Незер не раз слышала, что большего распутника, чем Сет, не существует. Его боялись, но о нем мечтали многие женщины. А уж болтали!.. Об оргиях, во время которых одного Сета хватало на десяток любовниц, о том, что у него каждую ночь новая жертва, которая потом просто умирает от любви к нему, что жены готовы бросить своих мужей, стоит Сету лишь прикоснуться к их телу.
Что сам бог предпочитает девственниц и любит пить их кровь из вены на шее. Что его поцелуи отравлены, поскольку навсегда привязывают любовницу к его ложу, избавиться от напасти невозможно.
В последнее Незер вполне готова поверить. Испытав прикосновение губ или рук Сета, едва ли захочется другого.
А вспомнив, что вытворял с ней бог тьмы каждый раз, когда она во сне или наяву оказывалась в его объятьях, Незер соглашалась: большего распутника, чем Сет, не найти!
Но Хекет помотала головой:
— Нет! Никогда. Хозяин никогда не приводил сюда женщин.
«Уже легче», — вздохнула Незер и продолжила расспросы:
— А мальчик… маленький мальчик?.. Ему чуть больше года. Кто его воспитывает?
Служанка задумалась, но снова помотала головой:
— Не видела здесь такого… Если вы о сыне Хозяина…
— Да, о нем! Ты что-то знаешь?!
— Только то, что он у бога Тота в заложниках. Но Хозяин не беспокоится, я слышала, как он говорил Упуату… — при этом имени Хекет осторожно огляделась, словно опасаясь, что Упуат может услышать, — что Тот хорошо воспитает ребенка.
— Ты видела мальчика? Он красивый?
— Нет, его никто не видел. Это… это ваш сын?
— Да, я родила его от Сета, когда была в храме богини Хатхор.
— Давно? Ой, простите, госпожа, это не мое дело! — спохватилась Хекет.
— Да не зови ты меня госпожой! Я простая женщина.
— Не бессмертная? — чуть опасливо уточнила Хекет.
Незер невольно рассмеялась:
— Нет! Хотя Сет обещал даровать бессмертие, чтобы сделать своей супругой.
Хекет заметно напряглась. Уловив это, Незер заинтересовалась:
— Это плохо? У Сета было много таких жен?
— Нет. Никаких не было. Но здесь все… Ты хочешь привезти ребенка сюда?
Этот простой вопрос заставил Незер задуматься, чего же она действительно хочет? Быть с Сетом, снова и снова испытывая на себе его мужскую силу? Если честно — да. Но хочет ли, чтобы ее сын стал одним из многих болванчиков или подручным Упуата, о котором рассказывают ужасные вещи?
— Нет, просто увидеть его и убедиться, что все хорошо. Сына забрали у меня младенцем год назад. До сих пор чувствую на своей груди его крохотные ручки…
Хекет вздохнула:
— Здесь этого не разрешат…
— Я знаю. Знаю, что детей кормят и растят другие.
Болтая, Хекет успела раздеть Незер, помогла погрузиться в прохладную воду ванны, щедро сдобренную ароматными добавками, подала какой-то очень приятный на вкус напиток, потом вымыла волосы, вытерла, помогла одеться.
— Ты красивая… очень красивая… но он…
— Что?
— Нет, ничего.
— Хекет, я никому и никогда не расскажу то, что услышу от тебя. Но я должна знать, что меня ждет, стань я его женой.
Девушка чуть лукаво улыбнулась:
— Много-много таких ночей… Ты громко кричала…
— Правда? Кто еще слышал кроме тебя?
Хекет снова улыбнулась:
— Не бойся, тебе все будут только завидовать.
Незер усомнилась, что хотела бы вызывать зависть в этом странном мире, но продолжила расспросы:
— Так что не так с Сетом?
— Он… понимаешь, бог тьмы не терпит непослушания или возражений. Если ты сможешь подчиняться…
— Не смогу.
— Тогда будет тяжело.
Незер подумала, что страсть Сета была спровоцирована ее сопротивлением тоже. Стоило ей стать послушной, он делал что-то вынуждающее противиться. А встречая нежелание подчиняться, разгорался, как сухой папирус.
Так бывало всегда, и тогда в храме, и по ночам в полусне, и этой ночью тоже.
Заметив, что Незер едва держится на ногах и отчаянно борется со сном, Хекет предложила:
— Тебе нужно отдохнуть. Пойдем, я покажу твою комнату.
— Мне готова комната? — пробормотала девушка, с трудом соображая, что происходит.
— Да, Хозяин приказал приготовить. Там ложе удобней.
Ложе действительно было удобней — мягче и шире. Невольно мелькнула мысль, зачем Сет приказал приготовить столь широкое ложе, но додумать ее Незер оказалась уже не в состоянии.
Наверное, она проспала долго.
Незер снова снился сон с Сетом, такой же, как во время путешествия сюда.
«Это сон, — заверила она себя, — а во сне можно все!» Отдохнувшее тело ответило на вольность рук приснившегося Сета новым взрывом страсти, но на сей раз Незер не стала смущаться. Теперь она командовала происходящим, просто неистовствуя, во сне все получалось легко. И Сет подчинялся ее желаниям, он тоже был неистов, но послушен. Может, только во сне?
Сполна утолив свою страсть, Незер повернулась к любовнику спиной и сладко вздохнула… Но приснившийся Сет вовсе не исчез, как бывало раньше, напротив, он требовательно притянул Незер к себе и обхватил рукой ее грудь, а ногу положил на бедро, укорив:
— А ты хотела уехать…
Она ахнула:
— Это не сон?!
— Нет, но гораздо лучше. Ты была великолепна, — голос Сета насмешлив.
— Я?!
О, боги! Разве она стала бы так неистовствовать, понимая, что все происходящее не снится?
— Ты. Меня никогда за все мое божественное существование не насиловали. Повторить не хочешь? — Сет откровенно веселился.
Зря она пыталась выбраться из его объятий, любовник только громче хохотал. В конце концов шутливая борьба переросла в настоящую и закончилась почти насилием. Незер на себе испытала, каким может быть Сет, когда разозлится. Он больше не считался с ее желаниями и не задумывался, какую боль причиняет. Теперь сопротивление приводило лишь к жестокости, а страсть была больше похожа на ярость. В результате снова болело все, что могло болеть, а Хекет, помогая привести себя в порядок, только качала головой:
— Слишком много синяков… Больно?
— Да, немного.
— Хозяин сказал, что Юсеф проводит тебя до Джаути. Значит, ты уходишь насовсем?
И снова Незер задумалась, вернется ли, чтобы стать женой Сета?
— Не знаю…
Незер вдруг вспомнила то, о чем хотела спросить служанку:
— Хекет, а что здесь делает Сети?
— Кто?
— Старуха. Страшная такая, костлявая, суровая…
— Нет, — девушка неуверенно помотала головой, — здесь нет таких.
— Хекет, она провела меня в покои Хозяина.
— Нет…
Незер стало не по себе, она прекрасно помнила свое изумление при виде Сети, ее жесткие пальцы, крепко ухватившие за запястье, свой страх, пока шли по темным подземельям…
