Последующий за этим выстрелом шквальный огонь установленных на рекоптер автоматических пушек стал жесточайшим испытанием для всей ударной группы.
Машина, скрытая от людских глаз продвинутым контуром преломления, сбросила с себя маскировку и чёрным ангелом смерти пронеслась над головами отряда. Гранатомётный расчёт огрызнулся выстрелом, но был немедленно перемолот ответным огнём.
Тоннель затопил зелёный свет сканнера.
Рекоптер, с гулом работающих на износ гравитационных крыльев, развернулся на месте и продолжая стрелять высадил десант. Корпоратов было всего двое, но именно эти двое едва не довершили разгром безопасников.
Оба выпрыгнули из распахнувшихся бортовых створок и без особых проблем приземлились среди людей. Первый, смял своим тяжёлым кибернетическим телом металлический поручень и ворвался на второй ярус тоннеля. Второй — чёрным, гибким коршуном, упал вниз и немедленно растворился, игнорируя военные комплексы визуальной фильтрации и контурные прицелы.
Именно в этот миг тоннельная переборка дрогнула и стала закрываться, а в аварийном модуле управления прозвучал взрыв.
Это «Красный», ничего не зная о численности противника и отталкиваясь от того, что за одной боевой машиной на прорыв могут последовать другие, принял решение заблокировать низинную улицу безвозвратно. Лишая войска корпорации возможности быстрого прорыва к границам общины.
Агент ОВБ, лейтенант, носящий системное имя «Скельт» не знал, что всех собирателей плоти, задействованных в огневом контакте, он уже видел. Новым взяться было неоткуда, рекоптер был единственной боевой машиной корпорации A.R.G.E.N.T.U.M. в этом районе города.
Собиратели плоти реагировали на изменение ситуации практически молниеносно. Приказ об ликвидации и захвате, немедленно сменился командой к экстренному отходу. Оставаться в незнакомой, возможно тупиковой ветке низинного города, корпораты не решились.
Рекоптер рванулся наперерез аварийной переборке и ему вслед ударили лучи плазмы. Первый уткнулся в потолок и выбив бетонную крошку породил волну пламени, осыпавшуюся на рельсы дождём опаляющих искр. Но два других — достигли цели.
Чёрная махина, прямо на лету обернулась огромным огненным шаром. Это плазма, покрыв собой энергетический, без конца мерцающий от перегрузки щит, окружила рекоптер непроницаемым куполом.
Человек не успел бы принять решение за долю секунды. Просчитать траекторию сближения с переборкой и варианты развития событий. Но собиратель плоти, сидящий за штурвалом — смог. Его синтетический мозг, подключённый многочисленными портами к оперативной памяти машины, выдал решение моментально.
Рекоптер дёрнулся, задел краем защиты переборку сбрасывая с себя и щит и налипшую на него плазму. А еще через секунду, виртуозным манёвром укрыл уязвимую тушу воздушной машины за постепенно закрывающимся аварийным шлюзом.
Вслед летательному аппарату ударила пулемётная очередь, без всякого толку выбила искры о переборку и заглохла. Бойцы на перронах и парамагнитной ветке понесли тяжёлые потери, не реагируя на команды бросились в рассыпную спасая свои тела и стреляя куда попало. Но были и те, кто сохранил способность к действиям. Вот только помогло им это не сильно.
Под грохот множества очередей боец корпорации в силовом костюме промчался по верзнему ярусу сея вокруг себя разрушение.
Пулемётный расчёт даже не понял откуда пришла смерть. Плазменная граната из нарукавного гранатомёта силового костюма и выпущенные из встроенной пушки пули, настигли их с секундной задержкой. Граната снесла щиты, а энергетические боеприпасы выбили мозги из хрупких человеческих голов.
Три пули — три трупа.
Автоматической огонь пехоты, открытый по несущемуся бугаю, не принёс результатов. Его энергетический щит был крепче и долговечней обычных пехотных. Ни одна пуля не проникла за его пределы и не ударила в сегментированную броню. Энергетические попадания разукрасили весь ярус блеклыми, искристыми вспышками.
