младший, это видно по юношеским чертам лица и отчаянной, почти безумной вспышке в глазах.
— Угрозы? — пожимаю плечами. — Угрожать — не мой стиль. Я ставлю условия. Ваши жизни мне не нужны. Мне даже ваши земли без надобности. Пока что. — Отпускаю паузу. — Ваша леди будет содержаться в достойных условиях. Вы будете получать регулярные доказательства, что с ней всё в порядке. А взамен… вы будете сидеть тиши воды и ниже травы, как говорится.
Они замирают, переглядываются, шёпот недовольства прокатывается по рядам, но громкого протеста не слышно. Значит, мозги всё-таки на месте.
— Пока что дань не требую, — добавляю, внимательно наблюдая за их реакцией. — Подумайте, это может измениться. А сейчас мне нужна ваша гостья — леди Элизсра.
Повисает паузу.
— Элизсра? — главный отпрыск напрягается, как натянутая тетива. — С чего ты взял, что она у нас?
— Так я не понял…Мне повторить приказ? — приподнимаю бровь.
Отпрыск не выдерживает моего взгляда.
— Выведи её, — коротко бросает он одному из своих гвардейцев, и тот с заметным неохотой поворачивается и уходит в глубину замка. Отпрыски нервничают. Прекрасно! Они не уверены. А сомнение — это первая трещина в стене. Трещина, через которую я пройду танком.
Через пару минут массивные двери замка с лязгом распахиваются, и появляется Элизсра. Её ведут под руки, но не грубо, скорее, как… ценную вещь. Несмотря на испуг она старается сохранять остатки гордости. Шея прямая, взгляд — слегка прищуренный, губы поджаты в упрямую линию. Только вот глаза… Они бегают, мечутся от меня к Лакомке и обратно, словно она пытается понять, кто первый нанесёт удар. Ага, испугалась. Вот и прекрасно!
Лакомка, стоявшая рядом в напряжённой тишине, делает шаг вперёд. Её зрачки сужаются, небесно-голубые глаза сверкают, точно два острия кинжалов, а вокруг пальцев начинают извиваться тонкие зелёные побеги — предвестники шипастых лиан.
— Ну здравствуй, подруга, — произносит Лакомка, её голос звучит почти ласково, но я знаю эту интонацию. Это предвестник бури.
Элизсра бледнеет, её уверенность тает, как сахар под дождём. Она открывает рот, пытаясь что-то сказать, но голос предательски ломается. Нервный смешок превращается в глухой кашель.
— Пр-прости меня… — лепечет она. — Я не хотела, честно! Мне пришлось предать тебя! Мне заставили. Это всё Ра…
— Не хотела? Заставили? — перебивает Лакомка, насмешливо приподнимая бровь. Её голос становится холодным и бесстрастным. — У тебя всегда находились хорошие оправдания. И всегда были плохие последствия.
— Пожалуйста! Мне жаль…
Но она не успевает договорить. Лакомка делает плавный взмах рукой, и в тот же миг из земли, как по волшебству, вырастают толстые зелёные лианы, обвиваясь вокруг тела Элизсры, словно гигантские змеи. Они сжимают её руки, оплетают ноги и туго обвивают шею, приподнимая её над землёй. Элизсра дергается, хрипит, её глаза полны ужаса.
— Как тебе моя новая сила⁈ Нравится⁈ Мне подарил ее мой мелиндо! — рычит альва. — Я всегда хотела быть друидкой, помнишь еще⁈ Ты рада за меня, подруга⁈
Отпрыски переглядываются, но я бросаю по мыслеречи главному из них: «Даже не думай». И он, взглянув на бронемобиль, остается неподвижным.
— А я ведь доверяла тебе, — шипит Лакомка. — Верила тебе.
Элизсра пытается что-то выкрикнуть, но звук тонет в собственных слезах. Лианы сжимаются, поднимая её выше, затем резко сбрасывают на землю. Удар — и предательница распластывается на камнях, словно сломанная кукла. Её голова мотается, глаза закатываются, а тело обмякает. Сознание покинуло её, оставив лишь слабое дыхание.
— Мы забираем её, — спокойно заявляю я, шагнув вперёд.
— Лакомка, — Лена кладёт руку на плечо альвы, мягко, словно уговаривая её успокоиться. — Хватит на сегодня, а? — Её голос звучит ласково, как у матери, успокаивающей своего ребёнка, но глаза смотрят на Элизсру с ледяной холодностью. — Пусть выживет и продолжит мучаться.
— Лакомка, загружай, — бросаю я.
— Да, — кивает альва и по мановению ее руки лианы относят Элизсру в кузов. Нам еще предстоит допросить ее и узнать, куда же делись монахи с народом альв.
Мы загружаемся в бронемобиль, а Зильдраэн, хоть и выглядит, как раскалённый уголь, предпочитает сохранять молчание. Пожалуй, здравый выбор.
А вот одну блондинку никак не покидает весёлый настрой.
— Ну что, леди Зель, — Светка чуть подаётся вперёд, её губы растягиваются в ехидной улыбке. — Пока мы тут, может, попросить ваших дорогих сыночков сбегать за алмазным ошейником? А то вдруг пригодится, — подмигивает она.
— Ой, да пошла ты к демонам! Дура белобрысая!— наконец прорывает леди-дроу, и бывшая Соколова победно смеется, довольно взглянув на меня. Я показываю ей большой палец.
* * *
Пурпурный дворец, Хань
— Сын Неба, я должен предупредить вас, — начинает Чжу Сянь осторожно. — Попытка устранить графа Филинова может привести к непредсказуемым последствиям. Напомню, вы договорились с Царем Борисом на переговоры с посредничеством Ольги Гривовой.
Ци-ван раздраженно поворачивает голову.
— Ла-а-а-дно! Пускай так! Но если мы не можем его убить, — произносит он с ледяной спокойствием, — тогда мы его унизим. Пригласи щенка на Осенний бал, а еще…хм-хм…еще подумай, как его завлечь в одну из бальных игр с перчинкой. Ну, например, морской бой! Да! Подстрой всё, Чжу! Пускай его отравит одна из тварей! Пускай он сдохнет как бешеная птица!
— Но, Сын Неба, — Чжу Сянь нервно сглатывает, — Вы опять за своё! Это может спровоцировать конфликт с Россией. Возможно, стоит пересмотреть…
— Довольно! — резко обрывает его Ци-ван. — Мой престиж был подорван этим выскочкой. Я восстановлю его любой ценой. Пригласи лучших репортёров. Я хочу, чтобы это событие освещалось повсеместно.
Советник склоняется ещё ниже.
— Как прикажете, Сын Неба.
Ци-ван откидывается на спинку трона, его пальцы барабанят по подлокотнику.
— Если щенок сдохнет, то уже и неважно, кому достался чертов Дракон.
* * *
Та-да-да-дам…! Моя новая книга!
«ГРОМ РАСКАТНОГО»
Вышло круто? Или нет? Вы и скажите!
https://author.today/work/382330
Глава 15
Прошло три дня. Я строил планы, сканировал дроу, размышлял, жены баловали меня вкусной едой, а я их — своим вниманием наконец. Лидеры ведь тоже должны уметь делать перерывы, правда? Однако моё распланированное существование неожиданно прерывается звонком.
На другом конце провода звучит голос Ольги Гривовой, племянницы Царя Бориса, с едва уловимой нотой беспокойства:
—
