— Я, конечно, благодарен вам, но давайте сначала выберемся отсюда. Ну и сделаем так, чтобы нам было что делить. И для начала мы должны набрать глины… Раз тут есть такая хорошая глина, то я отсюда просто так не уйду!
Мария Рафовна словно ждала этих слов, соскользнула с меня и поплыла вниз в сторону слаймов. Но потом остановилась, опасаясь приближаться к ним, и закурлыкала, всем видом показывая, в какую сторону нужно идти.
Место, к которому вела нас Мария Рафовна, было там, где лежали ещё живые слаймы. Пришлось отогнать их, чтобы не мешались.
Ну а потом сделанную из меча лопату в руки и айда!
Однако, после первых ударов лезвия по грунту стало понятно, что здесь нужен лом, а не лопата — слишком уж плотный был слой! И тьма мне тут никак помочь не могла — не заточена она под физические работы. Ну да ладно, так даже интереснее!
Не успел я освободить площадку от верхнего слоя грунта, как ко мне присоединился Сергей с точно такой же лопаткой, изготовленной из его меча.
— Не жалко? — спросил я, кивнув на только что изготовленную лопатку.
Сергей пожал плечами и ответил:
— Это самый обычный меч. У меня дома таких штук пять. Вот артефактный я пожалел бы, да.
Я кивнул, и мы продолжили копать глину.
А потом и Сойка подошла помогать — мы с Сергеем откалывали куски, а она выгребала их и складывала в мешки. Да-да, мешки я взял с собой на всякий случай. Как чувствовал, что пригодятся.
Втроём мы с горем пополам наковыряли два мешка глины кроваво-красного цвета. Очень непривычный цвет для глины. Но тут я предпочёл довериться Артёму. Раз он говорит, что глина хорошая, значит, нужно брать.
Пока мы с Сергеем и Сойкой ковыряли глину, Алла с Ольгой бродили по холму и в округе, подбирали какие-то камни. Когда эти камни лежали на земле, я на них внимания не обращал, а в куче стало заметно, что они однородные и отличаются от других.
Собранная девушками кучка тоже получилась не маленькая.
— Что это? — спросил я у Аллы, когда мы закончили.
— Не знаю, — ответила она. — Но я чувствую в этих камнях огонь. Вдруг пригодятся.
— Артём, — спросил я у нашего представителя института. — А ты что скажешь?
— Мне кажется, это что-то ценное, — ответил парнишка, покрутив в руках один из камней. — Исследовать нужно.
— Исследовать так исследовать, — согласился я. — Значит, берём с собой.
Мария Рафовна к тому времени вернулась ко мне и, положив голову мне на плечо начала с интересом рассматривать камни.
Я погладил её по голове и отогнул край ворота, приглашая зверюшку занять своё место.
Теневой карман был готов к использованию, и я погрузил в него сначала всю глину, а потом и отобранные Аллой камни.
— Ну что, закончил с измерениями? — спросил я у Артёма.
Он кивнул и с сожалением посмотрел на расставленные приборы и свой рюкзак.
— Не надо вздыхать, друг мой! — сказал я ему. — Понимаю, жалко приборы. Но представь, что слайм плюнул и попал как раз вот сюда. И только чудом не задел тебя. Ты, конечно, пытался спасти оборудование, получилось вытащить только часть распечаток.
— Но ведь слайм не плюнул же, — попробовал возразить Артём.
— Правда, что ли? — искренне удивился я.
В следующий момент, повинуясь моему приказу один из оставшихся в живых слаймов плюнул-таки куда я ему указал.
От огненного плевка и корпус, и содержимое оплавилось и потекло.
— Ну вот, — сказал я. — У нас даже доказательство есть.
И вдруг Алла рванула туда, где находился только что плюнувший в приборы слайм. Но жар от монстров исходил такой силы, что она не смогла подойти, и теперь стояла, закрыв рукой лицо.
— Отгони его! — крикнула она мне.
Вообще-то её просьба больше походила на приказ, но мне стало любопытно, что заставило девушку лезть на гарантированное самосожжение.
Я отдал приказ слайму отползти, и Алла рванула туда, где он только что лежал.
А потом с шипением и матами подхватила что-то с земли и побежала к нам.
Подбежав, она с максимальной осторожностью, хоть это было очень непросто, положила на землю огненный камень яйцевидной формы. И тут же начала прыгать и дуть на обожжённые ладони. Причём, ожоги были до волдырей.
Ольга кинулась к ней с лечебным артефактом, но я остановил её.
— Нет! Нам нужны доказательства того, что нам было трудно и мы еле выжили. И с огромным трудом унесли отсюда ноги. Так что твои ожоги будут хорошим доказательством. Потерпишь до тех пор, пока мы уберёмся отсюда?
Алла молча кивнула.
— Тогда нам нужны ещё и оплавленные мечи, — сказал Сергей и шагнул было в сторону слаймов, но его остановила Сойка.
— Подожди, давай, я.
Взяв «лопатки», она подбежала к ближайшему слайму и сунулась к нему.
Её моментально охватило пламя.
Раздался вскрик ужаса, и Алла с Ольгой кинулись к Сойке. Но та остановила их.
Пламя опало, и мы увидели девушку с сильнейшими ожогами.
Я хоть и знал о способности к регенерации, всё равно растерялся, так быстро всё произошло и так страшно выглядело.
— Ты как? — спросил я у подошедшей к нам Сойке.
Её качало, и каждое движение причиняло ей боль, но девушка была спокойна.
— Костюм и ботинки испортила, — с сожаленьем негромко сказала она.
— Нашла о чём жалеть! — ответил я и добавил: — Никогда больше так не делай!
Сойка кивнула, но я ей не поверил.
Однако, пора было отсюда уходить. Но нужно было сделать ещё кое-что.
— Где тут что на распечатках? — спросил я.
Артём быстро отделил несколько страниц.
— Тут общие сведения о температуре, составе воздуха, атмосферном давлении. А тут уже о составе почвы.
— Эти бумаги сгорели! — сказал я всем и тут же убрал в теневой карман распечатки с данными о составе почвы. Он, конечно, был уже под завязку, но бумаг было не так много.
— А эти… — оставшиеся я поднёс к огненному камню, который приволокла Алла и хорошенько подпалил с одного края. А потом передал их Артёму со словами: — А эти ты героически спас!
Артём засунул их за пазуху. А потом сложил остатки приборов в рюкзак и взвалил его на плечи.
— Ещё
