— Ха-ха-ха! Ты меня переоцениваешь. Нет, я не настолько плох, — грустно улыбнулся Шен-Нунгу. — Этот старик всего лишь чересчур сильно уверовал в собственные знания и был за это наказан самими Небесами.
— Звучит интригующе, я весь во внимании, — поудобнее устроившись за столом, я принялся слушать.
— Это произошло пять лет назад. Я помню тот день, словно он был вчера…
Глава 12
— … Когда-то я был не просто аптекарем, меня знали во всём центральном Лояне. Я лечил вельмож Императорского двора их детей и жён. В то время моя жизнь была безоблачна и спокойна как чистое ночное небо. Я не знал ни жажды, ни голода, ни людского презрения. Но всё закончилось в один миг…
Я смерил взглядом разошедшегося аптекаря. А, может, всё-таки не стоило его ни о чём спрашивать? А то этот его рассказ уж очень сильно напоминает словоохотливый эпос одной не в меру пафосной обезьяны. Ну, надеюсь, хотя бы на этот раз мне ничего не перепадёт: ни новых квестов, ни сомнительных подарков.
— … И всему виной стала моя дружба с одним человеком. Одним «прекрасным» вечером ко мне в дом заглянул мой лучший друг и напарник, аптекарь Ши-Ян. Мы были знакомы с ним с самого детства. Вместе учились аптекарскому делу при Императорском дворе, делили кров и пищу. Тогда мне казалось, что на этом свете у меня нет более близкого человека. Он словно был послан мне самой судьбой. Но видят Небеса, я сильно ошибался. В тот день Ши-Ян пришёл ко мне не просто так, а с предложением…
Надеюсь, не с предложением руки и сердца, а то вся эта история сворачивает куда-то не туда.
— … Он захотел, чтобы мы вместе создали невиданное доселе лекарство. Лекарство, что могло бы навсегда решить проблему голода во всём Лояне. Идея Ши-Яна была довольна проста и вместе с тем гениальна. Он хотел создать особое средство для скота, чтобы приняв его животное скорее обрастало столь ценным мясом…
Лекарство для роста мышечной массы⁈ Что-то мне это напоминает…
— … Поначалу я не принял эту идею всерьёз, но Ши-Ян был настойчив и вскоре ему удалось меня уговорить. Так и началась наша совместная работа. Мы запросили поддержку у Императорского Двора и взялись за дело. В течение долгих пяти лет мы с Ши-Яном без устали корпели над новым лекарством. Это был тяжёлый путь. Провал следовал за провалом и только на шестой год нам, наконец, улыбнулась удача. Лекарство было получено. Мы назвали его Пилюля неудержимого роста…
Несмотря на столь дурацкое название, я даже в мыслях не посмел насмехаться над его создателем. Ведь если всё, что говорит Шен-Нунгу правда, то я только что, сам того не подозревая, нарвался на золотую жилу!
— … Мы сильно обрадовались своему успеху, но вскоре нас постигло первое разочарование. Оказалось, чтобы создать лекарство для животных, одних аптекарских знаний было недостаточно, надо было знать ещё и повадки этих самых животных. К несчастью, наша пилюля пришлась им не по вкусу. Ни коровы, ни яки, ни даже всеядные свиньи ни в какую не желали поедать наши пилюли. И сколько бы мы ни подслащивали их и ни разнообразили вкус, ничего не менялось. Основной компонент Пилюли неудержимого роста был слишком горек даже для непривередливых свиней. Мы перепробовали все. Смешивали лекарства с едой, делали на его основе растворы, пытались скармливать пилюли насильно. Но ничего из этого не помогло. Ну а затем, за нами пришли. На протяжении шести лет мы постоянно брали в долг у Императорского двора и вот наступил день расплаты. Тот самый день, когда мой названый брат Ши-Ян бесследно исчез, оставив меня одного разбираться с долгами…
— И тогда вы тоже решили сбежать?
— Верно, — грустно покивал Шен–Нунгу. — В центральном Лояне меня ждала только долговая кабала. Как оказалось, Ши-Ян не только брал от моего имени деньги, но и львиную их часть пускал не в дело, а в собственный карман. У меня не оставалось иного выбора. Пришлось бежать.
Я вдруг понял, что аптекарь Шен-Нунгу — уже второй мой знакомый, сбежавший от властей центрального Лояна и осевший на землях Мурима. Сначала был Ракша, а теперь ещё и он. Похоже, даже Императорскому двору не под силу навести здесь свои порядки. Выходит, независимость Мурима — это отнюдь не пустой звук. Вот только все эти политические дрязги меркнут на фоне того, что мне только что рассказал Шен-Нунгу. Поэтому сейчас меня волновало только одно…
— А это лекарство, вы ещё помните как его делать? — затаив дыхание спросил я.
— Конечно! — горделиво вскинул подбородок аптекарь. — За кого ты меня принимаешь? Я помню этот рецепт так же отчётливо, как своё имя…
Отлично!
— … Но какой в этом толк? — снова повесил голову Шен-Нунгу. — Оно бесполезно. Ни одно животное не станет есть нечто подобное.
Ну здесь он явно погорячился. Я знаю как минимум одно животное, которое бы никогда не отказалось от подобного лекарства, даже несмотря на всю его горечь. Да я бы и сам был непрочь его попробовать. Однако, у меня имелась идея и получше.
— Ваше лекарство вы неправильно его использовали.
— Неправильно использовали? — повторил за мной Шен-Нунгу. — О чём ты?
— Надо было не перорально, а внутримышечно.
— Перорально? Внутримышечно? Ничего не понимаю…
— А я вам сейчас объясню. Скажите аптекарь Шен-Нунгу, вы когда-нибудь слышали о шприце?
* * *
Аптекарь Шен-Нунгу куда-то пропал. Вот уже двое суток он не ночует дома. Это вызывает во мне вполне законное беспокойство. Как бы этот засранец снова ни сбежал. Мне бы этого ох как не хотелось, особенно сейчас, когда он мне так нужен. Я ведь не просто так рассказал ему про чудодейственный шприц и внутримышечные инъекции. Мне хотелось в полной мере воспользоваться плодами его труда. Пилюля неудержимого роста должна была стать моей!
— Последние пару дней ты ведёшь себя довольно странно, — подозрительно сощурилась Ян Гэ. — Постоянно пропадаешь у
