"Специализация — пути "касо" и "ува", воздействия на тело"
"Специалист по изменению тел, посредством дзинтаев касо? Но ведь они работают напрямую по нервной системе и мозгу. Дзинтаи пути "ува" тут как раз очень уместны — возможности тела с их помощью можно подстегнуть даже слишком хорошо. "Родзин" использует внутренние резервы тела и для изменения не подходит — слишком затратно и опасно"
"Всего научных работ: 21. Всего работ "только для внутреннего круга": 21"
"Очень интересно. Ни одной научной работы для публичного ознакомления. Только для Внутреннего Круга. Значит, занимался чем-то очень важным для Дзэнсина"
Кроме этого краткого, фактически мизерного отчёта, ничего найти не удалось. Йору совсем собрался было возвращаться, но его взгляд упал на небольшой кармашек, на внутренней стороне обложки личного дела. Там содержалась небольшая книжечка, вроде записной.
"Отметки о рабочих командировках".
Не торопясь, Когаку взял блокнотик в руки и открыл его.
Стационарный "светляк", установленный в десяти метрах позади, мигнул и погас. Такое случалось, особенно в непопулярных секциях архива, когда служители забывали вовремя заменить жидкость. Йору не обратил особого внимания на это, обернулся, пожал плечами и хотел возобновить изучение "Отметок".
Внезапно второй стационарный "светляк", уже в десяти метрах впереди, аналогично первому погас. Юноша поёжился, между лопаток пробежал лёгкий холодок.
И тут началось. Все "светляки", разбросанные по коридору стали гаснуть один за другим. Тьма, таившаяся до этого в закутках подземелья, под стеллажами и полками, хлынула со всех сторон. Вскоре блондин остался на крошечном пятачке бледно-голубого света, который давал его переносной "светлячок".
Йору не был трусом. Но умел грамотно оценивать ситуацию. Архивариусы не могли забыть поменять все светляки. Даже если бы такая фантастическая оплошность произошла — все источники света погаснуть одновременно не имели никаких шансов.
Откуда-то потянуло холодом. Настоящим холодом подземных пещер. Адепт почувствовал, как по коже побежали мурашки. Торопливо захлопнув книжицу он начал медленно продвигаться к выходу.
Тишина и темнота наваливались со всех сторон. Блондину казалось, что эти две сущности сгустились вокруг настолько, что можно их потрогать. Его шаги эхом отражались от каменного пола, потолка. Ударялись о каменные же стены и возвращались оглушающим в тишине грохотом.
"Только не паниковать. Только не бежать". Интуитивно Когаку откуда-то знал — если он побежит — случится что-то совсем плохое.
Внезапно юноша понял, что в этой темноте он не один. Что-то или кто-то, оставаясь за пределом освещённого круга жадно разглядывало подростка. Оно пялилось ему в спину, тяжело, пристально.
Не меняя скорости передвижения, адепт одной рукой сложил дзинтай. Ци забурлила в венах, готовясь сорваться с пальцев по малейшему приказу. Глубокий вдох, пара шагов. Взгляд никуда не исчезал.
Йору крутнулся на пятке, выбрасывая левую руку вперёд и выкрикивая активирующее слово. Весь фокус дзинтаев "одной руки" в том, что они требовали вербальной составляющей.
Коридор озарился вспышкой рукотворной молнии, совершенно беззвучной. Но на месте предполагаемого врага никого не было. Пусто. А вот взгляд снова впился в спину, но уже с другой стороны.
"Паранойя. Я слишком взволнован" — констатировал про себя Когаку. "Надо успокоиться". Не прекращая медленного движения вперёд, теперь пятясь к предполагаемому выходу, Йору начал делать дыхательную гимнастику, призванную вернуть ясность мыслям и твёрдость рукам.
Словно в ответ из темноты раздалось издевательское шипение. Со всех сторон сразу, многоголосое, монотонное и от этого леденящее кровь.
"Не бежать! Не бежать!" — внутренний голос просто заходился, захлёбывался этим криком.
Только чудовищным усилием воли юноша сохранил прежний темп движения. Шипение, словно заметив, из издевательского стало злым и нетерпеливым.
"Где этот чёртов выход! Я иду к нему уже целую вечность! Главное, чтобы…"
Додумать подросток не успел. "Светлячок" в руке, поднятой над головой, мигнул и погас.
В тот же момент волна холода и страха с головой накрыла Когаку. Дыхание перехватило. Теперь чьё-то присутствие было совершенно явным. Взгляд, буравивший спину исчез, но стало только хуже. Казалось, тьма жадно разглядывает адепта тысячами глаз, от которых никуда не скрыться.
Шипение разом утихло. Над ухом раздался издевательский смешок. Тело будто молнией ударило. Молча, не издав ни вскрика, Йору бросился бежать.
Скрывающееся во тьме, только того и ждало. Клацанье когтей по каменному полу и довольное уханье.
Оно преследовало его, упиваясь страхом. "Где, где, где этот выход?! Где свет на перекрёстках?!?!ГДЕ?!".
В полной, совершенной темноте Йору налетел на что-то. Возможно, это случилась лестница, приставленная к одному из стеллажей. Неважно. Едва не кувыркнувшись через голову, адепт со всего маху приложился о каменный пол. Из глаз посыпались искры.
Клацанье когтей остановилось. Когаку с трудом поднялся, помотав гудящей головой. Темнота перед глазами расцвела радужными вспышками.
То, что скрывалось во тьме, тяжело переступило с ноги на ногу и снова зашипело.
* * *
Поиски на втором подземном этаже Амидо разочаровали. Много, много скучных перечней, реестров, отчётов инвентаризаций. После двух часов блуждания по каменным залам и перелистывания десятков страниц, Талахаси точно знал:
— в Дзэнсине и окрестностях работает 10 крупных, 12 средних и около двух десятков мелких лабораторий, как частных, принадлежащих непосредственно тому или иному магистру, так и Внутреннего Круга.
— за последний год лаборатории потребили множество расходных материалов, провели сотни экспериментов.
— оборудование в лабораториях ломается часто. Особенно часто — в тех, что находятся на балансе вольного города.
И всё. Ничего, что привлекло бы к себе внимание. Ничего, что хоть как-то выделялось из потока оборудования и расходников. Никаких особых устройств не ввозилось, не покупалось и не передавалось в собственность.
С удивлением адепт обнаружил, что на балансе клана Кэйран значатся сразу три исследовательских мастерских. Общеклановая, самая большая и потребляющая львиную долю всех заказов. Лаборатория Кэйран Аки, вторая по величине. Отчёты которые касались этого объекта Талахаси только что не обнюхал. Совершенно заурядная мастерская, если не считать большого потребления органических и минеральных удобрений. Видимо, магистр работала над увеличением урожайности — все знали, благосостояние клана Кэйран зиждилось на солидном экспорте различного растительного сырья и продуктов. Третьим исследовательским объектом значилась "мастерская казначейства", руководил ей Кэйран Ицуго, отец Хаша. Объёмы поставок сырья и оборудования относительно невелики, но цены впечатляли. В основном там трудились над редкими сплавами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
