пылью. Напротив рейнджера встали две тени, с ног до головы завернутые в красно-желтую ткань. Только глаза сверкали. Обычное одеяние жителей пустынь на множестве планет.
— У нас гости, Ал.
— Ага, и какие-то неразговорчивые.
— Эй! — Карт осторожно повернул голову, он чувствовал присутствие кого-то чуть позади и правее, еще один противник расположился у входа в грот. — Кто тут главный? Только не делайте вид, что вы не понимаете.
— Ал, может мне вот тех двух пока пристукнуть?
После шутки могучего норвежца фигуры в красном заметно напряглись, приподняв короткие ручные мазеры.
— Не нервируй их, Олд. Мы договоримся. Правда? — Карт посмотрел на стоящего справа.
— Возможно, — прошелестела фигура.
— Мы сдаемся. Зачем нам умирать? Да и вам честь, вы ведь взяли в плен двух бравых рейнджеров.
Воин, стоящий справа, что-то пробурчал и, стоявший позади подошел и осмотрел Карта, затем Ларсена, их оружие и рюкзаки уже лежали в стороне. Досмотревший их воин что-то невнятно буркнул.
«Странный какой язык, варишский совсем не такой» — не успел удивиться Алекс, как главарь воинов опустил повязку с лица и подошел совсем близко к землянину.
— Интересно, обычно рейнджеры не сдаются нашим воинам. Они сражаются до конца. А ты к тому же в большом чине, — шалшианский воин говорил с легким шуршащим акцентов. Алекс внимательно рассматривал скуластое краснокоже лицо. Сомнений не было, это выходец с Их-Вариша. Близко поставленные круглые глаза стали более раскосыми, характерные же очертания скул остались.
— Мы не в бою, нам незачем умирать? Ты же знаешь, что мы не воюем всю жизнь. У нас двоих на носу дембель, это окончание военной службы. Ты ведь не стал желать смерти, если вскоре тебя ожидало бы возвращение домой? Мы хорошая партия для обмена, воин. Ну, так как, договорились?
— Хм, — краснокожий улыбнулся очень даже по земному, — ты все просчитал, землянин. Давай только без глупостей. Эти воины, — он кивнул в сторону, — из моего клана, новички. Не хочу потом отвечать перед их матерями.
— Договорились, — также кивнул в согласие Алекс, — только пусть отдадут нам наши вещи.
— Хорошо.
К вечеру, после непродолжительного пути по барханам и плоскогорью, группа из шалшианцев и землян подошла к небольшому ущелью. Видимо, когда-то тут протекали быстрые и мощные реки, пробившие себе путь сквозь скальную породу. Они вымыли в поверхности планеты очень глубокие щели и промоины, затем подземные воды углубили и проели всевозможные боковые ответвления. Горные породы, вообще, имеют свойство образовывать трещины, а если они еще и растворяются водой, то есть являются карстовыми, то через несколько тысяч лет жди образования пещер. Вода давно ушла отсюда, а огромные подземные лабиринты остались. Здесь, похоже, и жили потомки варишанцев. С орбиты их обнаружить было сложно, да и добраться сюда тоже. Шалша не являлась первоочередным районом для боевых действий. Местного земного гарнизона хватало только на патрулирование и охрану, поэтому аборигены чувствовали себя вполне вольготно.
Карт шел вслед за воином в красном подобии бурнуса. Тактические шлемы у них с Ларсеном отняли сразу, выдав взамен их красные тряпки. Как ни странно, но это одеяние было вполне функционально, выполняя роль фильтра и защищая голову от палящего солнца. Во всяком случае, стоила такая тряпка на много порядков дешевле высокотехнологичного оборудования. На границе камня и песка их встретили часовые, вынырнувшие непонятно откуда. Солнце заходило, поэтому спускались в ущелье они уже в сумерках. В отличие от Сахары, где Карт с товарищами совершал последний экзамен, солнце здесь не гасло сразу, как лампочка. Они находились на достаточно высоких широтах. Вскоре по пути им стали попадаться гуманоиды. Большинство в таких же свободных одеяниях. Некоторые были одеты более легко, в желтые подобия хитонов, с плащами поверх. Многие шалшианцы бросали на землян любопытные взгляды. От них не исходила враждебность или радость при виде пленных врагов. Воины здесь, вообще, были скупы на эмоции. Только одна из женщин, встреченных по пути, невольно воскликнула.
Пол в полостях был полностью каменным, отшлифованный временем и ногами. Только изредка попадались пучки травы и мха. Главный конвоир показал в сторону темневшего в скале входа. Они прошли по узким пещерным коридорам, тут то и дело приходилось нагибать голову. Освещение включалось само, при проходе людей. Карт заметил несколько экономных светильников знакомого производства. Их довели до небольшой камеры, всунули в руки портативный фонарь и ушли. Вместо двери в проёме висела сетка, но подошедший к выходу Ларсен тут же наткнулся взглядом на красневшие в темноте глаза какого-то зверя.
— Ха, смотри, Ал, собачку посадили.
— Ты думал они совсем дураки? Давай устраиваться, мы тут надолго.
На полу земляне обнаружили несколько охапок колючей травы и что-то наподобие одеял. Ночи здесь, как и в других пустынных местах холодные. В углу был устроен настоящий ватерклозет, зияло отверстие, при нажатии палки по желобу текла вода. На небольшой каменной полке стояла простая посуда из глины.
— Эй, семляни! — раздался голос, у выхода они увидели фигуру в красном. — Вна Тиш ут.
Он показал рукой на поднос и ушел в темноту.
— Что тут у нас? Я чертовски голоден! — Ларсен сноровисто подхватил поднос и поставил на возвышение. — Так, это какой-то супчик. Ал, доставай те плошки. Тут и лепешки, зелень. А здесь? Ого, как вкусно! Похоже на пиво.
Олд разлил из кувшина напиток и присел на возвышение.
— А не плохо.
Суп был густой и наваристый. Иногда в нем попадались прожилки мяса, присутствовала какая-то крупа и овощи. Лепешки показались землянам суховатыми, приходилось их размачивать в похлебке, а в кувшине, и в самом деле, оказалось пиво.
Ларсен закончил трапезу, набил травой тюфяк и прилег.
— Как ты думаешь, Ал, с этими парнями удастся договориться?
— Очень даже да. Не зря Чамп указал именно на них. Один камень покатится, пойдет обрушение.
— О-хо-хо! Как бы нам самим под этим обвалом не очутиться.
— А ты думал историю поворачивать легко? — Алекс усмехнулся. — Привыкай, брат.
Утром им принесли кислое молоко, сыр и такие же лепешки. Алекс пробовал разговорить молодого воина, но тот почти не понимал земного языка.
— А ведь он по варишански говорит, — вдруг заметил Ларсен.
— Откуда ты взял? Совсем непохоже, — буркнул Карт.
— Ты просто сравниваешь с современным, а надо со старинным. Сколько лет тем фрескам? Мне подруга твоя книжонку тогда всучила. Думал беллетристика какая, а это оказался учебник их древнего диалекта. Ну, от нечего делать проштудировал, кой-чего запомнил.
И в самом деле, когда два шалшианца принесли землянам и жуткому лохматому зверю обед, Ларсен попытался с ними заговорить и, видимо, ему это удалось. Старший по возрасту
