и провел рукой по волосам. — Я бы в такой поучаствовал.
— Их — это жаболюдов, — ответила княжичу Варвара. — Мерзкие создания. Еще осенью поселились возле Ивовой Заводи, а теперь расплодились как кролики.
— Таких тварей нужно сразу давить, — нахмурился Ибрагим. — Если им дать волю, так они все Белое Озеро загадят.
— Почему до сих пор ждали? — спросил я, с видом знатока этих вопросов. — С ними же чем скорее покончишь, тем лучше.
— Вот, видишь, — усмехнулся Медведев. — Даже ты об этом знаешь! А эти олухи из Приозерного сопли жевали осенью. Думали, что им показалось, будто что-то такое странное происходит. Но Ивовая Заводь, это такое место, что там местным все время видится какая-нибудь нечистая сила. Поэтому они думали, что и на этот раз какой-нибудь водяной шалит. Им почему-то кажется, что они существуют…
— Ну а оказалось, что это жаболюды были. Вот они за зиму и расплодились, а теперь по ночам набеги устраивают на деревню. Чувствуют себя там как в родном Искажении, из которого осенью удрали. Жители деревни говорят, к ратникам обращались, но пока тихо, а твари все больше наглеют.
— Жаболюды — создания неприятные, — поморщился Ибрагим. — По одному справиться с ними не очень сложно, но вот когда их слишком много… В принципе, зима — это не такой уж и большой срок. Тем более, что в холоде они медленнее плодятся… Это если бы лето было, они бы там уже по соседству собственный поселок построили.
Со слов Турка я понял, что за дело взяться можно. Если бы было иначе, он бы так и сказал.
— Макс, я на твоей стороне, — сообщил Дориан. — Что нам какие-то лягушки?
— Тебе любое море по колено, — мысленно ответил я ему. — Думаешь, что главное в драку влезть, а разбираться уже по ходу будем.
— Чего молчите? — спросил Медведев. — Поделитесь, о чем думаете.
— Приозерное — это деревня какая-то, правильно? — спросил я. — Не слышал о такой. У нас рядом вроде бы ничего с похожим названием нет.
— Ну как деревня… Там домов штук десять от силы, — ответила Варвара. — А не слышал ты про нее потому, что она между Белозерском и Липиным Бором находится. Наши ученики туда точно не ездят, делать там абсолютно нечего. А если в Липин Бор, так знаешь же — обычно все через Дубравино едут. Так ближе получается.
— Понятно, — кивнул я. — А сколько нас будет? Если их много, то и нам бы лучше побольше народа собрать.
— Правильно мыслишь, Темников, нужно им не оставить шансов, — одобрил Василий. — Вот поэтому и нас пятеро будет. Завтра еще Шаповалов присоединится. Он уже в полном порядке и рвется в бой.
— Смелый парень, Егор, — сказала Гвоздикова. — Я бы после того может быть даже совсем завязала с Орденом.
— Ты? Да никогда не поверю! — рассмеялся Медведев. — Ты как узнаешь, что тебя не берут, весь мозг выедаешь!
— Ну, во всяком случае, подумала бы над этим. Золото и адреналинчик, это конечно хорошо, но в нашем деле есть нюансы. Не мне тебе объяснять.
— А у него рука нормально работает? — забеспокоился Нарышкин. — Заклинания — это все понятно, но если нужно будет мечом помахать?
— Не беспокойся, все уже в полном порядке, — успокоил его Василий. — Если бы я в чем-то сомневался, то с нами его не тащил. За каникулы его подлечили, так что он в форме.
— Почему завтра ехать решили? — спросил я. — Успеем? Далеко эта Ивовая Заводь от Белозерска?
— Нет, — покачала головой Варвара. — Недалеко. Да и ехать туда удобно, так что времени должно хватить. Ну, может быть на ужин не попадем, а если все вместе опоздаем, то сильно не накажут. Вон Медведев у нас пятикурсник, ему поверят, что мы где-нибудь по дороге застряли и машину вытаскивали.
— Гвоздева, у тебя на все случаи жизни отмазки заранее придуманы! — усмехнулся Василий. — Но вообще да, все правильно. Если что — я прикрою, не накажут.
— Тогда ладно, — успокоился я. — Мне сейчас режим нарушать никак нельзя, слишком много дел запланировано на ближайшие дни.
— Не переживай, Темников, никому неохота в «Китеже» сидеть и по архиву бродить пыль глотать, — заверил меня Медведев. — Все будет хорошо. Может быть даже с дежурными все решу и никаких объяснений писать не нужно будет.
Вот это совсем хорошо бы было, а то опять эти объяснительные писать… Скоро у директора в кабинете на меня целая папка всяких бумаг наберется. Объяснения, жалобы, ябедные бумажки разные…
Поговорив еще немного, мы всей компанией пошли в столовую. Вместе попили чай, а потом мы с княжичем пошли кормить Корвина, который при виде меня возмущенно закаркал.
— Наверное, возмущается где ты так долго ходил, — предположил Лешка и я был с ним согласен.
Я уже очень хорошо научился чувствовать настроение моего ворона. Ему для этого даже каркать не нужно было, достаточно было взгляда. Сам не могу понять, как это происходило, но факт остается фактом — в зависимости от настроения взгляд его черных глаз менялся.
Вот и сейчас он явно был чем-то недоволен. Думаю, не только моим поздним приходом. Бывали дни, когда он вообще ел один раз, так что дело не в голоде. Просто он любил, когда я рассказывал ему как у меня день прошел и всегда нервничал, если я был с кем-то.
— Я тебе завтра утром все расскажу, Корвин, — пообещал я ему перед уходом. — Новостей всяких интересных много.
— Что это ты ему такого расскажешь? — спросил у меня Нарышкин, когда мы уже шли в общагу. — Ты что, с ним каждый день разговариваешь?
— Угу, — кивнул я. — А как ты думал?
— Ты думаешь, что он тебя понимает? — улыбнулся он. — Или ты еще Дар анимага в себе открыл и птичий язык понимать начал?
— Это не обязательно. Он и человеческий очень хорошо понимает.
— Да ладно! С чего ты это взял, интересно знать?
— Просто знаю и все.
— Ну ты тип, Темников, — покачал головой княжич. — Все-таки не перестаешь меня удивлять своими заскоками.
Мы с ним попрощались, а я выкупался и рухнул в постель. День какой-то бесконечный. Все тянется и тянется. Я лежал на кровати и размышлял о сегодняшних встречах. Сначала с Жемчужниковым, потом с Медведевым… Ну и денек в самом деле… Завтра тоже будет весело, вот прямо чувствую.
— Мой господин, хотите я вам про жаболюдов расскажу? — спросил Ибрагим, как только я улегся поудобнее.
— Нет, точно не сейчас. Еще не хватало мне на ночь про жаболюдов слушать итак голова пухнет. Давай завтра утром расскажешь перед завтраком?
— Как угодно, мой господин. Добрых вам сновидений.
Я закрыл глаза, чтобы попытаться заснуть, и вдруг зазвонил телефон.
