полках баночки и упаковки.
– Ди, – странным голосом прошептала Ниса, замирая в двух шагах от меня.
– М-м-м? – отозвалась я, роясь в имуществе соседки.
– Здесь кто-то есть, – напряженным шепотом закончила подруга.
Я обернулась.
Ниса стояла столбиком в двух шагах от дивана, интенсивно кося глазами вниз и чуть в сторону.
Здесь следует отметить, что квартира, в которой обитала Симона была сделана под студию. Предыдущие хозяева снесли внутреннюю стену, увеличив свободное пространство и количество проникающего внутрь света. Симону, как девушку свободную и чаще спящую в самолетах, чем в собственной кровати, планировка квартиры устроила полностью. В том числе и потому, что появлялась она в ней редко. Основная функция жилья сводилась к хранению её вещей. Такой подход привел к тому, что обстановка была близкой к спартанской. Диван, складной деревянный столик на азиатский манер, предполагающий сидение на полу, встроенный в стену шкаф и такая же встроенная откидная кровать, которая вынималась крайне редко. Вот и всё, что здесь имелось, за исключением кухонного шкафа, плиты и мойки. Даже шторки на окнах отсутствовали, вместо них стекла закрывали жалюзи. Даже в монастыре было менее аскетично. Но соседку, вроде, всё устраивало.
И вот сейчас, вытянув голову и заглянув за спинку синего дивана, я увидела силуэт лежащего под пледом тела, укрытого с головой.
На размышления много времени не потратила. Вытянула из подставки самый большой нож, захватила длинную деревянную ложку и вернулась к дивану, обойдя его с другой стороны. Зажав ложку в вытянутой руке, я потянулась к телу и ткнула кухонным орудием куда-то в область голени спящего.
Тело сонно пошевелилось, невнятно замычало, из-под одеяла показалась женская рука, которая повозилась у подушки, а после над постелью приподнялась черная взлохмаченная макушка.
– Руся?! – в один голос завопили мы с Нисой.
Глава 18
Муза содрогнулась и резко села. Замерла, словно оцепенела, после медленно повернулась в мою сторону и… заорала.
Да так, что я выронила и нож, и деревянную ложку, схватившись за уши, чтобы хоть как-то приглушить вой этой сатанинской бензопилы, в режим которой вдруг перешла муза.
Как только одолженные мною у Симоны боевые орудия стукнулись об пол, Фируса вихрем сорвалась с дивана, кроликом прыгнула в дальний угол и там сжалась в комок.
Повисла тишина, хотя момент её наступления я пропустила. Тщательно берегла барабанные перепонки от новой порции визга, потому как от первой еще стоял звон в голове.
Когда я отняла руки от ушей, Ниса заговорила:
– После твоего выступления у меня есть вопрос: кто из нас банши – я или ты?
– Возможно, кто-то из твоих родственников отметился, а вернее, пометил семейное древо нашей музы, – проговорила я, обращаясь к Нисе, но глядя на Фирусу. Муза поджимала ноги и заламывала руки, продолжая пытаться стать как можно меньше в размерах.
– Ты чего там засела? – решительно вопросила Ниса. – Паучье гнездо собралась вить?
– Почему паучье? – тонким голосом, по звучанию которого я даже успела соскучиться, пискнула Фируса.
– А какое? – с обидой насупилась банши, глядя на музу сверху-вниз без какого-либо сочувствия. – Ты же у нас паучиха. Паутину в городе наплела, а сама в сторонке засела.
– Да, – кивком поддержала я подругу. – И по какому поводу были эти вопли? Ты же нас сразу узнала!
– Узнать-то я вас узнала, – шмыгнула носом муза. – Вот только не ожидала увидеть вас ночью, да еще стоящими надо мной с ножом!
– Так, – с непоколебимым желанием разобраться, начала Ниса. – Во-первых, с ножом стояла только Ди. Во-вторых, ты сама-то что тут забыла?! Как ты оказалась в этой квартире?
– Через дверь, – моргнула длинными черными ресницами муза.
Мне это надоело. Я пересекла комнату и щелкнула выключателем, включая разом все лампы в квартире. Подруги недовольно поморщились, но против ничего не высказали.
Вернувшись к дивану, спихнула в сторону плед, села и жестом пригласила Нису сделать то же самое. Вместе с Нисой зашевелилась и Фируса, но моментально замерла, стоило банши рявкнуть:
– А ты куда собралась?! – муза плюхнулась обратно на пятую точку и выпучила на нас свои огромные глаза.
– Итак, давай, рассказывай, – с улыбкой начала я, закидывая ногу на ногу. – Что за бродячий цирк ты устроила?
– Почему бродячий? – не поняла Ниса.
– Потому что она бродит по всему городу в то время, как должна сидеть на попе ровно! Именно так, как делает это сейчас! Записочки, цветочки! У тебя что, весеннее обострение?
– Так-то лето на дворе, – вставила Ниса.
– Значит, у неё летнее обострение! – я была не в том настроении, чтобы сдавать позиции.
Но мой гнев утих так же быстро, как и вспыхнул.
Потерев виски, я поняла, что если прямо сейчас и прямо здесь не получу внятные ответы, моя голова просто взорвется.
Возможно, даже, мозгами забрызгает идеально белые обои Симоны.
Кстати, о Симоне…
– Ты знакома с моей соседкой, – я не спрашивала.
Утверждала.
Муза потупила взгляд и бледнеющими губами прошептала:
– Да.
– Ух, ты! Нам ты об этом, видимо, опять «забыла» сообщить, да? Как там Гриша говорил? – она повернулась ко мне, припоминая слова вожака волков. – Выборочный маразм?
– Что-то типа того, – подтвердила я. – Вы с Симоной познакомились до или после её появления за моей стенкой?
– До, – вновь едва слышно вымолвила муза, избегая смотреть мне в глаза.
– Как давно? – спросила Ниса, выпрямляясь и напрягаясь всем телом, будто готовая в любую секунду сорваться с места.
Ответ, который мы получили был самым неожиданным. Я могла предположить всё что угодно, но только не это.
– Почти всю жизнь, – обхватывая себя ладонями за сильно истончившиеся плечи, проговорила муза. – Она моя старшая сестра.
– У тебя есть сестра?! – подхватываясь с дивана, заорала Ниса. – Как? Откуда? Почему ты нам не рассказывала? Что еще ты от нас скрыла?
– Тише, – притянув подругу к себе, я принудительно усадила порывающуюся встать банши обратно на диван. – Как и откуда у неё появилась сестра вопрос бессмысленный, потому что ответ на него очевиден. А с остальным сейчас разберемся. Только не ори, это обычная панелька, здесь слышно, как пес двумя этажами ниже на улицу просится! Еще пару минут таких воплей, и соседи кого-нибудь вызовут.
– Кого? – фыркнула Ниса. – Экзорциста?
– Ага, летучий отряд батюшек, – проворчала Руся.
Ниса прыснула со смеху, что чуть умерило её пыл. Прикрыв рот ладошкой, решила поорать полушепотом оттуда:
– Кажется, мы тебя совсем не знаем, подружка! Может, у тебя еще и брат имеется?
– Нет, только сестра, – замотала головой муза. – А не говорила, потому что… Симона служит Совету.
Повисла тишина.
– Так, значит, это правда, – и Ниса с растерянностью поглядела
