует?
— Не знаешь, что интересует солдата на войне? Что он сказал о нашей победе?
— Ничего не сказал.
— Значит, ты не видел командующего в глаза?
— Как не видел, генерал со мной за руку поздоровался, — с гордостью сказал Абдулов. — В своем выступлении обо мне говорил.
Абдулов постарался в точности передать слова Черняховского:
— «…Вот я представляю себе, Абдулову будет легко отчитываться перед Родиной, он скажет: „Я истребил сто двадцать немецких оккупантов“. Легко будет отчитываться Беляеву, ведь он уничтожил сто двадцать пять гитлеровцев… И трудно будет держать ответ тому, кто искал себе легкое место, кто в бою с врагом не был смелым, решительным».
— Неужели и в самом деле генерал назвал твою фамилию первой? — усомнился Оразбаев.
— Не веришь? Прочитаешь в армейской газете!
Вечером, когда они вернулись со снайперской охоты, действительно их в блиндаже ждала свежая газета с выступлениями командарма Черняховского и красноармейца Абдулова на слете снайперов.
Оценивая боевые действия наших войск в районе Воронежа, «Правда» в передовой статье от 12 декабря 1942 года писала: «…Замыслы гитлеровцев с треском провалились. Правда, им удалось добиться тактических успехов, но они оказались незавершенными ввиду явной нереальности стратегического замысла германского командования. И в крушении этого плана немалую роль сыграла оборона Воронежа».
В ходе подготовки к предстоящим наступательным операциям в 60-й армии проводился комплекс различных мероприятий. Наиважнейшей из них являлась работа, направленная на сбережение сил и здоровья воинов. Командарм с членом Военного совета армии приняли участие в совещании политработников по обмену опытом в партийно-политической работе. На этом совещании коммунисты рассмотрели особенности партийно-политической работы в наступлении в суровых зимних условиях и вопросы о постоянном повышении боеспособности войск.
3
20 января 1943 года Черняховский ознакомился с замыслом Воронежско-Касторненской операции, которая проводилась усилиями войск Брянского и Воронежского фронтов. Ведущая роль в этой операции отводилась 40-й армии генерал-лейтенанта К.С. Москаленко и 13-й армии генерал-майора Н.П. Пухова. Войскам 60-й армии ставилась задача: соединениями левого крыла уничтожить противостоящего противника и выйти в район Нижней Ведуги, где соединиться с частями 38-й армии генерал-лейтенанта Н.Е. Чибисова, наступающими навстречу, и совместно с ними завершить окружение и уничтожение воронежской группировки противника. Соединения правого крыла должны были сковать врага на фронте Кулешовка — Воронеж — Гремячье и не дать ему возможности снимать отсюда силы против войск 40-й армии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