Но вырвать жизнь из кибернетика так и не смогли.
Он совершил прыжок вниз, пролетел без малого три метра и приземлился на ноги. Компенсаторы нагрузки без труда справились с этим прыжком, икроножные механизмы не исчерпали и половины своей мощи, а имитатор гравитации, встроенный в силовой костюм, сделал несущественным влияние массы корпората на приземление.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Под военным комбинезоном специальных операций и силовым костюмом он был копией человека. Но оболочка являлась фикцией. Все внешние атрибуты были выплавлены из современной синтетики.
Укрывающиеся среди обломков, выжившие после налёта рекоптера пехотинцы, открыли огонь. Но собиратель плоти и не думал сражаться. Подобно пришедшему в ярость носорогу он рванулся к всё более и более сужающемуся выходу, не обращая внимания на ближайших стрелков и препятствия на своём пути. Он был настолько силён что врезавшись в груду камня размерами себе по грудь, раскидал её практически не замедлившись.
Но второй боец корпорации — действовал иначе.
С самых первых мгновений высадки он уклонился от боя. Невидимый для обычных средств визуального контроля собиратель плоти проскользнул к опорной колонне и по ней забрался наверх, к потолку. Контролируя сразу три дистанционные, аэродинамические камеры, он держал под пристальным контролем всё поле боя и сливал информацию в координационный блок группы.
Именно благодаря его работе, корпорат в силовой броне так легко и быстро зачистил пулемётный расчёт. Не поступи приказ к отступлению, следующими его целями стали бы снайперы и командир отряда.
Как только рекоптер выскользнул за переборку, а силовик в броне помчался к выходу, наблюдатель свернул свою деятельность. Упал вниз, на перрон и погрузив два кистевых клинка в попавшихся на его пути стрелков, бросился наутёк.
Мясорубка у переборки не заняла и двух минут.
* * *
— Успели мать его за ногу! Чуть не прихлопнуло к чёрту!
За нашими спинами с грохотом встала на место аварийная переборка. Находясь внутри технической ячейки, мы с тревогой прислушались к звукам наверху.
Кажется, больше не стреляют?
Волк выглядел так, что краше в гроб кладут. Лицо разбито, весь грязный как чёрт в крови и потрёпан до усрачки. Хорошо, что я себя со стороны не вижу, наверняка мой видок не лучше. Но одно было хорошо, снайпер был прав — больше не стреляли.
Скрываясь из тоннеля в техническую зоне мы приняли правильное решение. То что мы увидели прежде чем скрыться, не пожелаешь даже врагу.
— Нужно выбираться, может кому помощь нужна.
В отличии от собирателей плоти мы понятия не имели, что кроме нас в тоннеле кто-то есть. Карты открылись лишь тогда, когда чудовищная машина, висящая невидимой едва ли не в полусотне метров от нас, рванулась вперёд, открывая огонь из всех орудий.
А с перепугу не пальнут?
Берясь за поворотный механизм люка, я прокряхтел:
— Главное, чтобы осталось кому… мля!
Механизм едва поддался. Сказывалось долгое отсутствие технического обслуживания.
Открыв люк и аккуратно шагнув в тоннель, я охренел от открывшейся мне картины. В воздухе поселилась густая дымная взвесь. Где-то над нами, на перроне, стонал раненный и матерились люди. С потолка редкой капелью срывалась плазма. На втором ярусе противоположного перрона вовсю занимался пожар.
Под подошву попало что-то мягкое и отступив в сторону я увидел часть человеческого лица. Пришлось срывать с себя маску и блевать прямо там, где стоял. Волк вышел следом и остановился возле меня, положив на моё плечо руку.
Бойцы не обратили на нас внимания, ибо все выжившие по эту сторону переборки выглядели одинаково.
Как люди, которых опалило войной.
Покрытые копотью и пылью, выжившие бойцы оказывали первую помощь раненным и приходили в себя. Современный бой, да ещё и с таким противником проносится перед глазами молниеносно. Всё свистит, трещит, грохочет, постоянно затемняет визоры вспышками и опаляя горячим воздухом, бросает в забрало тучи мелких камушков и прочего мусора.
