Поднявшись с шезлонга, обматываюсь парео и беру с собой пляжную сумочку.
Территория отеля, в котором мы отдыхаем, просто огромная. Здесь и многоэтажные комплексы, и бунгало, и виллы. А ещё спа-комплекс, теннисные корты, салон красоты, оздоровительный центр и многое другое. Мини-государство со всем необходимым. У каждой виллы свой выход на пляж, поэтому рядом с нами в радиусе пятидесяти метров нет посторонних людей.
Если пройтись чуть дальше по берегу, то можно найти бар, где бесплатно раздают любые охладительные напитки отдыхающим: алкогольные и без. На улице сегодня особенно жарко и безветренно, поэтому хочется выпить чего-нибудь холодненького и как можно скорее, чтобы не погибнуть от обезвоживания.
У бара расположилась немаленькая очередь, поэтому мне приходится отстоять в ней почти четверть часа.
- Две колы, пожалуйста, - прошу у бармена на английском, облизывая пересохшие губы. – И одну воду без газа.
- Окей, - улыбается смуглый паренёк и спешит выполнить мой заказ.
Персонал в отеле подобран что надо. Это касается и горничных, и администрации, и аниматоров, которые часто собирают детишек для проведения различных развлекательных мероприятий.
- Вы тоже отдыхаете в этом отеле? – доносится откуда-то справа.
Повернув голову в нужном направлении, понимаю, что мужчина в гавайских шортах и плетенной панаме обращается ко мне. У него светлая густая щетина на лице и зелёные глаза, которые внимательно осматривают мою фигуру.
- Да, я тоже отдыхаю здесь.
Вопрос, конечно же, совершенно глупый, потому что территория отеля охраняемая и постороннему человеку сюда не попасть.
- В комплексе? – спрашивает он, отстукивая платиновой банковской картой по барной стойке.
- Нет, в вилле.
- Те, что по правому берегу? – не отстает мужчина.
- Именно.
В этот момент бармен ставит на стойку мой заказ и желает хорошего дня.
Я отхожу немного в сторону и останавливаюсь, чтобы поудобнее взять две колы и воду. Держать при этом телефон в руках кажется совсем невыполнимой задачей, поэтому я ставлю напитки на свободный столик, прячу мобильный в пляжную сумочку и… ощущаю у себя на плече шероховатую ладонь.
- Меня Виктор зовут, - басит над ухом мужчина из бара. – А тебя?
- По-моему мы не переходили на "ты".
- Так давай перейдем и приятно проведём время? – продолжает он, не замечая моего раздражения в голосе.
- Извините, меня не интересуют знакомства.
В этот момент я начинаю сильно жалеть, что перед тем, как пойти на пляж, сняла помолвочное кольцо. Всё боялась, что утоплю его где-нибудь на дне моря, а ведь это подарок Миши. Возможно, кольцо на безымянном пальце помогло бы мне отшить надоедливого кавалера, который похоже решил, что я свободна как ветер и ищу короткие интрижки на время отпуска.
- А я отдыхаю вон в том бунгало, - хвастает Виктор и кивает влево. – Один живу.
- Раза за вас, - наконец удобно беру стаканы с напитками и направляюсь на выход из бара. – Извините, но мне пора.
Настойчивости мужчины можно только позавидовать, потому что он даже не думает отставать от меня. Идёт по правую руку и рассказывает о том, что прилетел в Испанию только сегодня.
- Может встретимся вечером? Погуляем? Ты в отеле не первый день, покажешь, что здесь и где…
- Послушайте, Виктор, я Вам русским языком сказала, что…
- … девушка не ищет случайных встреч, - дополняет грубый голос Амира за мой спиной. – Что здесь неясного?
Виктор почти что смело выдерживает уничтожающий взгляд Сабитова, а затем смотрит на нашу дочь и недовольно фыркает:
- Сразу бы сказала, что отдыхаешь с семьей!
- Давай-давай, иди отсюда, - произносит Амир, подталкивая мужчину в спину. – Пока тебе не наваляли как следует.
Шумно вздыхаю и раз уж все здесь, ставлю напитки на свободный стол. Амир тянется к коле, а дочь берёт воду.
- Мам, а что означает "навалять"? – спрашивает Саша минутой погодя.
- А ты у папы своего спроси, - встречаюсь взглядами с Амиром. – Он хорошо знает, что обозначает это слово.
