— Ой!
Тодзи тоже схватился за голову.
— Проклятье! Где аспирин?
— И у тебя? — удивился Кенсуке сквозь боль. — Откуда мне знать? Это твой дом!
— Я не помню, где батя хранит его.
Боль постепенно начала стихать. Кенсуке осторожно повертел головой.
— И что это БЫЛО?
— Крыша едет от домашней работы.
— Наверное.
* * *
Синдзи оттолкнулся от стенки бассейна, стараясь сделать это как можно лучше. Аска снова обогнала его. Конечно, она плавала лучше, но Синдзи не сдавался. Он старался из всех сил, удивляясь, почему ему так важно победить. Обычно он не сильно напрягался и никогда не выкладывался полностью, но сейчас…он чувствовал, ему нужна победа.
Внезапно он услышал крик. Женщина кричала в агонии. Слов нельзя было разобрать, одни бессвязные крики. Голос то срывался на визг, то падал до еле слышимого бормотания. Синдзи как будто налетел на невидимую стену. Он забарахтался и с головой ушел под воду. От этого крик сделался еще хуже.
Его тело непроизвольно попыталось скрутиться в шар, но он не позволил, стараясь удержаться на поверхности воды. При каждом вопле он чувствовал, как ледяные иглы впиваются в его разум. Он видел, как Аска схватилась руками за свою голову, затем его сознание угасло, пытаясь убежать от этих криков и боли.
"Это плохо", — была последняя мысль Синдзи, прежде чем его поглотила тьма.
* * *
Гендо сидел за столом, сжав свою голову руками и закрыв глаза. "Плохо", — подумал он, открыв глаза и потерев виски. Открыв ящик стола, он достал несколько таблеток аспирина. Когда боль утихла, Гендо протянул руку к телефону.
Пора сделать звонок, который не доставит удовольствия его получателю.
* * *
Принц Синдзи приклонил колено перед своим отцом — королем Гендо, правителем Токио-3. Гендо сидел на огромном троне, сделанном из базальта и оникса. Его пальцы, затянутые в перчатки, соединенные в форме треугольника, касались друг друга.
— Ты хорошо потрудился, выполнив все двенадцать заданий, — раздался его голос. — Тебя ждет великая награда. Но прежде чем ты получишь ее, тебе предстоит выполнить последнее задание.
Мисато, Рицуко, Аска, Кадзи, Майя, Макото, Тодзи и Кенсуке стояли по одну из сторон трона, облаченные в белые тоги.
— И что это за награда? — спросили они хором.
— Самая великая награда, которую может пожелать смертный. Ты станешь богом.
Глаза Синдзи ярко вспыхнули.
— Богом?
— Богом? — повторил хор голосов.
— Богом, — подтвердил Гендо. — Но последнее задание самое тяжелое из всех, — он замолчал, глядя на Синдзи. — Ты готов?
— Да.
В обычной жизни он, скорее всего, посчитал все происходящее шуткой, но сейчас он спал, а во сне он всегда действовал не так как в обычной жизни.
— Ты должен перенести вещи принцессы Аски в ее новую комнату, без помощи других людей. Срок — до заката.
Солнце клонилось к горизонту. Принц Синдзи хрипло дышал и был весь мокрый от пота. Это задание казалось не выполнимо. У Аски было миллионы коробок, набитых одеждой и любовными романами. Когда он уже собирался сдаться, из-за угла появился Пен-Пен.
— Я могу помочь тебе, но не бесплатно.
Так как все происходило во сне, Синдзи было все равно.
— Я заплачу любую цену, когда стану богом!
— Когда ты станешь богом, возьми меня с собой, и я стану богом пингвинов.
— Согласен.
Пен-Пен хлопнул плавниками, и полчища пингвинов появилось со всех сторон, вмиг расхватав все коробки.
Снова Синдзи стоял перед королем.
— Я выполнил все, о чем ты просил. Теперь я прошу сделать меня богом.
— Рицуко, проводи его к чану рождения.
Рицуко поманила Синдзи за собой, в то время как остальные хором говорили.
— Чан рождения? Так вот в чем секрет!
Рицуко вела Синдзи по казавшейся ему бесконечной спиральной лестнице. Он спускался за ней все глубже и глубже в темноту. Постепенно лестница становилась более грубой и необработанной, на стенах появились следы сырости.
Вскоре электрическое освещение сменилось газовым, а затем газовые фонари уступили место обычным факелам. Потом исчезли и факелы. Теперь слабый свет давал только фосфоресцирующий мох, висевший на стенах или расположившийся по углам ступенек лестницы. За Синдзи следовал хор, напевая что-то гортанно и мрачно.
Наконец они добрались до арки, вырубленной из целой скалы. Ее украшали грубые руны. Пройдя под ней, они вышли к огромному, бурлящему подземному морю — необъятному пульсирующему морю LCL. Временами оно формировало усы и завитки, которые устремлялись вверх, а затем беззвучно падали вниз.
— Великий чан рождения, — сказала Рицуко.
— Великий чан рождения, — повторил хор взволнованно. — Где человек станет богом.
— Мне не нравится, — сказал Синдзи, отступая к арке.
Хор окружил его, не давая скрыться под аркой, и не переставая повторять:
"Где человек станет богом".
— Отпустите меня!
Грубые пальцы сорвали с него одежду. Подняв его над собой на вытянутых руках, хор побежал к озеру, рыча что-то невразумительное. Рицуко, подняв руки, кричала и пела во весь голос.
— Придите, Лорды Внешнего царства! Придите и примите его в свои ряды.
С криком, голое тело упало в озеро. На мгновение озеро вздыбилось, принимая его в свои объятия. LCL хлынуло в его глотку, проникло через поры в коже.
Оно постепенно съедало его, заменяя собой. Наконец оно поглотило его без остатка. Он стал LCL, а оно было им. Черная жидкость сменилась пустотой, которая была заполнена множеством идиотски выглядевших созданий, походивших на лягушек с щупальцами, которые скакали и танцевали для человека, попавшего в великий круг. Позади Синдзи раздался звон. Остатки старого Синдзи чувствовали, как что-то ужасное появилось здесь. Но бог Синдзи повернулся и взглянул на своего господина. Громкий бессвязный вопль бездушной радости вырвался из его глотки.
Но в последнее мгновение, прежде чем он смог хорошенько рассмотреть его, пустота раскололась, и вспыхнул яркий свет.
И свет развеял тьму, пустоту, богов и сон.
* * *
Синдзи смотрел в лицо Рицуко.
— Что… что случилось?
— Ты чуть не утонул, — Рицуко мельком взглянула на Аску, которая стояла спиной к ним, внимательно разглядывая стены бассейна. — Хорошо, что Аска успела вовремя тебя вытащить. — Рицуко нахмурилась. — Почему ты не вылез из воды, если так устал, что потерял сознание?
— Потому что… я… ну…меня застали врасплох, и я потерял сознание. Кто-то кричал. Или что-то. А потом…
Брови Рицуко практически сошлись на переносице.
