— Но это же так легко! — испуганно пискнула девушка. — А стоит умереть ему, сразу же умру и я. Таково было его заклятье.
Беседуя таким образом, они скакали галопом по прохладным лесам и по дороге среди болот, а затем по широкой равнине.
Некоторое время спустя перед ними выросли ущелья Гиролуа, мрачные, серые, неровные скалы, подымающиеся ввысь из глубоких ущелий и образующие нависшие гранитные пики. Это была каменная пустыня, и лишь усыпанная мелкими камнями дорога давала понять, что где-то в таком мире мог существовать человек.
Подъехав к краю ущелья неподалеку от того места, где Кутар был оставлен разбойниками в качестве угощения для крыс, путешественники принялись напряженно всматриваться в зияющую бездну. Где-то неподалеку Торкал Мах наверняка и бросил тело мага.
Спешившись, Кутар принялся переходить от камня к камню, пристально глядя в трещины и провалы между ними, не оставляя своим вниманием и крохотной пещерки, в которой не поместился бы даже волк. Наконец варвар окликнул свою уже порядком потерявшую терпение спутницу.
— Он там, Стефания, я нашел его! Застрял в трещине примерно тридцатью футами ниже.
Девушка подбежала и встала на краю скалы, глядя как варвар свесился с края и принялся спускаться, тщательно нащупывая руками и ногами опоры. Добравшись до того места, которое едва не стало последним пристанищем мага Зоккванора, кумбериец уцепился за край ногами в мягких кожаных сапогах и, перегнувшись внутрь, осторожно извлек не подающее признаков жизни тело из хватки держащей его каменной щели.
Взвалив его на плечо, варвар направился обратно, туда, где его ждала Стефания и лошади. Но нелегкий груз, который за это время к тому же стал одеревенелым и негнущимся, мешал ему подняться наверх. Несмотря на все отвращение, которое вызывали у него чародеи, тем более мертвые, он взял сброшенную ему Стефанией веревку с седла и привязал мага к своей широкой спине.
Когда Кутар выбрался наконец на дорогу, девушка помогла ему избавиться от ноши и, отвязав веревки, опустить тело на землю.
Они с любопытством посмотрели на бледное как воск лицо, совершенно седую бороду и длинные волосы колдуна. Кутару маг казался мертвым и замерзшим, словно тот долгое время находился в толще ледника его родных северных краев. Стефания уставилась на колдуна широко раскрыв глаза, вспоминая наложенное им заклятье.
Внезапно кумбериец поднял руку, призывая свою спутницу к вниманию:
— Слушай!
Сперва она ничего не услышала. А затем до нее донесся издалека еле слышный стук копыт. Девушка обернулась, приложила ладонь козырьком ко лбу и посмотрела вдаль в ту строну, откуда прискакали они с варваром.
И в самом деле на горизонте виднелся всадник.
Он скакал на белом жеребце, своими длинными ногами пожиравших милю за милей, со скоростью, совершенно непостижимой для всякого существа из плоти и крови.
Вскоре они убедились, что их догадки очень близки к истине. Всадником, который догонял их на белом скакуне, завернувшись в пурпурно-золотой плащ, был никто иной как король Унус.
— Какой у него необычный конь, — изумленно протянула Стефания. — За считанные мгновения он покрывает целые мили!
— Должно быть, конь того же порядка, что и всадник, — буркнул Кутар. — Наколдован чародеями или подарен родителями-демонами. Сиди тихо, девушка, я сейчас узнаю, что ему надо.
Вынув из ножен Ледогнь, варвар не спеша вышел на дорогу.
Король Унус летел как вихрь; белый конь со всадником то выглядел смазанным пятном, то будто плыл в воздухе, сохраняя полную неподвижность и, казалось, даже не шевеля ногами. В то же время копыта оглушительно грохотали, эхом отдаваясь от горных склонов.
Белый конь остановился прямо перед ними. Король испытующе уставился своими красными глазами, переводя взгляд сперва не неподвижное тело мага, а затем на путешественников. Натянув узду, король спрыгнул со своего громадного скакуна, белого, под стать всаднику.
Кутар чуть шевельнул зажатым в руке заколдованным мечом. Солнечные блики заиграли на его стальном лезвии.
— Ты сделал мою работу вместо меня, Кутар. Благодарю.
— Зоккванор жив, Унус, — твердо ответил ему варвар. — И его жизнь находится под моей защитой.
— Глупец! Маг и девушка умрут здесь, сегодня. Я мог бы уничтожить вас всех, не покидая своего дворца, но все же проделал этот путь, чтобы ты мог спасти свою жалкую жизнь. Отойди же и не мешай мне творить свою волю.
Вместо ответа кумбериец бросился вперед, поднимая свой заколдованный меч, который подобно сверкающей молнии, устремился к бледному творению демонов. Острое лезвие Ледогня рассекло пурпурно-золотой плащ, разрезав держащую его завязку. Затрепетав в воздухе, пурпурно-красная ткань упала на землю, Унус отпрыгнул.
— Я тебя предупреждал, варвар. А теперь…
Подобно тому, что Кутар недавно наблюдал через хрустальный шар, красные глаза короля Унуса увеличились и запылали адским пламенем. В кумберийца ударил красный луч, расплескавшись вокруг него в виде огромного шара, внутри которого и стоял варвар. Стефания пронзительно закричала. Девушка ожидала, что с Кутаром сейчас произойдет то же самое, что с преступником, которого луч из этих красных глаз растворил заживо. Однако Кутару он не причинил ни малейшего вреда. Как ни в чем не бывало, кумбериец кинулся вперед и снова рубанул своим громадным мечом. Король Унус был уверен, что с варваром уже покончено. Он уже отворачивался от него, когда к своему изумлению заметил что противник жив и перешел в наступление. Защищаясь, он поднял руку, не то для того, чтобы сотворить какие-то чары, не то инстинктивно пытаясь загородиться. Лезвие Ледогня легко, будто сухую ветку, отсекло ее, перерубив ее чуть выше локтя.
Унус отшатнулся, издав возглас удивления и тревоги.
— Ты должен был погибнуть! Что за демон тебя защищает, Кутар из Кумберии?
Не удостаивая врага ответными словами, Кутар вновь бросился вперед, но теперь Унус понял, что имеет дело вовсе не с тем, кто беззащитен перед его демонической магией. Он стремительно отпрыгнул в сторону, избегнув удара. Хотя из обрубленной руки не показалось ни одной капельки крови, лицо короля исказилось от боли и ярости, а нежные на вид уста изрыгнули проклятия, достойные обитателя девяти преисподних.
Отбежав, Унус взмахнул единственной оставшейся рукой. Со стен ущелья в кумберийца полетели многочисленные камни и обломки скал. Один из них угодил прямо в Ледогнь, выбив его из руки Кутара. Второй ударил в самую середину широкой спины и отскочил от кольчуги. Третий чиркнул варвара по голове, прочертив кровоточащую борозду.
