что всё тихо и спокойно вокруг. Девушка из своей комнаты не выходила, из окна выпрыгнуть не пыталась и поднос с едой, который ей отнесла служанка, покорно приняла, а значит, мне можно было хоть немного передохнуть.
Глава 28. Адель
Из окна увидела, как по территории вокруг дома Рамиля туда-сюда шатаются оборотни в спецодежде. Это означало, что я здесь больше не одна, и стоило радоваться ли мне этому или же нет. Мужчина во время близости не счел нужным быть аккуратным с моей одеждой, поэтому мне пришлось выбросить ее. В шкафу у Рамиля я отыскала плотную коричневую рубашку, которая мне вполне заменила платье. Носить его вещи оказалось приятно, потому что, несмотря на то, что они выстираны и выглажены, я всё равно улавливала на них запах мужчины, и от этого становилось как-то спокойнее на душе. Решила, что когда мне привезут одежду, я все равно припрячу парочку футболок и рубашек, чтобы тайком утыкаться в них носом и страдать.
Да уж… настрой так себе, если честно. Ну, выбирать мне не приходится.
Выходить из комнаты желания не было, но желудок скручивался болезненными спазмами, требуя пищи. Поразмыслив, решила, что лучше умереть от голода, чем оказаться в лапах грамил, что расхаживают внизу. Им, конечно, ничего не мешает прийти за мной и сюда, но пока этого не произошло, и провоцировать их на подобные действия я не хотела.
Стук в дверь заставил меня вздрогнуть, но я сразу уловила аромат тушеного мяса и свежеиспечённого хлеба. Ведомая своим обонянием, подошла к двери и открыла замок. В комнату вошла небольшого росточка девчушка с двумя светло-русыми косичками на плечах.
– Добрый вечер, мисс. Меня зовут Жанна. Я принесла Вам ужин, – с широкой улыбкой сказала девушка, а у меня кажется, слюни уже по подбородку текли.
– Спасибо, Жанна, – выхватила поднос и оттащила его к столику рядом с кроватью, чтобы, наконец, вкусить это великолепие. – И давай без этих всяких «мисс», просто Адель, – добавила, уже запихивая кусочек хлеба в рот.
– Как Вам будет угодно, – раздалось за моей спиной, но я пока к сожалению не могла уделить внимание знакомству с обитателями этого дома.
Такое чувство, что я не ела несколько недель. В доме отца мне зачастую кусок в горло не лез из-за постоянных стычек с Алевтиной, так и казалось, что эта гадина меня отравит в один прекрасный момент, а здесь не было переживаний на этот счет.
– Я пойду? – спросила Жанна, продолжая мяться в проходе, а мне честно не хотелось больше сидеть одной.
Эта девушка показалась мне вполне открытой и добродушной, хотя может она просто не знала, кто именно перед ней…
– Нет, прошу, если не сильно занята, то останься. Извини, что говорю и ем одновременно, но еда выше всех похвал, я прямо язык готова проглотить!
– Да, Рамиль Ильдарович переманил Гошу из одного известного ресторана в городе. Раньше персонал пару раз в неделю тут появлялся, чтобы дом в порядок привести, а теперь вот на пмж сюда. Столько народу вокруг, чувствую себя в пчелином улье! – тараторила Жанна, пока я уплетала всё, что она мне принесла.
– Ну, уж простите, что из-за меня у вас прибавилось работы, – виновато пожала плечами, мысленно ругая этого упертого волка.
Вот спрашивается, зачем нагнал сюда табун слуг?!
– Что Вы, Адель! Мы с Марьяшей так рады, что теперь нам не придется мыкаться по разным подработкам. Родителей у нас нет, и деньги очень нужны, а Рамиль Ильдарович хороший хозяин и платит достойно. Знаете ведь, как тяжело молодым сироткам в нынешнем обществе…
– Кто такая Марьяша? – спросила не из-за обычного любопытства, а потому что, откровенно говоря, присутствие других волчиц на этой территории меня очень сильно напрягало.
– Марьяша? – заливисто расхохоталась Жанна, будто я обязана была знать ответ на этот вопрос. – Так это сестра моя младшая. Вы не волнуетесь только, мы девушки шустрые и работы не боимся. Вмиг эту домину в божеский вид приводим. Языками не чешем, в общем, без толку.
Жанна деловито задрала нос кверху, а я, не сдержавшись, начала смеяться. И почему в доме отца не было ни одной такой служанки?! Мне определённо бы легче жилось, имей я такую собеседницу.
– Я не волнуюсь. Только я не высокородная волчица, чтобы целыми днями на постельке шёлковой валяться. Завтра утром разбуди меня и принеси униформу, я помогу тебе и Марьяше с уборкой, заодно и осмотрюсь, что тут и где.
– Адель… Глеб Леонидович будет очень недоволен. У него четкие указания касаемо Вас и… – глаза у Жанны испуганно округлились, и она подскочила на ноги, нервно теребя краешек белого фартучка.
– А это еще кто такой?
– Глеб – это помощник Рамиля Ильдаровича, он сейчас тоже здесь.
– И какие же у него указания касаемо меня? Держать меня в комнате, как зверюшку в клетке, кормить и дрессировать к приходу хозяина?!
Вот ведь гад! Жаль всю свою стаю сюда не притащил вместе со старейшинами!
– Мисс, я не знаю. Только помогать нам Вам запрещено, – глаза Жанны округлились еще сильнее и стали похожи на блюдца.
Девушка, вероятно, не привыкла к тому, что молодые волчицы, пребывающие «в гостях» у хозяина, рвутся мыть полы и чем-то недовольны.
– Я буду делать то, что захочу. Можешь так и передать этому Глебу или самому Рамилю Ильдаровичу, будь он неладен!
Жанна быстро отвесила мне поклон и пулей вылетела в коридор, закрыв за собой дверь. Не хотела обижать ни в чем неповинную девушку, но сдержаться не смогла.
Ладно, посмотрим ещё. Завтра утром пойду на экскурсию по дому, если конечно Господин Рамиль Ильдарович не заявится и не потащит меня в постель, чтобы умаслить свое эго.
Засыпала естественно с мыслями о Сигитове младшем. Не хотела признавать, что скучала, но я, черт возьми, скучала! Постель казалась неудобной и холодной без него. Злобный внутренний голос нашептывал о том, что мужчина сейчас отлично проводит время в компании других девушек или даже с Кариной, и сердечко плакало от этого, не желая верить.
Ночью мне снился очень странный сон, будто я в ипостаси волчицы бежала по лесу, а за мной гнался огромный черный зверь неизвестного происхождения. Мне бы испугаться и пуститься со всех лап прочь, но я игриво виляла хвостом и позволяла зверю себя догнать. Это был волк. Его черных мех блестел на солнце, и я утыкалась в него носом, узнавая родной запах. Мы кувыркались на траве, то облизывая, то покусывая
