со всех точек зрения с учетом различных составных частей стоимости полученного продукта. Ведь обычно бывает так, что данная деятельность с известной точки зрения ведет к ценным результатам, в другом же отношении дает отрицательные результаты. Например, переписывание в ускоренном темпе увеличивает число страниц переписанного текста, но вместе с тем увеличивает и количество ошибок, уменьшая точность копии. И не раз приходится сводить воедино в общей оценке, с одной стороны, множество аспектов ценности продукта, а с другой — множество разного вида потерь. Особенно часто наблюдаются случаи, когда вступают между собой в конфликт производительность, понимаемая как количество продуктов, произведенных за данное время, и качество тех же продуктов. Так, один специалист ПНР по производству бумаги попытался объяснить мне причины поступления на рынок, по крайней мере до 1952 г., только плохих сортов промокательной бумаги. Он говорил, что промокательная бумага должна быть пушистой, а для этого на известной фазе обработки необходим медленный темп производственного процесса. Предприятия же стремились к тому, чтобы перевыполнить план по количеству, и поэтому в ущерб качеству продукции ускоряли темпы обработки.
Особо удачным для проведения расчетов является случай, когда все входящие в расчет виды ценности продукта можно подчинить меновой стоимости, измеряемой посредством денег, и когда то же самое можно сделать в отношении всех видов затрат. Израсходовано известное количество времени, известное количество материала, известное количество электрической энергии, получен определенный вес мыла, которым можно было бы выстирать такое-то и такое-то количество белья (в килограммах) и т.д. В таком случае можно получить общую величину производительности или экономности данного производственного процесса с точки зрения всех входящих в расчет видов затрат и стоимости продукта.
Однако не следует упускать из виду то, что такая возможность отнюдь не является чем-то нормальным. Так понимаемая экономичность не является достоинством исключительно экономического порядка как область оперирования только стоимостями, измеряемыми с помощью денег. Исследовательская работа, закончившаяся открытием, объясняющим многие явления (например, открытие закона всеобщего тяготения), когда-то, разумеется, окупится, и между прочим, вследствие попутных технических усовершенствований, которые возможно будет оценить (окупится вовсе не обязательно самим исследователем, то же самое относится к изобретателям, композиторам, мастерам искусства). Однако такие творческие произведения имеют ценность совершенно другого рода. Ценность их в том, что они просвещают умы, возбуждают психические структуры, в том, что они являются желанной победой над сложным в обработке материалом, что уже является для творческого работника наградой, повышает его чувство собственного достоинства. С точки зрения таких ценностей можно действовать производительней, а значит, и экономичней, хотя они и находятся в противоречии с любыми попытками выражения в денежной форме, измерения какой-либо из них в тех или иных валютных единицах. Здесь остается лишь применять интуитивные масштабы оценки, зачастую не доступные восприятию (пониманию, применению) других субъектов.
Вот несколько простых примеров образцовой экономичности деятельности. Рассказывают, что некий автор написал обширное произведение, ежедневно используя для этого десятиминутные отрезки времени, отделявшие момент прихода его домой с работы от момента, когда ему подавали обед. Иногда случается видеть усадьбы с пустующей площадью или приусадебные огороды, где используется каждый клочок земли и хозяин получает хороший урожай. Ловкий турист сумеет разжечь огонь одной долей спички, расщепленной на четыре части. А вот пример экономии материала в конкретном, общественно важном случае:
…Предприятия по пошиву одежды достигли значительной экономии сырья.., применяя так называемые безотходные раскрои. На швейных фабриках Вельска, Бытома и Кракова размеры отходов в ассортименте мужской одежды снижены до 0,25 процента общего расхода тканей, в результате чего эти предприятия получили многомиллионную экономию.[23]
В числе различных праксеологических достоинств рядом с экономичностью, естественно, находится простота действия: либо простота того действия, которое привело к созданию данного продукта, либо простота оперирования продуктом, а следовательно, простота оперирования данным продуктом в связи с приобретенными им свойствами. Это не экономичность, хотя и приносит результаты в форме экономичности, так как большая простота в употреблении и обслуживании является вообще более экономичной. В чем же, однако, существо простоты? Простота — это антитеза сложности, наиболее дезориентирующие случаи которой мы именуем запутанностью. Сложным является то, что запутанно составлено или, кроме того, состоит из многочисленных разнообразных элементов. Поэтому формулируем определение: действие является тем более простым, чем оно менее осложнено.
По учебникам торговой арифметики мы учимся многим упрощениям. Используя такие правила, продавцы не вычисляют сдачу, казалось бы, естественным, но старомодным и наивным способом — путем вычитания цены товара из получаемой суммы и выплаты клиенту из кассы подсчитанной разницы. Они поступают проще, прибавляя к цене товара поочередно суммы возвращаемых покупателю денег в процессе выдачи сдачи, пока не досчитаются до полученной суммы. Упрощение достигается потому, что прибавлять в общем легче, чем отнимать, и потому, что выплата производится сразу, в ходе подсчета, а не после предшествующего произведения подсчета и запоминания его результатов.
Это были примеры, показывающие относительную простоту данного действия по сравнению с другими; упомянули же мы выше о понятии простоты в применении к продукту. Приведем соответствующий пример. Прежде были в ходу часы, которые заводились с помощью ключиков. Ключик надо было вынуть из того места, где он хранился (он мог быть так или иначе подвешен к часам на цепочке, мог упасть или запылиться), открыть крышку часов, предохраняющую от проникновения пыли отверстие для завода, завести часы, закрыть крышку, старательно спрятать ключик. Сколько действий, сколько различных мелких забот! А если хотелось перевести стрелки часов, подобные манипуляции приходилось производить по отношению к другому отверстию и т.д. Насколько же проще делается и то и другое при нынешней конструкции карманных часов. Для того чтобы их завести, достаточно несколько раз повернуть внешнюю головку, а чтобы передвинуть стрелки, достаточно повернуть ту же головку, предварительно оттянув ее. Более того, теперь выпускаются часы, которые заводятся автоматически (от любых движений руки, на которой их носят).
После рассмотрения экономичности и простоты позволительно посвятить минуту внимания исправности, отмечая в самом начале многозначимость этого термина. Мы будем различать именно три его значения: универсальное, синтетическое и манипуляционное. При употреблении его в универсальном смысле термин «исправность» является общим наименованием каждого из практических достоинств, следовательно, точность является своего рода исправностью, производительность — тоже, простота — тоже и т.д. Исправность в синтетическом понимании — сумма этих достоинств, вместе взятых: нечто делается тем более исправно, чем более действия приближаются к сочетанию в себе всех достоинств эффективной работы, притом в самом большом объеме. Обоим этим относительно общим значениям исправности противопоставляется специальный смысл этого термина, который мы выше назвали манипуляционным значением. Это значение легко иллюстрируется простыми примерами. Опытная машинистка отличается манипуляционной
