— Понятно. Спасибо за все, Инзо. Мы еще встретимся? — спросил я.
— Возможно, Лайо.
— Учитель, спасибо за все, что вы сделали для наших семей. Я вас очень люблю.
— И я тебя люблю, девочка моя. Будь счастлива.
Мы попрощались и сразу же отправились в Межгалактический аэропорт. Инзо постарался с документами, и наши имена остались прежними. Новой была только фамилия Вернхорн.
Елена даже пошутила:
— Лайо, что-то я свадьбу пропустила.
— Ничего, потом повторим, — засмеялся я.
По прибытию на Землю, нас встретили двое молодых людей. Они передали нам документы, жесткий диск с вирусом, ключи от машины и билеты на сегодняшний рейс на Орию. Всю дорогу я обдумывал, что скажу отцу и как с ним вообще увижусь. Теперь в моей голове созрел четкий план.
Елена остановила машину на одной из городских парковок возле папиного любимого ресторанчика. Оставалось только молиться, чтобы он сегодня не изменил привычке обедать здесь. И Бог услышал наши молитвы. Отец приехал ровно в час. Пока он обедал, я забрался на заднее сидение его автомобиля. У меня оставалось буквально пятнадцать минут на разговор с ним, пока он не подъедет к другой парковке, где меня заберет Елена. И вот, отец вернулся в машину.
— Папа, не оборачивайся! Это я, Лайо.
— Сынок, что ты здесь делаешь? — перепугался отец.
— Заводи машину и езжай к супермаркету возле работы. Поехали! Скорее!
— Сынок, я не понимаю, что происходит? Где Гарриет, Елена, Джошуа?
— Они в безопасности на Ории. Отец, у меня есть примерно пятнадцать минут для того, чтобы все объяснить и убедить тебя помочь мне. Так что не задавай вопросов и веди машину.
— Но как ты ее открыл?
— Папа, ты же сам мои отпечатки загнал в систему безопасности всех машин в доме. Я любую из них открыть могу.
— Ах, да! Совсем из головы вылетело. Так что случилось, сынок? Чем я могу тебе помочь?
Я стал рассказывать отцу, как нас с Еленой неоднократно пытались убить. О том, кто она, и почему таких, как она, убивают. Пришлось вспомнить и имя моего дедушки, и директоров корпорации "Генезис". В конце я не стал давить на него. Всего лишь попросил сделать все это ради своих детей и будущих внуков. А еще, напомнил ему его же слова: "В жизни не имеет значения, кем ты работаешь, где ты работаешь и сколько зарабатываешь. Рано или поздно — все это останется позади. И только от тебя зависит, будут в этот момент рядом с тобой близкие тебе люди или нет".
— Я не знаю, сынок, что тебе ответить. Слишком сложно во все это поверить. Ты просишь меня пойти и уничтожить труд всей моей жизни, детище наших предков и многих других людей. Это не так просто.
— Папа, я не буду больше тебя просить. Решать тебе. Жизнь — это единственное, что имеет значение. Ты ведь и сам это знаешь. А теперь, тебе пора идти в магазин. Купи там какой-нибудь подарок для мамы. Документы и вирус я оставлю в бардачке. Все, иди.
Отец еще несколько секунд не двигался, а затем открыл дверь и вышел из машины. Я уже знал, что он сделает все, как нужно.
Глава 22
Я лежал на песке на берегу. Солнце немного слепило глаза, но мне нравилось ощущать его тепло на своем лице. С тех пор, как все было кончено, прошло уже восемь месяцев. Корпорацию вскоре после уничтожения базы данных завалили судебными исками. Люди отказались повторно вносить данные своих геномов в международную базу. Через три месяца "Генезис" прекратил свое существование.
