— Они тоже получат однозначно положительный результат, можете не сомневаться, — сказал Губарев и отхлебнул чаю. — Хороший, китайский…
Марч пригладил свою замечательную бороду, причем не сверху вниз, как делают все бородачи, а снизу вверх.
— Корпорация «Боинг» ждет варианта авиационного топлива — это значительно расширит рынок!
Губарев кивнул.
— Я практически нашел решение. Окончательная доработка — вопрос месяца-двух…
— Ну и отлично! — кивнул Фингли и выпил. Точнее, влил в себя светло-соломенную жидкость через бороду, подобно тому, как кит пропускает планктон через свой знаменитый ус. На белых волосах расплылось желтое пятно, и он аккуратно промокнул его платком.
— Надеюсь, с производством не возникает проблем? И мы сможем расширить объем продукции?
Губарев допил свой чай.
— Н-нет, — не очень уверенно сказал он. И поправившись, повторил более уверенно: — Нет, особых проблем не возникает… Так, текущие вопросы…
Он непроизвольно вздохнул.
Вчера два каких-то бандита остановили выехавшую с комбината автоцистерну с GTL-керосином и потребовали «налог дороги», после чего, согласно инструкции, были расстреляны водителем и охранником. Как пояснил начальник службы безопасности комбината, ранее к нему приходили представители мафии, предлагая «поставить крышу» новому производству. Так что вряд ли можно было сказать, что особых проблем не возникает. Другое дело, что американцу о них лучше не знать.
Но особенностью серьезных проблем является то, что они имеют обыкновение вылазить в самые неподходящие моменты.
На гаревой дорожке неожиданно показался огромный черный джип, почти не различимый в сумерках, тем более что ни фары, ни подфарники, ни даже габаритные огни не горели. Джип остановился у веранды, и из него вышли четыре шкафообразных мужчины, которые молча принялись подниматься по лестнице.
Такого просто не могло быть. Поселок, в котором проживало руководство нового комбината, был огорожен забором с сигнализацией, а на въезде, у шлагбаума, дежурила вооруженная охрана, не пропускающая посторонних.
Тем не менее невероятное происходило. Незнакомцы уже были на веранде, и выражение их лиц, а в особенности манеры, не сулили ничего хорошего. Тем более что под одеждой у них без особого труда угадывалось оружие.
— Ты — Губарин? — спросил по-русски молодой парень в черной куртке, с мясистыми щеками и круглыми совиными глазами. Говорил он без акцента, и было ясно — земляк.
— Губарев, — поправил Андрей.
— Без разницы! — махнул рукой тот и, повернувшись к мужчине постарше, в длинном черном плаще, что-то сказал по-польски.
Тот кивнул и отдал короткий приказ.
— Поедешь с нами, козел! — сплюнул круглолицый землячок. — Мы тебе покажем, как лезть на чужую землю и наших ребят валить!
— Какую чужую?! — возмутился Андрей. — Мы с паном Казимиром Халецким работаем!
Если он думал, что громкое имя произведет впечатление на незваных гостей, то ошибся. Двое чужаков обошли стол, рывком подняли создателя GTL-керосина и, намертво зажав его между собой, потащили к выходу с веранды.
— Что происходит?! Кто вы такие?! Немедленно прекратить! — возмутился Билл Фингли. Американский миллиардер явно не привык к таким «наездам».
Но в заросшее волосами лицо ткнулся ствол пистолета, и он замолчал.
— Позвоните нашей «крыше»! — потребовал Губарев.
Он понял, что дело принимает плохой оборот. Зря он поселил личную охрану отдельно от себя!
Но в изощренном мозгу сами собой всплыли нужные фразы и обороты.
— Позвоните «крыше»! Это беспредел! За него ответить придется!
Земляк перевел и старший кивнул.
— Пусть звонит! — разрешил переводчик.
Андрея отпустили. И он сразу нажал цифру «1» на своем телефоне. Только бы Халецкий был на связи!
Казимир отозвался сразу и мгновенно «въехал» в ситуацию.
— Дай им трубу! — сурово прогудел он.
Губарев протянул телефон человеку в плаще. Тот с высокомерным выражением поднес его к уху. Но высокомерие тут же стерлось, как губкой. Он еще пытался что-то объяснить, но голос становился все тише. Массивная голова опускалась, потом подогнулись ноги, и он… опустился на колени! Тройка подчиненных потеряла дар речи. Но он что-то рявкнул, и они тоже упали на колени. Старший вытер вспотевшее лицо, что-то сказал и поклонился, уткнувшись лицом в ровный дощатый пол. Подчиненные последовали его примеру.
