-Как вы пожелаете, мой повелитель, - сказала Алекто. - А тело женщины?
- Возьми ее тоже, - сказал он горько. - Проведи древние обряды для неё.
Алекто, дети, и тело Марии растворились в тени, оставляя Аида одного среди руин.
- Я предупреждала тебя, - произнёс новый голос.
Аид повернулся. Девочка в разноцветном платье сидела на тлеющих остатках дивана. У нее были короткие темные волосы и грустные глаза. Ей было не больше двенадцати. Я не знал ее, но она выглядела очень знакомой.
- Ты смеешь приходить сюда? - прорычал Аид.- Мне следует стереть тебя в порошок!
- Ты не можешь, - сказала девочка. - Сила Дельф защищает меня.
С ужасом я понял, что смотрю на Дельфийского оракула в прошлом, когда она была жива и молода. Так или иначе, видеть её в таком виде было даже хуже, чем видеть ее мумией.
- Ты убила женщину, которую я любил! - ревел Аид. - Твоё пророчество привело к этому.
Он навис над девушкой, но та даже не вздрогнула.
- Зевс устроил взрыв, чтобы уничтожить детей, - сказала она, - потому что ты бросил вызов его указу. Я не имела никакого отношения к этому. И я действительно попросила тебя поскорее их спрятать.
- Я не мог! Мария не позволила бы мне! Кроме того, они были невинны.
- Однако, они - твои дети, что делает их опасными. Даже если ты прячешь их в Гостинице Лотоса, ты тянешь время. Нико и Бьянка никогда не будут в состоянии присоединиться к миру, чтобы им не исполнилось шестнадцать.
- Из-за твоего так называемого Великого Пророчества. И вы вынудили меня дать клятву не иметь никаких других детей. Вы оставили меня ни с чем!
-Я предвижу будущее,- сказала девочка. -Я не могу изменить его.
Черный огонь блеснул в глазах бога, и я знал, что это не к добру. Я хотел крикнуть девочке, чтобы она скрылась или убежала.
- Тогда, Оракул, услышь слова Аида, - рычал он. - Возможно, я не могу возвратить Марию. И при этом я не могу устроить тебе раннюю смерть. Но твоя душа все еще смертна, и я могу проклясть тебя.
Глаза девочки расширились.
- Ты не...
- Я клянусь, - сказал Аид, - пока мои дети остаются изгоями, пока я остаюсь под проклятием твоего Великого Пророчества, у Дельфийского оракула никогда не будет другого смертного хозяина. Ты никогда не будешь покоиться с миром. Никто другой не займёт твоё место. Твоё тело будет увядать и умирать, и тем не менее дух Оракула будет заключён в тебе. Ты будешь говорить свои жестокие пророчества, пока не превратишься в ничто. И Оракул умрет вместе с тобой!
Девушка закричала, и туманное изображение распалось. Нико упал на колени в саду Персефоны, его лицо побелело от потрясения. Настоящий Аид стоял перед ним, высокий в своих одеждах и хмурящийся, глядя вниз на своего сына.
- И ты знаешь что, - спросил он у Нико, - именно ты только что сделал?
Черный взрыв заполнил мой сон. Тогда сцена изменилась.
Рэйчел Элизабет Дэр шла по белому песчаному берегу. На ней был купальник с футболкой, обернутой вокруг талии. Ее плечи и лицо были загорелыми.
Она встала на колени и начала писать в прибое пальцем. Я попытался разобрать буквы. Я думал, что моя дислексия не действовала во сне, но понял, что она писала на древнегреческом.
Это было невозможно. Сон, должно быть, ложный.
Рэйчел закончила писать несколько слов и бормотала:
- Что c миром?
Я могу читать по-гречески, но я узнал только одно слово, до того как море его смыло: Περσεύς. Мое имя: Персей.
Рэйчел резко встала и отошла от прибоя.
- О, боги, - сказала она. - Вот что это значит.
Она развернулась и побежала, поднимая песок, поскольку она мчалась назад к вилле ее семьи.
Она поднялась по ступенькам крыльца, тяжело дыша. Ее отец посмотрел бросил взгляд из-за Wall Street Journal.
- Папа. - Рэйчел подошла к нему. - Нам придется вернуться.
Рот ее папы дернулся, как будто он пытался вспомнить, как улыбнуться.
- Вернуться? Мы же только что приехали сюда.
- В Нью-Йорке беда. Перси в опасности.
- Он тебе позвонил?
Нет... совсем так. Но я знаю. Я это чувствую.
Мистер Дэр свернул свою газету.
- Твоя мать и я с нетерпением ждали этих каникул очень долгое время.
- Нет, вы не ждали! Вы оба ненавидите этот берег! Только ты слишком упрям, чтобы допустить это.
- Теперь, Рэйчел...
- Я же говорю тебе, что-то не так в Нью-Йорке! Весь город... Я не знаю точно, но он под угрозой.
