— Мало того, что его с детства учили на людей смотреть как на вещь, — продолжила Бри, — еще эта история с Королем. Я его боюсь!
— Драммонда? — уточнила Агни.
— Короля! — воскликнула Бри. — Кольцо это синее мне палец ломает. Светлые фейри меня заколдовывают, и я брожу ночами. Я не просила!
— Никто не просил… — негромко ответила Элли. — Ни я, ни Грэм. Ни ты.
Агни неожиданно рассмеялась.
— Значит, среди вас я самая обычная смертная викканская ведьма? Не могу сказать, что недовольна. Не хочу ни титулов, ни бессмертия, лучше Камю перечитаю.
— Я тоже обычная! — взвилась Бри и неожиданно поменяла тему: — Между прочим, скоро ужин.
— У тебя часы, что ли, встроены? — восхитилась Агни.
Бри раздраженно указала пальцем на будильник.
— Никакая магия мне не помешает насыщаться. Еда — слишком важная часть жизни, чтобы я ее игнорировала.
Агни пожала плечами и поднялась следом за Брианной. Сама она могла легко не есть пару дней, вот только без воды приходилось тяжело. Поколебавшись, она надела синий плащ Факультета, решив обойтись без пальто. Вуаль Фейри защищала школу от осадков и ветра. Заперев дверь, девушки пошли вниз.
В холле, у самого подножия лестницы стоял Грэм в сопровождении Робина. Паку Элли была готова обрадоваться. Брианну полукровка поприветствовал как давнюю подругу, Агнесс тоже улыбнулся весьма радушно.
Грэм в два прыжка одолел часть лестницы и схватил Элинор за руку.
— Я же сказал — не выходить без меня, — вполголоса произнес он.
Элли поняла, что просто забыла. Голос Грэма казался обманчиво спокойным, но суровые металлические нотки она в нем различила. Ей стало неуютно.
«Слишком много заботы! — подумала она. — Вот странность — ее может быть много».
— Я в столовую… — попыталась оправдаться Элинор. — И я не одна.
Грэм обернулся на Агни и Бри и снова посмотрел на Элли.
— Пока по школе бродит мастер наводить иллюзии, тебе стоит быть особенно осторожной.
Грэм свел Элли вниз и остановился возле Робина.
— Что ты чувствуешь?
— Мистрис Элли определенно изменилась, мой… — под грозным взглядом юноши пак осекся и наклонился к Элинор, бесшумно вдыхая ее запах. — Он мог что-то дать ей.
— Что? — Грэм обратился разом к Элли и Робину.
— Что-то очень интересное и что не захочется снимать, — рыжий бес внимательно осмотрел девушку, но она была закутана в плащ.
«Покажи им кулон, — прозвучало в голове Элли. Но какой-то другой голос визгливо и страшно кричал: — Нет! Нет!»
Только рука метнулась к горлу, то ли стремясь защитить подарок Гавейна, то ли показать его друзьям.
Грэм бережно развязал плащ у горловины и слегка распахнул его. Потянул за тонкую цепочку, вытягивая кулон из-под одежды. Цепочка обвивала его пальцы, сопротивлялась. Серебряный цветок распахнулся, словно маленькая пасть, защемляя пальцы.
— Что это? — с легким отвращением спросил Грэм.
Элли не видела, что происходит с кулоном, но чувствовала, что на ее шее что-то копошится и щекочет. Точно огромное насекомое. Она не боялась, но прикосновения были неприятные.
— Да снимите с нее эту гадость! — воскликнула Брианна, и Элли дернулась от страха и внезапно накатившей брезгливости.
Робин услужливо попытался распутать пальцы Грэма от цепочки, но почти сразу опустил руки. Украшение не давалось, проходило насквозь.
— Проклятые мороки, — пробормотал пак и крикнул Грэму: — Рви!
Драммонд смотрел на цепочку как на одушевленное и отвратительное существо.
— Я могу этого коснуться, — сказал Грэм, — потому что он это создал. Хоть какая-то польза от проклятой крови.
