– Приятно видеть, что каждое слово люди встречают с одобрением, что они смотрят на тебя, как на героя.
– Ну что ж, я напомню тебе о желании носить маску Фалькона, когда его подстрелят или отправят в Ньюгейт.
Мрачная шутка Тримейна не понравилась Джереми. Он знал, что играет в опасную игру. Когда-нибудь его брату придется ответить за то, что он поднял на мятеж тысячи людей.
«Когда это время придет, – поклялся Джереми, – я буду рядом с Фальконом!»
Глава 11
Лондонские приключения утомили Эннабел, и она с удовольствием вернулась к безмятежной жизни в Шеффилд Холле. Как прежде, Джереми каждое утро приходил к своей кузине. Они мило болтали, а после завтрака устраивали пешие или конные прогулки вдоль реки. Иногда они пили чай в башне, и Джереми читал девушке свои новые стихотворения.
Как ей хотелось прочесть милому кузену известные оды Китса, знаменующие собой расцвет его гения на закате жизни! Однако Эннабел понимала, что на нее возложена ответственность перед будущим, она не имеет права открывать секреты, известные ей одной.
Тримейн держался от Эннабел на почтительном расстоянии, однако все время внимательно наблюдал за ней. Казалось, вечер у мадам Лотты был всего лишь дурным сном. После того, как Тримейна Шеффилда и Фалькона видели одновременно в двух местах, слухи о том, что лорд Шеффилд и знаменитый мятежник – одно и то же лицо, понемногу стали утихать. Эннабел скучала о Фальконе, о его сильных руках и о том странном чувстве, которое испытывала, находясь в его объятиях. Девушка чувствовала, что этот мужчина – ее защитник.
«Он преступник!» – говорила себе Эннабел и уходила в свой любимый уголок – небольшой сад, где яркие цветы соперничали за место под солнцем с травами и овощами.
Однажды утром она прогуливалась по саду. С корзинкой в руках, в украшенной лентами шляпке, защищавшей лицо от солнца, она бродила меж деревьев, и шаловливый ветерок озорно приподнимал юбку ее легкого платья. Вдруг на балконе башни она увидела Джереми. Он стоял и смотрел на нее.
Эннабел помахала ему рукой. Увидев ответный жест кузена, девушка, подобрав подол платья и придерживая шляпку, побежала к башне. Быстро поднявшись по лестнице, она, задыхаясь, выпалила:
– Я собрала их для тебя.
И протянула Джереми корзинку с пионами и розами.
– А я написал это для тебя.
Джереми взял лист бумаги и прочитал название. «Изабелле, в ее саду».
Почти в оцепенении Эннабел читала стихотворение, с которого началось ее приключение.
– О, Джереми, это прекрасно! Надеюсь, ты покажешь его Китсу?
– Уже показывал. Сразу после твоего ухода в тот вечер, когда мы приезжали к нему на чай. Джон пошутил, что я подражаю ему в некоторых местах, но я видел, что стихотворение ему понравилось. Китс сделал несколько пометок, видишь? Обычно я не подписываю свои стихотворения из-за суеверия, но для тебя решил поставить свое имя. Прими это в подарок от любящего кузена.
Эннабел затаила дыхание, увидев тонкий небрежный почерк, которому суждено пережить столетия.
– Можно я возьму его?
– Чуть позже, если не возражаешь. Я должен сделать копию, тогда и возьмешь.
«Нельзя вторгаться в будущее!» – напомнила себе Эннабел и не стала настаивать, несмотря на то, что ей очень хотелось иметь оригинал. Если события будут развиваться должным образом, то рукопись с пометками Китса окажется под камнем в башне. Но когда это произойдет?
– Джереми, я очень тронута. Благодарю тебя. Только не показывай стихи лорду Шеффилду. Боюсь, он не одобрит твоей сентиментальности… особенно по отношению ко мне.
– Тримейн читал их. Он только что был здесь. Мы видели, как ты бродила по саду. Должен сказать, это было великолепное зрелище. Когда я пытался заговорить с братом, он даже не слышал меня. Думаю, Трей просто очарован тобой, дорогая.
– Я бы этого не сказала. Он рассказывал тебе о вечере, который мы провели в Лондоне?
– О вашем ужине у мадам Лотты? Да, и должен признаться, я был просто шокирован выбором места. Не понимаю, зачем Тримейн привел тебя туда?
– Значит, это не очень респектабельное место, – сказала Эннабел.
«Так я и думала!» – сердито добавила она про себя.
– Респектабельное? – Джереми рассмеялся. – Ха! Скорее наоборот. Женатые мужчины приводят туда своих любовниц или менее уважаемых подружек для тайных свиданий. Я отчитал брата за то, что он повез тебя в это заведение. Он ответил, что хотел немного познакомить тебя с изнанкой столичной жизни. Ты ведь говорила, что хочешь побольше узнать о Лондоне.
– Я думаю, он повез меня туда, чтобы… – Эннабел не могла договорить.
Ей не хотелось впутывать Джереми в их отношения с Тримейном.
– Скажи, дорогая, ты случайно не встретилась там с Лансфордом? Когда я вернулся в «Чаринг-Кросс», хозяин гостиницы сказал, что кто-то пытался выяснить, куда вы с Тримейном отправились ужинать. Я подумал, что это связано с мерзавцем Лансфордом. Наверняка, он не остановится после первой попытки и будет снова приставать к тебе, как тогда в гостинице.
– Нет, я не видела никого из знакомых, хотя… – Эннабел вспомнила, как хозяйка заведения на Мэнсон-Хаус-стрит пыталась сделать вид, будто они уже знакомы.
«Джереми не должен знать об этом и беспокоиться за меня, – решила девушка. – Я почти не обращала внимания на посетителей».
– Джереми, Тримейн больше ничего не рассказывал о том вечере?
– Видишь ли, мне показалось, что ему не хотелось говорить об этом. Изабелла, ты не заметила, что после нашей поездки в Лондон Трей стал вести себя несколько необычно? Когда я рассказал ему о твоей нелепой встрече с Лансфордом, он не проронил ни слова. Я был уверен, что наглость этого мерзавца взбесит брата не меньше, чем меня, – Трей только стал еще угрюмее, чем прежде.
И все-таки Тримейн высказал свое мнение по поводу этой встречи. Джереми прекрасно помнил об этом. Именно поэтому он и помахал Эннабел, когда увидел ее в саду.
– Лансфорд никогда не станет жертвовать деньги на такое несерьезное дело, как «Фонд выдающихся актеров», – сказал Тримейн. – И он не стал бы появляться с Изабеллой на публике, если бы сомневался в том, что она окажется сговорчивой и послушной.
– Трей, черт побери, к чему ты клонишь? Изабелла не могла встречаться с Лансфордом раньше. Кроме того, она сама рассказала об этом странном свидании и была озадачена точно так же, как я сейчас удивлен твоими подозрениями.
– Разумеется, Изабелла рассказала о своем свидании с Лансфордом. Ведь она знала, что встреча с одним из наших смертельных врагов покажется тебе странной. Когда я узнаю все наверняка, я не буду таким подозрительным! – загадочно прошептал Трей.
