ночь мы провели в Красноярске.
Я не бывала там с детства. И в этот раз город мне понравился гораздо больше: очень уютный, ухоженный центр. Набережная Иртыша, гуляя по которой почти физически ощущаешь мощь Енисея. Совсем не так, как у нас, в Омске. У нас река как-то спокойнее.
Мне очень понравились новые микрорайоны, где жилые дома стояли чуть ли не прямо на берегу высокого обрыва. Я подумала, что в них хорошо жить, когда окна выходят на отроги Саян и заповедник «Столбы».
Мне очень хотелось к столбам прогуляться. Но я не нашла компанию, поэтому осталась с остальными.
Вечер мы провели отлично: поужинали в ресторане, потом долго гуляли по набережной, и, наконец, вернулись в гостиницу, которая находилась прямо возле театра.
В театр мне тоже хотелось.
Что ж, надо будет вернуться в другое время — специально, чтобы погулять по заповеднику и сходить в театр.
Я поймала себя на том, что думаю, будто у меня есть оно, это самое время.
А утром наша кавалькада отправилась дальше, на Иркутск.
Теперь у нас было на одну машину больше. Вице-президент Железногорского мотоклуба и кандидат физико-математических наук решил ехать не на байке, а на своём «Паджерике». Даня это одобрил: сказал, место лишним не будет.
Ехали долго. Останавливались в придорожных кафе, отдыхали, принимали душ.
Мне очень хотелось увидеть Байкал, но я не торопила время. Наслаждалась каждой минутой поездки. Знала, это очень ценно. Возможно, самое ценное, что мне осталось.
А ещё я придумала книгу, которую мысленно начала писать. Про наше путешествие — но не только. Про другие миры, чудеса и простых людей, на которых держится мироздание.
Я слушала разговоры наших в машине. И это было приятно. Как Алёна беседовала с Борисом. Они погрузились в такие бездны теоретической науки, что я даже не пыталась следить за смыслом. Но отчётливо улавливала тон и настрой: уверенность в своих силах, радость открытия, ожидание чуда.
По мере приближения к Иркутску Даня мрачнел, становился менее разговорчивым.
Мне казалось, что после Тюмени ничего слишком уж страшного с нами произойти не может. Но Даня по-разному оценивал степень проблемности вещей. Да, он принимал мир таким, какой он есть, но некоторые вещи, которые для нас являются, что называется «повседневным злом» причиняли ему куда больший дискомфорт, чем по-настоящему страшные штуковины, вроде той иномировой хтони.
Пытаясь понять его, легко скатиться в морализаторство, а мне бы этого не хотелось.
Лучше уж просто наблюдать и описывать увиденное.
Из архива Управления МВД России по городу Иркутску Рапорт
Из архива Управления МВД России по городу ИркутскуРапорт
На основании п. 2 ч. 2 ст.82 Федерального закона от 30.11.2011 N 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (по инициативе сотрудника), я, старший инспектор дорожно-постовой службы Фёдоров Максим Сергеевич, прошу уволить меня из органов внутренних дел с «08» августа 202_ года. Я ознакомился со всеми условиями, необходимыми для увольнения. От прохождения медкомиссии отказываюсь.
Кроме вышеуказанного обстоятельства имею необходимым доложить следующее:
Все мои действия, изложенные в материалах СБ, с которыми меня предварительно ознакомили, совершались в соответствии с ведомственными инструкциями и другими нормативными актами.
Я не превышал должностных полномочий, о чём справедливо было установлено в ходе дознания.
Моё решение об увольнении не находится в связи с обвинениями в неправомерном поведении, тем более что подобные обвинения выдвигаться не будут, о чём мне достоверно известно на момент написания настоящего рапорта.
Я желаю уволиться и попытаться начать новую жизнь, потому что не готов сталкиваться с тем, с чем столкнулся во время инцидента. Ни при каких обстоятельствах. Любой здравомыслящий человек меня бы понял.
В этой связи большая просьба не проводить со мной воспитательные беседы и не задерживать процесс в кадрах.
08.08.202_, ст. сержант полиции,
Фёдоров М. С.
Из интервью Семена Владимировича Величко* каналу «Новые Горизонты»
* доктор физико-математических наук, профессор, создатель теории информационной дискретизации гравитации (ИДГ), одной из основ Великого Объединения.
14.05.2047
Ведущий: Раньше вы избегали ответа на вопрос в какой момент вам пришла в голову идея нового подхода, воплотившегося в конечном итоге в ИДГ. Что-то изменилось?
Величко С. В.: Да. Мне не нравится, что в последнее время появляется множество спекуляций на эту тему. Чуть ли не целые секты создают отдельные безответственные личности.
Ведущий: Но ведь раньше вы не отрицали некоторые моменты, связанные с появлением так называемого Мессии.
Величко С. В.: Это неправильно. Вообще всё это неправильно — и мессианство, и попытка натянуть личность Даниила на несвойственные ему устремления и обстоятельства.
Ведущий: Как считаете, почему некоторые избегают называть Даниила по имени? Выбирают или псевдонимы, данные ему спецслужбами, вроде объекта «Звонарь»?
Величко С. В.: Потому что люди остаются людьми. Наше развитие продолжает опережать нашу сущность. Именно об этом говорил Даниил. Правда, не все поняли.
Ведущий: Возвращаясь к идее… вы сказали, что этому способствовало некое событие. Следует ли понимать под ним ваш вояж, ставший уже знаменитым?
Величко С. В.: Нет. Наше путешествие вобрало в себя слишком многое. У моего же последующего открытия есть вполне конкретная точка отсчёта. Именно про это я бы хотел рассказать. Вы правы в том, что, по моему разумению, пришло время и дальше утаивать что-либо просто не имеет смысла.
Ведущий: Что ж, по большому счёту, ради этого мы и собрались. Однако заранее прошу понимания: наш формат общения предполагает обязательные вопросы для того, чтобы зрители могли сопоставить все имеющиеся факты и сформировать независимое мнение. Вы же отдаёте себе отчёт в том, что многое будет воспринято скептически. Некоторые ваши коллеги, вроде Андрея Кириллова, столкнулись с волной непонимания и критики в научном сообществе после обнародования своих воспоминаний.
Величко С. В.: Правда есть правда. Она должна прозвучать. А уж как относиться к тем или иным обстоятельствам — в конце концов, это личное дело каждого. Хотя, не скрою, что понимаю реакцию многих людей. Это ведь совсем неуютно и даже болезненно, пересматривать свою картину мира. Пускай даже в сторону большей объективности
Ведущий: Что ж, справедливо. Итак, тот самый август. Давайте переместимся туда. Если вы не против, мы бы хотели добавить в видеоряд синтезированные на основе ваших слов изображение.
Величко С. В.: Да без проблем! Я не нейрофоб. Собственно, я присоединился к ребятам в Красноярске. После посещения нашей горы, мы отправились дальше. Я сначала думал прохватить на байке, но потом решил, что хочу большего комфорта. Да и Даниил намекнул что нам не помешает больше места на случай, если что-то ещё захочет
