религиозны. В Огрании почитают духов предков, да и по всей империи тоже, но в Хитланде у них к этому особое отношение.
Я даже помню, что когда мне было восемнадцать, я ещё в чине лейтенанта участвовал в подавлении очередного религиозного восстания на северо-западе Хитланда.
То были остатки мятежной армии Короля-Спасителя, а это очень странная и очень мутная страницы истории во время становления династии Громовых. Говорят, их потомки до сих пор в горах ждут возвращения своего мессии.
В целом, кланы Хитланда преданы Дому Рэгвард не меньше, чем в Огрании Дому Варга. Келвин вполне мог подговорить кланы выделить им добровольцев, не привлекая свою армию.
А те, кто прибыл из-за моря, даже не смогут отличить их от жителей Огрании
Но зачем всё? Ответа у меня пока ещё нет. Да и вряд ли я их получу, когда у нас хвост из солдат, которые будут не против меня убить. За мою голову должна быть солидная награда.
— Впереди сошла лавина! — адъютант послушал рацию. — Наши разведчики говорят, что проехать там нельзя!
— Зараза! Вернуться сможем?
— Не успеем! Но наши передают, что впереди деревня. Там наш разъезд, говорят, клановые за нас. Смогут нас прикрыть.
Куда деваться? Придётся планировать сражение не на уровне бригад и боевых квадр, а на уровне взводов. Я просто показал рукой вперёд. А высоко они живут, тут даже дышать мне, жителю равнин, тяжеловато. Пока забирались, стало давить в ушах.
Вскоре прибыли на место. Несколько домов, низких, деревянных. Один большой, другие поменьше. Из печных труб шёл дым. Деревня огорожена низким частоколом, деревянные ворота открыты.
Рядом с ними стояла бронированная мотоповозка из передового отряда. Задняя часть у неё гусеничная, впереди колёса. Внутри двора большой сарай, и пара человек тут же открыла его массивные ворота.
Я пригляделся к экипажу броневика. В лицо их помнил, это наши. Мы остановились, к нам подошёл сержант, командующий отрядом.
— Господин генерал, — он был закутан в шарф, покрытый изморозью от дыхания. — Клановые вас укроют. А мы отвлечём, — он показал на свою машину. — Поедем дальше, там, где лавина, а они по нашим следам, и мы их расстреляем.
— Рискованно, капитан. Дадим бой здесь, хорошее место, если клановые согласятся помочь. Но отвести машину подальше, чтобы они отъехали следом — хорошая идея. Ударим им в тыл. Есть гранатомёты?
— Всего один!
Метель заметала снегом почти всё, так что преследователи не поймут, что здесь было две машины. Вторую завели, и она уехала. Следы всё равно останутся, и преследователи отправятся в погоню за ними и получат своё.
Мы въехали в открытый сарай, распугивая куриц, и заглушили двигатели. На крышу тут же запрыгнула белая курица и деловито поклевала антенну.
У дальней стены стояли козы, так что запах соответствующий. Рогатый козёл смотрел на нас с подозрением.
Едва вышли наружу, как местные тут же захлопнули ворота и поставили перед ними старую телегу, а потом быстро замели следы. Снега валило столько, что уже почти и не видно, что сюда кто-то заезжал.
Но две колеи снаружи ворот пока никуда не делись. Это и к лучшему. Пусть думают, что мы уехали.
На телегу забрался толстый индюк и издал громкий вопль. Отросток под его клювом покраснел.
— Лучше наденьте это, — один из клановых протянул мне огромный тулуп и меховую шапку, а другой дал старую винтовку.
Тут все вооружены, так что без оружия будет больше подозрений. Я проверил, что ничто не выдаёт во мне армейского офицера, от ног до головы.
Только возраст может помешать, я же сейчас выглядел на двадцать с небольшим, а все мужчины этой деревни — старики или подростки. Так что замотался в шарф до самых глаз. За старика не сойду, буду выглядеть как подросток.
Главное — не держаться у них на виду, и ударить так, чтобы они этого не поняли.
— Мы воевали в армии лорда Варга, — похвастался бородатый клановый альтер, закуривая самокрутку. — И продолжаем драться. Ещё накрутим им хвосты. Вы в подвал или в сарай?
— Останусь снаружи, буду следить за боем. Если что-то пойдёт не так, надо будет дать бой, а не ждать, когда они выволокут меня за ногу.
В сарае я оставаться не хотел, а в маленьком подвале главного дома места мало, мешали их запасы еды. Туда поместился только агент и те, кто воевать не мог, женщины и старики. Туда же я отправил подростков, не хватало им ещё умирать так рано.
Сам я встал подальше, за сараем, держа в руке винтовку, и накидал примерный план сражения. Перчатки я снял, мне может пригодиться мой огонь. Разведчики заняли позиции на чердаках и в снегу.
Метель стихала, погоду разъяснило, показалось солнце. Уже ничего не говорило, что в сарае спрятан броневик, только немного следов у ворот, будто мы уехали мимо.
— Едут! — раздался крик.
— На позиции! — приказал сержант-разведчик.
Показались три машины. Две из них — крытые бронированные грузовики с пулемётами. Броня не особо сильная, я даже могу попытаться его атаковать огнём.
Впереди — небольшая мотоповозка, где, должно быть, сидел офицер. Военная модель, у неё тоже пулемёт.
У каждой машины есть символика в виде жёлтой семиконечной звезды, знак компании Мундус Игниум. И ещё один герб — голова красного быка с закрученными рогами.
Это герб Дома Хардален из империи Дискрем. Та заморская империя — то ещё лоскутное одеяло из народов, там ещё больше людей, чем у нас. Континент разделён на территории множества враждующих между собой знатных домов.
Но некоторые были сильнее других. И если самый эффективный флот — это Дома Накамура и Ямадзаки, то самая мощная сухопутная армия — это Великий Дом Хардален.
Их рослые гвардейцы внешне очень напоминали нарландских штурмовиков, только среди них больше блондинов. А ещё у них очень своеобразная чёрная форма, со стальными погонами, нагрудниками и высокими плотными воротниками.
Первая машина остановилась у ворот. Клановые тут же их открыли, заодно помогая нацелиться пулемёту, который ждал своего часа над сараем. Из машины вышли двое.
— Мы ищем военный броневик, — объявил очень высокий офицер в круглых очках. Акцент резал слух. — Он должен был быть здесь!
Для этой местности он смотрится не самым подходящим образом, слишком чистый. Выбритый, сапоги и портупея начищены до блеска.
Только белый пуховой женский платок под фуражкой портил его идеальный внешний вид для парада. Ну а что