Ее папа вздохнул. - Я думаю, мы бы уже услышали что-то подобное в новостях.
- Нет, - Рэйчел настаивала. - Это не тот вид угрозы. Тебе кто-нибудь звонил с тех пор, как мы приехали сюда?
Ее папа нахмурился.
- Нет... Но сейчас выходные, середина лета.
- Тебе всегда звонят, - сказала Рэйчел. - Ты должен признать, что это странно.
Ее отец колебался.
- Мы не можем просто уехать. Мы потратили много денег.
- Слушай, - сказала Рейчел. - Папочка... Перси нуждается во мне. Я должна доставить послание. Это вопрос жизни и смерти.
- Какое сообщение? О чём ты?
- Я не могу сказать тебе.
- Тогда ты не можешь уйти.
Рейчел закрыла свои глаза, как будто она набиралась храбрости.
- Пап... Отпусти меня, и я заключу с тобой сделку.
Мистер Дэр сел прямо. Сделки были кое-чем, что он понимал.
- Я слушаю.
- Клейронская Женская Академия. Я... Я пойду туда осенью. Я даже не буду жаловаться. Но ты должен отвезти меня обратно в Нью-Йорк прямо сейчас.
Он долго молчал. Потом открыл свой телефон и позвонил.
- Дуглас? Готовьте самолет. Мы уезжаем в Нью-Йорк. Да... немедленно.
Рэйчел обвила руки вокруг него, ее отец казался удивленным, так как она никогда не обнимала его прежде.
- Я запомню это, папа!
Он улыбнулся, но выражение его лица оставалось холодным. Он изучал ее так, будто он видел не свою дочь, а просто юную леди, которую он хотел из нее сделать в Клейронской Академии.
- Да, Рейчел, - согласился он. - Наверняка.
Сцена померкла. Я пробормотал во сне: "Рейчел, нет!"
Я беспокойно метался и ворочался, когда Талия разбудила меня.
- Перси, - сказала она. - Живее. Поздний вечер. У нас гости.
Я, дезориентированный, приподнялся. Постель была слишком уютной, а я терпеть не мог спать посреди дня.
- Гости? - сказал я.
Талия мрачно кивнула.
- Титан хочет увидеться с тобой под парламентерским флагом. У него есть послание от Кроноса.
Глава 13
Титан приносит мне подарок.
Мы увидели белый флаг в полумиле от нас. Он был размером с футбольное поле, его держали великаны высотой в тридцать футов с голубой кожей и покрытыми льдом русыми волосами.
- Гиперборейцы - сказала Талия. - Великаны с севера. Это плохой признак, что они встали на сторону Кроноса. Обычно они мирные.
- Ты встречала их? - сказал я.
- Ммм. В Альберте находится большая колония. Тебе бы не захотелось поиграть в снежки с этими ребятами.
Когда великан подошел ближе, рядом с ним я увидел трех посланников человеческих размеров: полукровку в боевых доспехах, эмпусу в черной одежде и пламенеющими волосами и высокого человека в смокинге. Эмпуса и парень в смокинге держались за руки, поэтому они были похожи на парочку по дороге в Бродвей или куда-то еще...
...за исключением ее пылающих волос и клыков.
Группа неспешно пошла в направлении Хекчер Плейграунд. Качели и бейсбольные корты были пусты. Единственным звуком был фонтан на Ампайр Рок.
Я посмотрел на Гровера.
- Парень в смокинге - титан?
Он нервно кивнул.
- Он похож на фокусника. Ненавижу фокусников. У них обычно есть кролики.
Я уставился на него.
- Ты боишься кроликов?
- Бее-бе-бе. Они большие задиры. Постоянно воруют сельдерей у беззащитных сатиров!
Талия закашлялась.
- Что? - потребовал Гровер.
- Нам потом будет необходимо поработать твоей кроликофобией, - сказал я. - Вот и они.
Мужчина в пиджаке выступил вперед. Он был выше, чем обыкновенный человек - примерно семь футов. Его черные волосы были завязаны в хвостик. Темные солнечные очки прикрывали его глаза, но что действительно привлекло мое внимание - это кожа на его лице. Она была покрыта царапинами, как будто на него напало маленькое животное - очень, очень чокнутый хомяк, может быть.
- Перси Джексон, - сказал он вкрадчивым голосом. - Это великая честь.
Его подруга-эмпуса зашипела на меня. Возможно, она слышала о том, как я уничтожил двух ее сестер прошлым летом.
- Моя дорогая, - сказал ей Парень-в-Смокинге. - Почему бы тебе не устроиться поудобнее где-нибудь подальше отсюда?
Она выпустила его руку и направилась к парковой скамейке.
Я мельком взглянул на вооруженного полукровку за спиной Парня-в-Смокинге. Я не узнал его в новом шлеме, но это был мой старый лживый приятель Этан Накамура. С момента нашей битвы на Вильямсбургском мосту его нос стал похож на расплющенный помидор. Это заставило меня почувствовать себя лучше.