Мы вернулись на Землю месяц назад. Никому не известные семьи Вернхорн и Нейсер поселились в одном из маленьких городков на юге страны. Я устроился на работу в местную больницу врачом. Отец предпочел начать преподавательскую деятельность в университете, тем более, что по легенде он занимался тем же на Ории. Финансовые вопросы нас не волновали: на тайных счетах денег оставалось предостаточно. Гарриет родила здорового мальчика. Его назвали Карл, в честь деда. В этот день наша семья собралась на берегу моря, как когда-то давно. Джошуа опять достал где-то настоящие дрова, и вкусный аромат шашлыка разносился вдоль пляжа, на котором все отдыхали.
— Елена! Заканчивай плавать! Сгоришь на солнце! — прокричал я.
— Но Лайо! Я же вся в креме! Не сгорю! Мне так хорошо! А ты хочешь все испортить! — прокричала она в ответ.
Я понял, что просить бесполезно, и пора самому ее вытаскивать. Я молча поднялся и посмотрел на нее. Она лежала на воде, раскинув руки по сторонам. Казалось, будто ее хрупкое тело вообще существует отдельно от ее большого живота. Я вошел в воду и подхватил ее на руки.
— Елена, я знаю, что так твоей спине легче, но если ты сгоришь, хуже будет только Омнии.
— Ладно, опусти меня, я сама пойду в тенек.
— Не нужно, я тебя занесу.
Она обняла меня и прижалась.
— Я так устала, Лайо. Поскорей бы Омния уже родилась.
— Ничего. Осталось совсем немного.
Вдруг маленькая пяточка пнула меня в живот.
— Ох! — вырвалось из Елены.
Это была наша дочь. Мы уже привыкли к тому, что она очень активный ребенок. Я не мог не засмеяться:
— Если она сейчас так держит удар ногой, что будет, когда она вырастет?
— Сначала пусть родиться, — подытожила Елена и поцеловала меня в щеку.
Когда мы подошли к навесу, все уже были в сборе.
— Дети, шашлык готов! — сообщила мама.
Я опустил Елену на шезлонг и присел рядом с ней на песок. Гарриет крутилась возле обеденного стола с нашей мамой и матерью Елены. Братья с отцом насаживали новые порции мяса на шампуры. А Джошуа, как павлин, расхаживал вокруг с Карлом на руках.
Смотреть на них всех было так приятно! Будто ничего не случилось восемь месяцев назад.
Все еще оставались на пляже, когда мы с Еленой решили пойти в нашу комнату. Она сразу приняла душ и легла в постель на бок, подложив под живот подушку. Я лег рядом и обнял ее.
— Лайо, я хотела рассказать тебе.
— О чем, родная?
— О своем прошлом.
— Ты думаешь, что готова?
— Я уже давно готова, только рассказать собралась сейчас, — она засмеялась.
Я зарылся в мои любимые волосы и уткнулся носом в ее шею.
— Можешь начинать.
— Я помню своих родителей только по фотографиям, которые мне показывала сестра. Мы выросли вместе с ней в одной из комплексных лабораторий. Я всегда была очень способной, практически одной из лучших среди своих сверстников. В семь лет мне сделали эти татуировки. Помню, я так ждала того дня! Гордилась своими знаками!
— Ты была счастлива тогда?
— Да, очень! В детстве я думала, что когда вырасту, стану одной из членов сопротивления, отомщу за своих родителей. Но сестра все время говорила, что я должна получить образование, завести семью и жить своей жизнью. За это погибли отец с матерью. Но разве я ее слушала? Мое детство закончилось в тот день, когда утром в наш центр ворвались люди в черных масках. Я никогда не забуду их синие глаза. Они проходили от комнаты к комнате и убивали всех, кто встречался на их пути. Я спряталась в тумбочке возле кровати. Мою соседку пристрелили у меня на глазах. Помню, что тогда все мои мысли сконцентрировались на Елене. Я должна была ее найти. Я вышла из комнаты, и побежала в то крыло, где она жила. Я помню, как двери мелькали перед моими глазами. Наконец, я добралась туда. Коридоры были пусты. Я заглянула в ее комнату — никого. Тогда я стала бегать и заходить во все двери подряд. Я звала ее, но там никого не было. Я уже добежала до конца коридора, когда один из людей с черном появился за моей спиной.
