— Ну-ну, — пробормотала она. — Вот каким боком все повернулось…
Рай не видел Нетти — все его внимание было сконцентрировано на Дине и парне со спортивной машиной. И каждый раз, когда этот сопляк пытался прикоснуться к Дине, ему хотелось подойти и дать ему по физиономии.
Но ведь Дина не является его собственностью, и неужели он не уяснил за долгие годы, что любовь — не более чем приятный самообман? Разве он после развода не поклялся больше никем не увлекаться? Неужели он позабыл о своей клятве и вновь влюбился? Рай мысленно проклинал себя. Слава Богу, что прошлой ночью он не высказал ей своих чувств.
А Дина уже не могла обуздать свое любопытство.
— Но почему? — спросила она. — Зачем твоей семье тратить деньги на машину для тебя, особенно на такую машину?
— Потому что они меня любят, — усмехнулся Томми. — Почему же еще?!
В самом деле, почему же еще? — подумала Дина. Ей стало неуютно, словно она оказалась вовлеченной в какой-то грязный замысел Хоуганов. Отогнав от себя неприятные мысли, она вновь открыла дверцу своей машины.
— Мне пора, — сказала она, садясь за руль. Схватившись за дверцу, Томми заглянул в машину:
— Значит, ты не хочешь прокатиться со мной?
— Нет. И еще раз нет. И хватит об этом.
— Может, сходим куда-нибудь сегодня вечером?
Дина широко раскрыла глаза:
— Разумеется, я никуда с тобой не пойду! Как ты мог такое подумать?!
— Я же сказал тебе, дорогая: я люблю тебя. Неужели это не имеет для тебя никакого значения? Неужто мои чувства ты совсем не принимаешь в расчет? — У него был такой печальный и разочарованный вид, что Дина почувствовала жалость.
— Томми, ты же сам говоришь, — более мягко сказала она, — что в пору нашего брака мы были совсем детьми. Мы не любили, а просто увлеклись друг другом. Вернуться к прежним отношениям невозможно. Придется тебе смириться.
Казалось, он вот-вот расплачется.
— Нет, Дина, я не могу с этим смириться. И не смирюсь. Увидев тебя на похоронах, я понял, что прошлое возвращается ко мне. Милая, я никогда не ставил крест на наших отношениях. Никогда. Мы созданы друг для друга, и когда-нибудь ты тоже это осознаешь.
— Томми, мне нужно ехать. Прошу тебя, отпусти дверцу.
На мгновение задержав на ней взгляд, он кивнул.
— Я еще вернусь, — сказал он, захлопнул дверцу и улыбнулся. И Дину вновь поразило, какой он красивый.
Впрочем, красивая внешность — это еще не все. Она ни за что не поедет никуда с Томми и не даст ему ни малейшего шанса на примирение.
Она завела двигатель, и Томми отступил от машины. Отъезжая, она видела, как он запрыгивает на водительское сиденье своей «малышки». Он пристроился на некотором расстоянии позади нее.
Рай поймал себя на том, что прикусил нижнюю губу. Каждая мышца его тела была напряжена. Они уехали в разных автомобилях, но он готов был поклясться, что им предстоит свидание…
Эта мысль причинила ему такую боль, что он развернулся и изо всей силы ударил кулаком по столбу ограды загона. После чего отправился прочь с ноющим кулаком и еще сильнее ноющим сердцем.
Хватит с меня любви, с горечью думал он. Черт побери, я сыт ею по горло!
Спортивная машина всю дорогу до Уинстона висела на хвосте у Дины. Каждый раз, бросая взгляд в зеркало заднего вида и вновь замечая ее, она все больше заводилась. К тому времени, когда она сворачивала на парковку перед почтовым отделением, она уже была полна решимости высказать Томми все, что она о нем думает.
Однако он не дал ей такой возможности. Громко сигналя, ухмыляясь, он, помахав рукой, проехал мимо. Она раздраженно смотрела ему вслед, пока ярко-красная машина не исчезла из виду. Нет, она не допустит, чтобы Томми преследовал ее, даже если придется обратиться в полицию. Хоуганы возненавидят ее еще больше — ну и пусть!
Она зашла в почтовое отделение, оформила переадресовку и прошагала обратно к машине. Собираясь сесть за руль, она услышала, что ее окликнули по имени. Обернувшись, она сникла, словно увядший цветок. К ней, широко улыбаясь, направлялась мать Томми Хоугана.
— Дина, милочка, как дела? — защебетала Карен Хоуган. — Бог мой, ты чудесно выглядишь в этом платье. Ты ведь купила его не в Уинстоне, не так ли? Для наших магазинчиков оно слишком роскошное и стильное.
Внешне Томми был очень похож на мать. Несмотря на полноту, Карен была довольно миловидна. Впрочем, все из семейства Хоуган были внешне весьма привлекательны. Они верили, что мир обязан им своим существованием, и попытками получить все, не давая ничего взамен, постоянно выводили Дину из себя.
— У меня все в порядке, — спокойно ответила Дина, проигнорировав замечание относительно своего платья и внешнего вида. В пору, когда Дина была ее невесткой, Карен не отличалась добродушием. — А как вы поживаете? — машинально спросила она. Ей вовсе не хотелось знать о состоянии здоровья или финансовом положении Карен, хотя та, как Дина неоднократно убеждалась, могла распространяться об этом часами.
— Не очень-то хорошо, — вздохнула Карен. — Дорогая, ведь у меня слабое сердце. Доктор Уорт говорит, что мне придется смириться с этим.
— Сочувствую вам, — пробормотала Дина. Ее слова были искренними. Несмотря на испытываемое ею отвращение к семье Хоуганов, она не желала им зла.
К своему удивлению, Дина увидела выступившие на глазах Карен слезы. Мать Томми смотрела на нее словно на возвратившуюся в лоно семьи блудную дочь.
— Не могу передать, Дина, как нам всем тебя не хватает, — горестно произнесла Карен. — Мы с таким сожалением узнали о смерти твоего отца. Мы долго говорили о том, следует ли нам идти на похороны, и Томми вызвался представлять всю нашу семью. Он такой чуткий… — Улыбка Карен свидетельствовала, как она гордится столь заботливым сыном. — Думает о ком угодно, только не о себе.
Дина едва не поперхнулась. Если Томми ради кого-то поступился своими интересами, то он и впрямь изменился, в чем она сильно сомневалась. И вообще хватит.
— Извините, мне пора идти. — Дина сделала шаг в сторону.
У Карен был разочарованный вид:
— Надеюсь, мы еще встретимся. Слабо улыбнувшись, Дина открыла дверцу своего автомобиля:
— Я уверена, что это неизбежно.
— Давай сделаем это неизбежным, ладно? — неожиданно оживившись, подхватила Карен. — Приходи к нам обедать в субботу. Мы соберемся всей семьей и устроим барбекю. Все будут счастливы увидеть тебя.
Дина похолодела. Если она скажет, что занята в субботу, Карен предложит любой другой день. Единственным способом избежать этого приглашения оставался прямолинейный отказ.
Она набрала в легкие воздуха:
