— Сейчас ещё зарычи. Тебе не хватает только банданы до полного возвращения к образу Сивки, — не сдержался Заболотин, хмурясь и досадуя, что обернуть всё в шутку не удастся.
Сиф взъерошил себе волосы и с боевым видом встретил строгий взгляд полковника, прекрасно зная, что этот взгляд — последнее предупреждение и предложение одуматься. Но мальчик уже раздразнился и не собирался тормозить — и это помимо страха, требующего отвлечь Заболотина от загадочной персоны Тиля. Уйленшпигель, как же.
— Значит так, господин фельдфебель. Кругом марш и иди, проветрись, — прибегнул к крайнему средству старший офицер и, видя, что Сиф медлит, гаркнул: — Кр-ругом марш!
Там, где глас рассудка уже замолчал, одна надежда на рефлексы.
Сифу ничего не оставалось сделать, как проглотить всё, что вертелось на языке, развернуться и выйти в прихожую. Точнее, развернуться, выйти в прихожую и там уже промолчать — ноги вынесли его из комнаты прежде, чем голова это поняла.
…— Ну и куда идти? — спросил себе под нос мальчик. — Что-то делать надо.
Идти к Алёне? А смысл? Она в этой ситуации не советчик. Сунуться к Великому князю? Дело точно последнее. Краюхи отпадают — за подобную информацию они его в обе щеки расцелуют. И, чуть посовещавшись, выложат всё подчистую полковнику, как старшему по званию.
Не то, не то, не то… Навкино болото, нету советчиков, а что делать — даже не представляешь.
Советчиков…
Советников…
Ну а что, собственно? Когда не знаешь, куда идти, ломишься наобум.
В коридоре царила совершенная тишина. Сиф шагнул и замер, не услышав своего шага. Ковёр проглотил звук и даже не облизнулся. Стараясь не вслушиваться в эту неестественную тишину, Сиф дошёл до четвёртого занятого русской делегацией номера и вдавил кнопку звонка, с облегчением услышав негромкую трель.
— Чем могу быть полезен? — дверь открылась, и на пороге появился старик-советник. — О, господин фельдфебель! По делу? Да, проходите, проходите.
Словоохотливасть настолько контрастировала с обычной манерой поведения старика, что Сиф слегка затормозил, но решился и переступил порог.
— Идёмте, — ещё раз позвал советник, не обращая внимания на нерешительность гостя. Сиф послушно прошёл внутрь и свернул в спальню, которая более напоминала кабинет.
Старик прикрыл за ними дверь и сел в кресло, кивнул на второе. И замолчал, прикрыв глаза. Сиф сел и, в ожидании каких-то слов советника, принялся его разглядывать.
Раскосые глаза, жидкие седые волосы, на затылке блестящая лысина, похожая на католическую тонзуру, плоский нос и широкие скулы. Этакий Соловей-Разбойник на пенсии.
— Я слушаю, — вдруг произнёс старик, не открывая глаз.
— Мне нужен… совет, — неуверенно ответил Сиф и снова замолчал, тщательно сглатывая, поскольку горло внезапно пересохло.
— Ну что же, говорите, — чуть заметно кивнул старик и приоткрыл глаза. Сверкнули из-под век живым чёрным блеском зрачки.
И Сиф внезапно выпалил всё то, в чём боялся даже себе признаться:
— В покушении я подозреваю своего друга.
— Уверен? — помолчав, спросил Соловей-Разбойник словно бы издалека. Казалось, он почти полностью погружен глубоко в себя.
— Почти полностью… Да и он это косвенно… подтвердил.
— Но косвенно, — старки снова закрыл глаза, словно расстроившись. — А прямо спросить испугались?
— Да, — кивнул Сиф, хотя этот ответ дался с трудом.
— А зря. Друзей надо спрашивать сразу же и прямо, — строго сказал старик и вновь замолчал, замерев.
Сиф заёрзал в кресел и, когда молчание затянулось, сбивчиво попытался то ли объяснить, то ли оправдаться:
— Я… Мы увиделись с ним сегодня впервые. И вряд ли ещё увидимся, — и пристыжено опустил голову, стараясь скрыть краску. В кабинете царил полумрак, да и старик сидел с закрытыми глазами, но всё равно мальчику показалось, что советник видит всё.
— А полковнику своему сказать не хотите, потому что боитесь за друга, — тем временем не спросил, а констатировал Соловей-Разбойник.
Сиф принялся разглядывать вычурный узор на ковре, понимая, что ответа даже не требуется. Ромбик, ромбик, какие-то непонятные вьюны-цветы, похожие на сказочные фигуры: петуха с ослиной головой, лопоухую собаку, глазастого зверька вроде обезьянки…
— Спрашивается, что же делать господину фельдфебелю, которого мучают совесть, потому что он утаивает важное от своего полковника, и, в то же время, страх за судьбу друга… Хм… И силён страх?
— Тиль… наркоман. В детстве бандитствовал. И сейчас он… — мальчик замолчал, осознав, что сболтнул лишнее. Он не планировал называть имя.
Впрочем, этот проницательный старик сам бы догадался.
— Но тебя гораздо больше беспокоит именно главное — покушение.
— Именно, — не стал отпираться Сиф.
— Это похвально, что ты не хочешь сдавать друга, — медленно произнёс Соловей-Разбойник, затем открыл глаза, и Сиф поёжился под строгим взглядом: — Но и скрывать важное нельзя.
— Я всё равно не скажу, — упрямо дёрнул головой мальчик, вкладывая в эти слова всё своё упрямство. Не подведёт, не предаст. Даже если для этого придётся врать… командиру.
Старик что-то совсем не торопился отвечать, только медленно кивнул, но Сиф подумал, что кивнул советник скорее каким-то своим мыслям. Прошло несколько минут, и мальчик начал терять терпение. Казалось, разговор уже никогда не продолжится: тишина, полумрак, разгоняемый в углу неярким торшером, — в выходящее на север окно солнце не заглядывало — и таинственный узор на ковре… Стоило ли вообще сюда идти? Уверенность Сифа начали подгрызать червячки-сомнения. Чтобы окончательно не растеряться, юный офицер напомнил себе, что пришёл он сюда за советом, а без оного уходить просто глупо.
Нет, зачем он вообще сюда полез? Кто его просил? Больше всего Сифу сейчас хотелось плюнуть на происходящее, попрощаться и быстро уйти, убеждая себя, что и так сделал для Тиля всё возможное. Но даже от одной такой мысли Сиф уже чувствовал себя предателем, поэтому медлил и сидел, наблюдая за беспорядочным танцем тополиной моли вокруг лампы торшера. Тополей, насколько мальчик помнил, вокруг гостиницы не было, но моль это ни капли не смущало, знай себе прыгает, трепеща крылышками.
— Вы обещали совет, — с трудом порвав прочно охватившее комнату молчание, сказал Сиф.
Соловей-Разбойник приоткрыл глаза, оглядел мальчика и качнул головой:
— Вы, господин фельдфебель, невнимательны. Я уже дал вам этот совет, — и, словно потеряв интерес к происходящему, снова закрыл глаза.
На этот раз Сиф твёрдо решил не отступаться и тут же спросил:
— Какой?
Старик тяжело вздохнул:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
