которые начнутся в мае.
Когда съемки вот-вот должны были начаться, Мэтью понял, что должен что-то придумать, иначе это будет катастрофа.
Он был уверен, что, облажавшись в этом деле, Хелен, казалось бы, имеющая хорошие связи, не даст ему второго шанса.
Неважно, если он не может понять разницу в направлении школ актёрского мастерства, Мэтью верит в одно — белая кошка или черная, кто поймает мышь, тот хороший кот.
Мэтью позволил себе расслабиться, отбросив все свои беспорядочные мысли, его голова постепенно становилась пустой, как будто он один остался в этом мире.
«Начинайте!».
Голос зазвучал в его ушах, и глаза Мэтью мгновенно заострились, глядя прямо перед собой, а через несколько секунд он со всей силы поднял боевой молот в правой руке над головой, его рот, скрытый под бородой, открылся, огромные легкие выдавили весь воздух из груди, и в воздух поднялся рев, подобный реву бога войны.
«А-а-а!!!».
В это мгновение перед глазами Мэтью последовательно промелькнуло множество воспоминаний.
Во-первых, был не в меру жирный начальник, у которого образовалась задолженность, и он в ярости срывался на нем и его коллегах.
Затем, полицейские, которые избили его во время забастовки за зарплату, и его гневные крики в их адрес.
А позже — отчаяние, когда его бросили в тюрьму по обвинению в нарушении спокойствия.
Именно в этот момент Мэтью продемонстрировал все преимущества своего огромного объема легких, как будто у него были легкие буйвола, издав протяжный вой, похожий на боевой клич.
Под его влиянием сотни статистов позади него закричали гораздо громче, чем раньше, каждый из них издавал крик, который разносился далеко вокруг.
Хелен стояла на периферии площадки, пристально смотрела на Мэтью, который размахивал своим боевым молотом и издавал боевой вой, и слегка кивала головой, выглядя довольной.
«Он милый, правда ведь? И играет он превосходно». — говорила Аманда, подойдя к ней и не отрывая блестящих глаз от Мэтью.
«Неплохо». — Хелен ответила сухо: «Достаточно хороша для его роли».
Когда статист превратился в актера малого калибра, она не ожидала от него взрывной игры, но результат её удивил.
На съемочной площадке Мэтью перестал реветь, и боевой молот с тотемом тяжело упал на землю — сигнал, который был установлен ранее, и статисты позади него сразу же перестали кричать, хотя рокот криков продолжался еще некоторое время.
«Хорошо». — Ридли Скотт не остался недоволен и сразу же сказал: «Одна сцена закончена, готовьтесь к следующей».
Команда немедленно приступила к работе, камеры нужно было установить заново.
Мэтью почувствовал облегчение, похоже, он не так уж плохо играл, потребовалось всего два дубля, чтобы пройти.
«Перерыв!». — Ассистент режиссера закричал, и тут же прибежал гример.
«Я хочу воды». — Мэтью попросил пить.
Перед ним пролетел гример и протянул Мэтью чашку с соломинкой на случай, если он вдруг испортит макияж.
В этот момент Мэтью почувствовал себя так, как будто он стал настоящей звездой.
Но он прекрасно знал, что после съемок сцены для этой роли он будет снова статистом.
«Как он справился?». — Хелен спросила Ридли Скотта, немного взволнованная.
Дэвид Джуд Хейворт Лоу — британский актёр театра и кино. Наибольшую известность приобрёл после фильмов «Талантливый мистер Рипли», «Холодная гора», «Близость», а также «Шерлок Холмс»↩︎
Глава 25
Ридли Скотт, безусловно, является эталоном профессионала, и его слова были подстать ему: «Он знает, как использовать свой голос и свое тело».
Слова, произнесенные Ридли Скоттом, были относительно объективны: «Но исполнение поверхностно и далеко от идеала».
Хелен кивнула, слушая каждое его слово.
Ридли Скотт добавил: «Хотя и не скажу, что могу с уверенностью судить о его игре всего по одной сцене».
В отличие от статистов, которые сами находили себе место для отдыха, Мэтью, абсолютная звезда сцены, сидел в очень удобном кресле с высокой спинкой, а гример и помощник режиссера стояли напротив, внимательно изучая только что появившиеся складки на его лице, чтобы определить возможные проблемы с гримом на его лице.
Это был, пожалуй, самый комфортный отдых Мэтью за все дни его работы на съемочной площадке.
Во временной зоне отдыха, отведенной специально для актеров, были специальные закуски, чтобы он мог «подзаправиться», напитки, чтобы утолить жажду, а съемочная группа даже выделила ему временного помощника, чтобы он мог решать другие вопросы вне съемок.
Конечно, он был ограничен только этими несколькими сценами, и как только съемки заканчивались, все привилегии исчезали.
«Интересно, как они обходятся с Расселом Кроу?». — сейчас Мэтью был бы относительно свободен, скорее как крестьянин, обсуждающий в мыслях золотые носилки короля от скуки.
Подождав некоторое время, временный ассистент подошел и сообщил, что пора готовиться к следующей сцене.
Следующая сцена будет экшн-сценой, но единственным настоящим актером был Мэтью, и камера внимательно следила за ним.
Для подобных экшн-сцен либо снимаются каскадеры, либо актёры должны пройти период профессиональной подготовки.
Когда Мэтью прибыл в центр съемочной площадки, там уже находилась секция статистов, одетых в форму римских солдат, и статистов, играющих роль варваров, которые лежали на земле и служили фоном для съемки.
Помощник режиссёра, который до этого общался с Мэтью, подошел и дал последнее напутствие: «Не двигайся больше чем на метр из стороны в сторону».
«И еще, ты никогда не махал кувалдой?». — Он сказал: «Размахивайте молотком так, будто ты в реальном бою».
Мэтью кивнул.
Перед началом съемок он узнал от режиссера, что в «Гладиаторе» экшн-сцены будут реалистичными, основанными на силе, а не на броском стиле, который так распространен в Голливуде сегодня. В конце концов, он играет варвара, о каком умении можно говорить?
Он ничего не знал о кунг-фу или технике боя на мечах, но он участвовал во многих уличных драках и хорошо владел молотом, все же он работал на стройке и часто махал ею.
После ухода помощника, гример пришёл к нему, чтобы проверить, все ли в порядке с гримом Мэтью, прежде чем покинуть съемочную площадку.
Перед началом съемок Мэтью осмотрелся, для съемок использовалась только одна камера, установленная прямо напротив него.
Вскоре после этого начались съемки, и, услышав голос распорядителя съемок, Мэтью взмахнул своей кувалдой так, словно наносил горизонтальные удары по нескольким бетонным столбам, один слева, другой справа. Молот тотемной войны был сделан из смолы и весил всего пять или шесть фунтов, но в его руках он был как настоящий молот, с жужжанием ветра обрушиваясь на невидимых врагов.
Вокруг не было «противника», поэтому Мэтью мог бить только по воздуху,
