- Во-первых, здравствуйте. - я аккуратно отодвинул дамочку лет тридцати в сторонку и открыл дверь кабинета.
- Фу! Как у вас тут…- женщина не смогла подобрать слов и поэтому образно помахала перед собой руками.
Я примерно представлял недостатки своего кабинета, но он был отдельный и меня вполне устраивал.
- Вы присаживайтесь, поскорее…- я изобразил жест гостеприимства: - Раньше, как говорится, сядешь, раньше выйдешь. Вы свои паспортные данные из предыдущего допроса подтверждаете? С мужем не развелись, ребенка очередного не родили, или, может быть, институт усели закончить. Нет? Ну и прекрасно. Давайте зачитаем ваши предшествующие показания, и вы скажете, все ли верно.
Минут через пять женщина подтвердила, что показания изложены верно.
- Подскажите, пожалуйста, когда изложенные здесь события происходили, вы находились в киоске, а сменщица ваша у окошка? Я правильно понимаю?
И в киоск она не заходила, а деньги из кассы, вы лично отчитали и передали ей в руки, никого там больше не было? Верно?
- Ну да, Евгения Дорошенко пришла около одиннадцати часов вечера, сказала, что ей деньги срочно нужны, попросила отдать ей ее зарплату, ну я и отдала ей, сколько она сказала…
- А какие купюры были, вы не помните?
- Ну я ей крупные, точно дала, по пять тысяч, чтобы мне сдачу было чем сдавать…
- То есть вы ей передали, как вы помните, десять тысяч рублей, двумя купюрами.
- Ну да, я вам это уже третий раз говорю.
- Подскажите, Дорошенко у вас именно десять тысяч просила?
- Нет, она тридцать тысяч просила, сказала, что хозяин, ну, то есть, Борис Константинович ей больше должен, но я ей не дала, сказала, что выручка была слабая в мою смену, мне только на сдачу осталось.
- Понятно. Так, а теперь подпишите здесь, здесь и здесь. Хорошо! И вот вам памятка, какие документы нужны, и нужны мне срочно.
- Так вы хозяину этот список отдайте, или самой Дорошенко, я то зачем буду ее бумажки носить?
- Так это ваши бумажки, уважаемая Лариса Демидовна! Мне завтра-послезавтра надо материалы отправлять прокурору, чтобы тот в суд их переправил, а от вас этих справок нет.
- Вы, товарищ следователь, выпили уже с утра, что ли? – дама зашмыгала носиком: - Или вы шутите так неудачно?
- Да какие шутки, Лариса Демидовна? Вы допустили растрату, ваш хозяин написал заявление, попросил органы разобраться, мы и разобрались…
- Но как я допустила? Она же сказала дать ей денег…
- Да мало ли, что она сказала? Она снаружи стояла, а вы внутри сидели, и денег она самостоятельно взять не могла. Вы ей эти деньги передали, она их из кассы не брала. Понятно вам? Я не могу привлечь к ответственности Дорошенко, а вот вас просто обязан.
В это время в дверь заглянул мужчина лет сорока пяти, одетый в кожаные брюки и пиджак из такого же материала.
- Лариса? А ты что здесь делаешь? – мужчина замер на пороге.
- Козел! – Лариса Демидовна вскочила, подхватила свою сумку и бросилась на выход, сметя мужчину в сторону движением могучего бедра.
- Лариса?! – «кожаный» морщился, потирая отбитый о косяк локоть,
- Лариса Демидовна! Вы список документов забыли, который вам послезавтра надо будет принести.
Бешенная фурия влетела обратно в кабинет, схватила со стола бумажку и показала «кожаному» средний палец: - А тебе, Борюсик, пусть жена теперь отсасывает…
Дождавшись, когда звук каблучков разъяренной «львицы» затихнет, я улыбнулся посетителю: - Как я понимаю, я вижу Бориса Константиновича? Присаживайтесь, у нас с вами будет интересный разговор.
Локация – там же, за час до окончания рабочего дня.
Лемешев появился под вечер, очевидно, узнав от своего приятеля Бориса Константиновича, что что-то пошло не по плану, он прибежал на работу, еле-еле опохмелившись и не закрыв «больничный».
- Дела давай! – судя по всему, Якову Рувимовичу было очень плохо, так как он боялся оторваться от косяка.
- Какие дела?
- Дела мои давай! – Лемешев попытался грозно зарычать и угрожающе шагнуть ко мне, но получалось это у него очень-очень плохо – ноги не слушались, голову мотала, как у младенца. Но он все же преодолел себя, сделал этот шаг и попытался ударить меня. Замах был на рубль, рука, которой дознаватель пытался опереться на сто, подломилась и Яшу повело вперед, в результате он не удержался на ногах и с деревянным стуком ударился головой о столешницу.
Мне эти игры пьяного дурака надоели, я поднял старшего товарища за шиворот, вывел на лестницу, ведущую вверх и легким пинком коленом под зад, придал Лемешеву ускорение, чтобы он мог преодолеть подъем, после чего, подумав пару минут, собрал все дела, запер кабинет и, с деловым видом двинулся на выход.
Яков Рувимович сидел на стуле напротив начальника отдела дознания, закрыв лицо ладонью и что-то негромко бубнил.
- Павел! Павел! Громов! – увидев меня, закричала Ольга Борисовна, но я сделав вид, что не услышал, пробежал мимо ее кабинета на улицу.
Я сел в машину, выехал со стоянки, и помчался по улице Полярников,
