Когда дело было сделано, Андрас вытер пот со своего лба. Он зажег магический огонь, и воздух стал стремительно нагреваться. Нужно было успокоиться и хорошенько сосредоточиться. Он не мог допустить ошибки. Закрыв глаза, Андрас вспомнил слова своего учителя.
«В этих телах нет души и никакой иной сущности. Проведите рукой по их лицу и вспомните вашу миссию. Создания — это орудия спасения, данные вам для достижения высшей цели».
Эту молитву знал каждый Недремлющий. Андрас узнал в теле девушки очертания Кандры, плоть от плоти Сирен, и почувствовал, что полностью готов.
Он плеснул содержимое флаконов в огонь, и повалил густой, благоухающий дым. Затем ложкой он собрал пепел и положил его в мешочек. Держа его на довольно приличном расстоянии от лица, Андрас сбрызнул его несколькими каплями темной жидкости и посмотрел на созданное им существо.
Адхара почувствовала, как задрожала каждая частица ее тела. Девушку объял ужас. Она продолжала вспоминать. Все тело девушки было словно истыкано иглами: из ладоней Андраса болезненно струилась магическая энергия, наполняя собой плоть девушки. Она непроизвольно сжала мышцы руки. Адхару охватило безумное и неконтролируемое желание освободиться и убежать прочь.
— Успокойся, сейчас ты уснешь и больше ничего не почувствуешь, — сказал Андрас. Его голос, лишенный и капли сострадания, звучал ровно и безразлично.
Он прислонил мешочек ко рту девушки и сильно прижал его к губам. Слеза скатилась по лицу Адхары, а потом все вокруг стало черным — магия начала действовать.
Андрас окинул взглядом уснувшую девушку. Ему немного взгрустнулось. Это было равносильно возвращению во времена создания Кандры, в самый выдающийся период его жизни, большая часть которой была абсолютно безликой и банальной. Он был не один тогда, — секта придавала ему сил, внушала веру, ставила перед ним цели.
Андрас выложил в ряд все свои принадлежности. Спасаясь бегством из подземелья, он не смог взять с собой все, что у него прежде имелось, однако ему вполне могло хватить и этого. Инструменты, черные после учиненного Саном пожара, при свете магического огня отбрасывали кровавые блики.
Взяв тонкий шприц, Андрас набрал прозрачной жидкости из одного пузырька и вколол его в шею Адхары. Лимфа эльфа, вызывая легкое вздрагивание конечностей, начала свое действие. Затем настал черед крови нимфы, которую Андрас ввел девушке в руку, прямо в пульсирующую вену. Эту кровь он раздобыл по дороге, оказавшись невольным свидетелем убийства двумя бродягами невинной нимфы. Ему следовало поторопиться, потому что нимфы довольно быстро превращались в чистую воду, которую мгновенно впитывала земля. Но Андрас успел набрать приличное количество крови про запас.
На этот раз тело Адхары реагировало уже мощными судорогами. Андрас был вынужден удерживать его двумя руками, в то время как кровь, орошая сеть капилляров, освещала их голубоватым светом. Как только судороги прекратились, он взял стоявшую рядом емкость и достал оттуда фрагмент человеческого тела.
В этот раз Андраса стошнило, когда он препарировал труп. Это было совсем не так, как в стенах секты. Недремлющие действовали невозмутимо, как хирурги, на войне же повсюду открывалось отвратительное зрелище истекающих кровью ран и оторванных конечностей.
Мужчина приподнял тело Кандры и усадил его, прислонив спиной к стене пещеры. Затем он взял какие-то травы и провел ими под носом у девушки. Ее веки открылись: взгляд девушки был по-прежнему бессмысленным, как во время экспериментов в стенах секты.
— Молодчина, — бесстрастно пробормотал Андрас. Девушка еще не пришла в сознание, и он это знал. Было крайне необходимо, чтобы она покорно подчинялась его командам.
Он терпеливо клал Адхаре в рот один за другим мелкие фрагменты человеческого тела, массируя ей шею, чтобы заставить ее глотать. Как только емкость опустела, он отодвинул ее в сторону и уложил тело девушки на землю. Оставались только магические ритуалы, те самые священнодействия, которые могла проводить и изменница Теана. Однако теперь в свете Запретных формул они претерпели некоторые изменения.
Андрас приготовился. Он взял перо, обмакнул его в черную жидкость и, рассекая кожу девушки, принялся выводить на ней сложные символы, которые, источая дым, мгновенно зарубцовывались под действием магических заклинаний. Тело Кандры снова затряслось, и с ее губ стали слетать нечленораздельные звуки. Ей было очень плохо, но худшее ждало ее впереди.
И снова мрачная бездна. Те образы, что Адхара смутно ощущала, когда Андрас усыпил ее, стали обретать свою форму. Появляющиеся из тьмы чудовища со всех сторон обступали девушку, касаясь ее слабого и изнывающего от боли тела. Внезапно зажегся свет, и Адхара увидела каменный свод пещеры. Ее глаза широко раскрылись, она не могла, как бы ни хотела, закрыть веки. Она чувствовала, как ее охватил жар. Адхаре захотелось заплакать, но она не могла. Оказавшись пленницей собственного тела, девушка могла лишь беспомощно наблюдать за его изменениями. Омерзительное прикосновение десятков рук, сжимавших ее, доставляло ей невыносимые страдания. И тут она вспомнила. Это было сродни возвращению назад во времени в ту зловонную келью, в которой ее и воскресил Андрас. Адхара вспомнила этот первый вздох, от которого, казалось, ее легкие едва не лопнули, этот жар, касавшийся ее плоти, но не охватывавший ее целиком, эту кровь, которая, как вязкая кипящая лава, ползла по венам, и девушка оказалась не в силах этому противиться. И затем этот образ, это так хорошо знакомое ей дыхание. Андрас был там же: от него зависела жизнь и смерть существа, кем она и была в тот момент. Кандра появлялась прямо на ее глазах, и Адхара отчетливо ощущала, как это существо ускользало куда-то вдаль, уступая ей свое место.
Прошла целая вечность, пока наконец погас свет и снова вернулась тьма. Видения скрылись во мраке, жар стал ослабевать, и Адхара погрузилась в плотную тягучую тишину. Это была уже не Адхара и даже не шестое создание. Не было больше ничего, кроме невыносимой боли.
Ее разбудил теплый свет. Ее тело еще помнило причиненную ему жестокую боль. Адхаре удалось склониться на бок — она опять ощущала свое тело. Девушка провела по нему рукой: казалось, что она обрела его заново. Все было на месте, и ни следа не осталось от той безумной жаркой ночи.
Адхара почуяла свежий приятный запах и медленно открыла глаза.
— Как ты себя чувствуешь? — Напротив нее стоял Андрас с дымящейся чашкой в руках.
Присутствие этого человека снова привело девушку в чувство, отчего она очень сильно смутилась. Все было как и прежде.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