Пока мы идём по направлению к нашему пляжу, Саша и Амир о чем-то разговаривают. Отец объясняет дочери, что слово «навалял» является жаргонизмом и не употребляется воспитанными людьми. В ответ Сашка спрашивает, почему же папа ведёт себя столь невоспитанно? Кажется, Сабитов впервые теряется, а я... я тихонько смеюсь, пока меня никто не видит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Спасибо, что вступился, - обращаюсь к Амиру, собирая вещи на пляже.
Обеденное время – пора прятаться от солнца. Впереди у нас сытный обед, отдых и экскурсия по историческому центру Барселоны.
- Ты по-прежнему продолжаешь привлекать к себе внимание моральных уродов.
- Надеюсь это не относится к Мише? - недовольно фыркаю я.
Амир игнорирует мой вопрос и переводит тему, рассказывая о том, что Саша научилась плавать лягушкой, пока меня не было. Это она забила в колокола и потребовала у отца срочно найти маму.
- В комплексе, где я живу, прямо на первом этаже, находится бассейн, - произносит Амир, закидывая влажное полотенце себе на плечо. – Там профессионально занимаются с детьми плаванием.
- Это здорово, - отвечаю ему, надевая на голову шляпу с широкими полями. - Если Саша будет приезжать к тебе в гости, она сможет туда ходить.
- Сонь, я не хочу, чтобы Саша приезжала ко мне в гости, - раздражается Амир. - Я хочу видеть её всегда, когда захочу: сразу же после работы, на выходных, во время отпуска.
Его раздражение передается и мне: дыхание спирает, а кровь усиленно разгоняется по венам. Мне надоело то, что Амир не берёт в расчёт мою личную жизнь и делает вид, что её попросту несуществует. Я ведь тоже живой человек... Я - женщина. И я хочу, чтобы меня любили.
- И что ты предлагаешь? - спрашиваю его со злостью и тычу в грудь указательным пальцем. - Что делать мне, Амир, ты подумал? Бросить Мишу, работу, семью и поехать неизвестно куда, чтобытебебыло хорошо?
Амир полощет меня взглядом чёрных глаз и плотно сжимает челюсти.
- На каких правах мне жить у тебя, а? Чтобы ты мог в любое время видеть дочь?
Сабитов неожиданно грубо перехватывает меня за запястье, приближает руку к своим губам и... целует. Кожа на тыльной стороне ладони при этом будто воспламеняется и жжёт. Он делает это ещё раз и ещё, не отрывая от меня свой цепкий взгляд.
Я хочу выдернуть руку и прекратить весь этот цирк, но почему-то не могу...
- На правах моей женщины, Соня, - отвечает он. - Я хочу, чтобы ты переехала ко мне вместе с дочерью на правах моей женщины.
Глава 40.
Амир.
Когда Соня согласилась на путешествие в Испанию, я наивно полагал, что уже одержал победу над противником.
Думал, здесь будет больше времени, чтобы попытаться донести до неё свои мысли и чувства. Да и сама атмосфера располагала к сближению.
Как же я ошибался. Как же я, чёрт возьми, ошибался! Время шло неумолимо быстро, дни отпуска подходили к своему логическому завершению, а между нами с Соней по-прежнему была глубокая непреодолимая бездна. Мне не хотелось отпускать её к нему. Не хотелось делиться. Хотелось, чтобы вот так втроём было навсегда.
Порой мне отчаянно хотелось встряхнуть её за плечи, попросить перестать быть колючей ледышкой и сделать хотя бы один малюсенький шаг мне навстречу, чтобы я понимал, что всё не зря. Но она не могла вести себя по-другому. Соня просто не верила мне.
- Я хочу, чтобы ты переехала ко мне вместе с дочерью на правах моей женщины.
Голубые глаза испуганно смотрят в мои. Её грудь часто вздымается, а губы приоткрываются от удивления буквой «О». Мне безумно хочется коснуться их пальцами, попробовать какие они мягкие и нежные наощупь, а затем впиться в них своими губами и безудержно целовать. Жаль, что сейчас не то время и, не то место, чтобы это делать.
- Пусти, - лишь произносит Соня. – Ты делаешь мне больно.
Только сейчас замечаю, что всё ещё продолжаю удерживать её за запястье, чтобы не сбежала. Наверное, слишком сильно и грубо для её светлой и нежной кожи. Плавно послабляю хватку, скрещиваю руки на груди и выжидающе смотрю. Знаю, что Соня не бросится в мои объятия, знаю, что даже не улыбнётся, но всё равно упрямо жду.
