«… И не лезь вперед, мало ли, где сидит снайпер», — прочитал по лицу полковника Сиф невысказанное. Довольный сменой темы, офицерик поднялся из-за стола и, вытянувшись, бодро отозвался:
— Так точно, ваше высокородие!
— Вольно, фельдфебель, — махнул рукой Заболотин, которому тоже стало гораздо комфортнее. — Садись.
Сиф сел обратно и спросил с хитринкой в голосе:
— А что говорить, если совсем будут требовать ответа?
Полковник возвёл глаза к потолку:
— И это мне тебя учить вежливо пожимать плечами и говорить, что подробностей знать не знаю, ведать не ведаю, маленьких докучать нехорошо?
Сиф рассмеялся, может, и слегка напряжённо, но вполне натурально. А про себя всё думал и думал о Тиле. Как его этот Леон нашёл? Почему именно его: случайно или намеренно? Что такого предложил, что Тиль согласился влезть во всё это дело? Ведь бывший Шакал не похож на того, кто просто так влезает в «политические движения»…
Интересно, как всё это было? Леон пришел к нему или позвонил? Или письмо прислал? Кто он такой, этот таинственный Леон? Как его зовут? Иметь бы имя — тогда можно попытаться что-то о нём узнать по каналам полковника, по данным, которые предоставляет ему местная СБ.
Имя… А знает ли это имя сам Тиль? Непохоже.
Нет, нужно ещё раз с ним поговорить. Если здесь замешан не только чистый энтузиазм, подкрепляемый убеждениями, то, может быть… Этот маленький шанс Сиф даже побоялся подробно рассматривать. Не хотел давать себе преждевременных надежд на то, что Тиля… быть может… можно вытащить оттуда, заставить выйти из игры, чтобы ему не грозили больше «проблемы» со стороны милиции!
Надо поговорить с Тилем. Надо разобраться во всём этом, чем скорее, тем лучше. Поможет ли в этом полковник?
Заболотин сидел к мальчику вполоборота, изредка поглядывая, и тоже о чём-то думал. Может, тоже о Тиле. Как показал прошлый разговор, иметь командира в противниках Сифу бессмысленно, но… Похоже, на этот раз снова придется оставить мысль о его помощи. Ему и без того хватит дел с охраной, и пока ещё ничего не ясно, не стоит его вмешивать. Сиф постарается разобраться сам — в конце концов, он же фельдфебель Лейб-гвардии! Для гвардейцев невозможного, как известно, нет. Даже если гвардейцу всего пятнадцать…
Замерев на этой пафосной ноте, Сиф даже расправил плечи, но тут же сник, когда ехидный внутренний голосок сделал вывод: «Сиф, шёл бы ты к навке на болото со своими безумными идеями… Ну, хорошо, подожди результатов и иди на болото уже с результатами».
Сиф, впрочем, с этим выводом был согласен, но отступать не намеревался. По крайней мере, пока не убедится, что ничего не выходит.
— Всё, закончили сверлить взглядом пространство, — неожиданно хлопнул ладонью по стоит Заболотин, и фарфоровая чашка подпрыгнула вместе с бесцеремонно выдернутым из глубин размышлений Сифом. Полковник резко встал, и Сиф, вняв привычке, немедленно поднялся следом.
— Переодевайся к ужину, — скомандовал Заболотин, одергивая рубашку. — Уже вовсю пора.
И точно, не успел юный фельдфебель застегнуть последнюю пуговицу на парадной белой рубашке, как кто-то, презирая звонок, заколотил в дверь.
— Пора ужинать, господа офицеры! — произнёс этот кто-то голосом Алёны, и Сиф отчего-то подлетел к зеркалу, пригладил волосы расчёской, заново раскидал их на правый пробор. За мальчишечьем отражением выросло ещё одно, хитро улыбающееся, и положило руки на плечи младшему. Сиф поднял голову и закатил глаза, чтобы взглянуть в глаза командиру:
— Что вы так улыбаетесь?
— Ничего. Просто раньше ты не уделял расчёске такого внимания, — всё с той же хитрой улыбкой ответил Заболотин. — Я ни на что не намекаю, ты не думай!
Сиф назло ему обратно взлохматил волосы и ужом проскользнул к двери. На раздавшийся вслед смех он постарался не обижаться.
В коридоре их уже поджидала Алёна, нетерпеливо постукивая каблуком по стене. Завидев обоих офицеров, она радостно всплеснула руками:
— Не прошло и трёх тысячелетий!
Сиф сделал вид, что его ужасно интересует форма плафона на стене, и устремил свой взгляд на него, но отчего-то плафон оказался в странной близости от головы Алёны. А соблазн поглядеть, какое выражение спряталось в почти чёрных цыганских глазах, был слишком велик, и как-то само собой получилось, что Сиф и Алёна оказались рядом.
— Ну что известно про этих, которые против нас? — спросила Алёна, теребя дырку-колечко в ухе. Мизинец в дырку не пролезал, и это Алёну, похоже, ужасно раздражало.
— Так, немного. Завтра опять с ними встретимся, — неохотно отозвался Сиф, подумав, что это не самая лучшая тема для общения с девушкой.
— Отвратительно, — сморщилась Алёна, будто откусила неспелого яблока. — Они совсем совесть потеряли.
— Они так не думают, — пожал плечами Сиф. Появился Великий князь в сопровождении неизменных братьев-охранников, незадолго до этого вышли и секретарь с советником — неизменно вдвоём. Оглядев скучающую толпу из пяти ожидающих его человек, Иосиф Кириллович возвел глаза к потолку и объявил:
— В следующий раз явлюсь первым и буду всех ждать. Для справедливости.
Все сразу же уставились куда-то в стороны, пряча улыбки.
Не прошло и минуты, как Алёна сумела втянуть Сифа в незамысловатый разговор ни о чём. Рассказы перемежались бесцеремонными расспросами, серьёзные выводы — шутками, и Сиф наконец-то отвлёкся от тяжёлых мыслей, позволив себе расслабиться и нести всякую чушь. На ужине молодые люди уселись рядом и, казалось, даже не вспоминали об остальных, хихикая над собственными глупыми шутками. Это было именно то, чего им обоим постоянно не хватало: отсутствие обязательств и причин взвешивать каждое слово.
О Тиле за весь ужин Сиф вспомнил лишь единожды: поймав на себе внимательный взгляд Одихмантьева. Чуть заметно кивнув пожилому советнику, Сиф вернулся к разговору с Алёной, понимая, что сию минуту для Тиля всё равно ничего не сделать. А значит, размышления можно пока отложить. Слишком уж тяжело…
Поэтому вспомнил он о Тиле во второй раз только поздно вечером, раскинувшись на кровати и глазея в потолок, где светилось расплывчато-прямоугольное пятно от светившего в окно фонаря. В голову не приходило ничего, кроме уже решённого: встретиться с Тилем ещё раз и расспросить его как следует. Должен же понимать художник, что Сиф пытается избавить его от довольно крупных проблем!
Ещё Сиф немножко, перед тем как заснуть, подумал об Алёне. Она была совсем не похожа на привычную Расточку с десятками расточек в волосах и заразительным смехом. Она была взрослой и становилась серьёзной гораздо чаще. Она… так глядела иногда на Великого князя, что Сиф завидовал и хотел одного: чтобы на него тоже кто-нибудь так взглянул!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
