class="p1">На подходе к кассе он увидел, как по вестибюлю в его сторону бегут ещё какие-то люди. В такое позднее время на вокзалах обычно ходят медленно. Если кто-то бежит, значит, у него есть на это очень веская причина, и Алекс не сомневался, что он и есть эта причина. Люди Крэя, должно быть, поддерживали связь по рации. Стоило одной группе увидеть его, и они все узнали, где он.
Алекс запрыгнул на велосипед и, отчаянно крутя педали, попытался разогнать его на плоском каменном полу. Он проскочил мимо касс, газетных киосков, информационных стендов и пандусов, ведущих к платформам, стараясь как можно дальше оторваться от преследователей. Перед ним вдруг оказалась женщина, неторопливо толкавшая моторизованную уборочную машину, и ему пришлось резко свернуть, чуть не сбив с ног бородатого туриста с огромным рюкзаком. Тот выругался на него по-немецки. Алекс понёсся дальше.
В конце главного вестибюля была дверь, но, прежде чем Алекс успел до неё добраться, она распахнулась, и в вокзал вбежали новые враги, перекрывая дорогу. Отчаянно крутя педали, Алекс повернул к единственному выходу из этого кошмара, который увидел, – пустому эскалатору, ведущему вниз. Не до конца осознавая, что делает, он направил велосипед на металлические ступеньки. Велосипед отчаянно подпрыгивал и трясся, его мотало из стороны в сторону. Алекс даже опасался, не отвалится ли колесо от таких нагрузок – или же острые металлические выступы проколют шины? Но потом он съехал вниз, оказавшись – выглядело это очень странно – на станции метро, между кассами и турникетами. Он даже обрадовался, что уже так поздно. В зале почти никого не было. Тем не менее несколько зевак изумлённо повернули головы в его сторону; через мгновение он въехал в длинный коридор и исчез из виду.
Сейчас, конечно, было совсем не подходящее время, но Алекс всё равно не смог не восхититься управляемостью «Плохого мальчика». Алюминиевая рама была лёгкой и послушной, но благодаря сплошной трубе велосипед был устойчивым. Он доехал до угла и автоматически приготовился войти в поворот. Он нажал ногой на внешнюю педаль, перенёс на неё вес тела и пригнулся. Центр тяжести оказался как раз в том месте, где шины контактировали с землёй, и Алекс прошёл поворот, полностью контролируя движение. Этому Алекс научился несколько лет назад, когда катался на горном велосипеде в Пеннинских горах. Но уж чего он не ожидал, так это того, что такую технику доведётся применить на станции метро в Амстердаме!
Алекс поднялся обратно на другом эскалаторе и оказался на противоположной стороне площади, в отдалении от вокзала. Останки киоска с хот-догами всё ещё горели. Рядом стояла полицейская машина; ошеломлённый продавец, громко крича, пытался объяснить кому-то из полисменов, что же произошло. Какое-то мгновение он надеялся, что удастся ускользнуть незамеченным. Но затем послышался визг шин; один из «Смартов» резко развернулся и понёсся в его сторону. Они увидели его! И снова преследуют.
Алекс ехал по Дамраку, одной из главных улиц Амстердама, быстро набирая скорость. Он оглянулся назад. К первому «Смарту» присоединился ещё один, и сердце Алекса ушло в пятки. Как быстро ни крути педали, автомобильный мотор всё равно мощнее. У него есть от силы секунд двадцать, прежде чем они настигнут его.
А затем прозвонил звонок, и послышался громкий металлический лязг. На него с грохотом надвигался трамвай, направлявшийся к вокзалу. Алекс понял, что нужно делать. Позади уже слышался шум двигателей «Смартов», впереди маячила огромная металлическая коробка – трамвайный вагон. В самый последний момент он вывернул руль и проскочил прямо перед трамваем. Алекс увидел перепуганное лицо водителя; велосипед тряхнуло, когда он пересекал рельсы. Но потом он оказался на противоположной стороне, а трамвай превратился в стену, которая – хотя бы на несколько секунд – отделит его от «Смартов».
Одна из машин всё же попыталась последовать за ним. Это оказалось ужасной ошибкой. Машина лишь наполовину пересекла пути, когда трамвай врезался в неё. Послышался оглушительный грохот, и машину отбросило куда-то далеко в сторону. За ним – ужасный скрежет и визг металла: трамвай сошёл с рельсов. Второй вагон трамвая развернуло, и он врезался во второй «Смарт», отшвырнув его, словно надоедливую муху. Алекс въехал на красивый белый мост; за его спиной царил хаос, на месте аварии уже послышались первые полицейские сирены.
Он ехал по узким улочкам, где оказалось на удивление много народу; люди спешили в кинотеатры и ночные клубы. Алекс случайно свернул в знаменитый амстердамский квартал красных фонарей. Интересно, что об этом скажет Джек. Какая-то женщина, стоявшая у дверей невысокого дома, подмигнула ему. Алекс, даже не повернувшись в её сторону, поехал дальше.
В конце очередной улочки его ждали три чёрных мотоцикла – 400-кубовых «Сузуки Бандита».
Алекс застонал. Мотоциклы, молчащие, неподвижные, ждали его – иной причины находиться здесь у них просто не было. Едва заметив Алекса, мотоциклисты тут же завели моторы. Алекс знал, что нужно спасаться – и как можно скорее. Он огляделся.
С одной стороны – освещённые неоновыми лампами магазины, возле которых сновали десятки людей. С другой стороны – узкий тёмный канал. Если он сумеет перебраться на тот берег, то, может быть, даже окажется в безопасности. Но как? Моста поблизости нет.
Но, возможно, способ всё-таки найдётся. В канале разворачивался корабль – один из знаменитых экскурсионных теплоходов со стеклянной крышей, на которых устраивают поздние ужины для туристов. Он стоял в канале наискосок, практически касаясь обоих берегов. Капитан, судя по всему, не рассчитал угол, и корабль застрял.
Алекс тут же налёг на педали и нажал на зелёную кнопку, спрятанную в звонке. Под седлом велосипеда висела бутылка для воды, и уголком глаза он увидел, как на дорогу из неё брызнула серебристо-серая жидкость. Он спешил к каналу, оставляя за собой след, похожий на улиточный. Позади ревели моторы «Сузуки» – судя по всему, они почти догнали его. А потом всё случилось одновременно.
Алекс съехал с дороги, пересёк тротуар и поднял верхнее колесо велосипеда в воздух. Первый мотоцикл как раз добрался до скользкой жидкости. Мотоциклист тут же потерял управление, и его так сильно занесло, словно он специально старался свалиться. Он врезался в другой мотоцикл, и оба полетели на землю. Алекс в эту же секунду приземлился на укреплённую стеклянную крышу туристического теплохода и поехал по ней. Ужинавшие туристы с изумлением глядели на него. Официант с подносом, уставленным стаканчиками, резко развернулся от неожиданности и всё уронил. Кто-то щёлкнул фотовспышкой. А потом он доехал до другой стороны. По инерции велосипед взлетел с крыши, перепрыгнул ряд заградительных столбиков и остановился