— Мы извиняемся, — сдавленно перевел земляк. — Ошибка вышла… Можете делать с нами, что хотите…
Губарев неловко ткнул его ногой в бок.
— Вон отсюда! — закричал он противным бабьим голосом. — Пошли вон!
Все четверо вскочили, развернулись, гурьбой сбежали с веранды и погрузились в джип. Через минуту о внезапном визите напоминал только запах бензина в чистом прохладном воздухе. Но и тот постепенно рассеивался.
— Что это было? — растерянно спросил Фингли, пытаясь пригладить взъерошенную бороду.
— Так мы решаем возникающие проблемы! — с трудом выговорил Губарев и, налив в чайную чашку виски, залпом выпил.
Зубы его стучали. Он выпил еще. Холод в груди растаял, и руки перестали дрожать.
— Все под контролем! — уже тверже проговорил он.
На веранду взбежали четыре охранника с автоматами «узи» наперевес.
— Все в порядке, шеф? — спросил старший. — Маргарита Викторовна позвонила и приказала прибыть…
«Молодец, Рита!» — подумал Андрей. А вслух сказал:
— С этого момента круглосуточная готовность номер один! Штат охраны мы увеличим!
Старший кивнул и занял пост у лестницы. Его подчиненные охватили веранду полукольцом и растворились в сумерках. Инцидент был исчерпан.
Фингли успокоился, извлек из внутреннего кармана большую расческу и принялся приводить свою необычную бороду в порядок.
Глава 6
Журналистское расследование
На громадном мониторе в аппаратной «Скандальных расследований» злосчастный репортаж смотрели втроем: сам Черепахин, Антон Шишлов и худощавая, ярко накрашенная брюнетка Карина — супруга и по совместительству директор программы.
— Не представляю, что здесь могло вызвать такую бучу! — сказал Антон после второго прогона. Вид у него сейчас был не такой пафосный, как на телеэкране: обыденная прическа без укладки и кондиционера, фланелевая рубаха, широкие удобные брюки.
— Ну, пусть даже тут можно найти косвенные признаки воровства российского газа, и что? Сейчас прямые разоблачительные репортажи гоняют по всем каналам, и никого не сажают в тюрьму, тем более не убивают и не похищают!
— В этом репортаже вообще нет ничего компрометирующего, — поддержала супруга Карина. В обтягивающем зеленом комбинезоне и красных — в цвет накачанных силиконом губ, сапогах до колена, она походила то ли на ящерицу, то ли на Хозяйку Медной горы.
— Мы сделали столько передач — с фактами, фамилиями, суммами, нас бы уже давно убили! Правда, Антон?
— Типун тебе на язык! — поморщился Шишлов. — Но факт действительно налицо!
Он развернулся в крутящемся кресле и доверительно наклонился вперед.
— Объясни мне, Ваня, вот что…
Антон очень быстро стал говорить ему «ты», впрочем, так он обращался почти ко всем, как мэтр к ученикам и поклонникам.
— Я сделал передачу про то, как сенатор получил взятку в три миллиона долларов. И никто в меня не стрелял. Я снял сюжет про фальсификацию выборов в одной из областей. И никто меня не арестовал. Я показал руководителя холдинга, сбившего на машине трех человек и сфальсифицировавшего материалы следствия. И канал повысил мне зарплату. Объясни, пожалуйста, что есть в твоем репортаже такого, из-за чего умирают и пропадают люди?!
Иван задумался.
— Два объяснения. Или мой репортаж касается более важных фигур, чем были в твоих… гм, в ваших. Или речь идет о больших суммах. Возможно, эти причины сливаются в одну…
Шишлов усмехнулся.
— А ты самонадеян, коллега!
Перебирая ногами, он проехался в своем кресле к сидящей на диване жене и погладил острую коленку.
— Что скажешь, Коша?
Ящерка пожала узкими плечиками.
— А люди действительно пропадают?
Черепахин вздохнул.
— Я же рассказывал, и это все можно проверить!
В это время прозвонил его мобильник. На связь вышел Перепечай.
— Твой Губарев не поладил с руководством института нефти и газа, несколько лет назад уволился и уехал в Донецк, с тех пор его следы затерялись. Профессор Михайлюк — директор того же самого института бесследно пропал года два назад… Интересная картинка получается — неладно что-то в этом их институте! Вот еще подсоберу материала и напишу статейку…
— Спасибо, Лаврентий Николаевич! Только помните об осторожности!
Черепахин отключился и повернулся к Шишловым.