Грэм дернул изо всех сил, слабое звено лопнуло. Элли почувствовала, как в легкие врывается свежий воздух, а в голове проясняется. Она и не чувствовала, в каком удушающем смраде и мраке находилась до сих пор. Все кошмары, которые она видела за последние недели, разом всплыли в памяти, вырвав вскрик, но тут же растворились в небытии.
Элли отпрыгнула в сторону и решилась взглянуть на то, что считала памятью об отце. Цепочка и кулон, сжимающие пальцы Грэма, преобразились. Теперь это был обрывок живой ветви, небольшой отросток с хищным цветком. Растение переползало с ладони на запястье и продвигалось выше. Элли, Агнесс и Брианна с разной степенью ужаса и омерзения смотрели за его манипуляциями. Грэм стряхнул цветок на пол и наступил на него. Пак присел рядом на корточки, наблюдая, как цветок превращается в сероватую жижу и по капле просачивается в каменный пол. Когда все закончилось, Робин взял Грэма за руку и поднес к губам, будто готовясь поцеловать.
— Ты победил, мой… — он замолчал, не сводя с юноши озорного взгляда. — Пока не вернулась Темнейшая Королева, я буду служить тебе. Не желаешь быть моим королем, будешь просто моим.
Брианна посмотрела на пака с любопытством, Агнесс слегка закатила глаза. Элли недоуменно переводила взгляд с одного на другого.
— Мы поесть не опоздаем? — пришла в себя Элинор.
Грэм глубоко вздохнул, словно тоже освобождаясь от незримых чар.
— В последнее время еда стала проблемой, — признался он. — Обычно Олвен и Дейдра Грайне мне помогали.
— А что? — неожиданно благодушно спросила Агни.
Пак привстал на цыпочки, поднял голову, словно к чему-то прислушиваясь, и стремительно выскочил из общежития. Юноша и три девушки вышли за ним и пошли по каменным тропинкам в сторону особняка.
— Повар и его помощница… просто отказались давать мне еду, — пояснил Грэм почти с улыбкой, — а лепрекон, оказывается, умеет весьма метко плеваться. Я хотел съездить в Дублин, но Лэнгдон меня не повез. Розамунда, когда сталкиваемся в коридорах, рычит. Не знал, что она умеет! Если бы хранитель Модрон не был подданным Оберона, меня бы и в Башню не пустили.
Грэм помолчал секунду и рассмеялся. Агни улыбнулась в ответ.
— Думаю, сообща мы сможем тебя накормить, — сказала она весело, и Элли ощутила, как преграда между этими двумя пусть частично, но пала. — У меня с Браном и Азрой прекрасные отношения.
— Благодарю, — Грэм слегка поклонился, продолжая улыбаться. — Мистрис Катриона уже предложила мне есть с преподавателями, но мне так нравится наша столовая.
— Давайте сядем рядом, — почти прошептала Элли, сладко прижимаясь щекой к плечу Грэма. — Передвинем столы и будем все вместе. Я так этого хочу!
Перенести столик с одного конца столовой на другой оказалось гораздо легче, чем прийти к такому решению. Если это кого-то и удивило, вида не подали. Пара брауни выполнили приказ, поклонились и отправились в глубину кухни пить молоко. Грэм выглядел довольным как кот, оттого что фейри выполняют его приказы.
Олвен и Дейдра Грайне тоже не высказали изумления, что теперь будут сидеть рядом — может быть, знали больше, чем говорили, может, не привыкли возражать своему трикветру.
— Тебе как обычно? — только спросила Олвен, и Грэм молча кивнул.
Маленький повар-лепрекон только раздраженно подпрыгивал за стойкой раздачи, наблюдая, как Олвен и Дейдра Грайне набирают на свои подносы еду не только для себя. Его подручная, некрасивая и молчаливая женщина-гвиллион по имени Азра, тоже не проронила ни слова, но смотрела хмуро.
«Если бы я тоже могла им приказывать… — подумала Элли с досадой. — Но они такие… — она шла от раздачи с подносом, умудряясь оглядываться на ходу, — суровые».
Гвиллион казалась свирепой, только по недоразумению служащей людям, а лепрекон… она по сказкам знала, какое это племя жестокое и насмешливое.
Элли сидела за столиком, рядом с Агни и Бри, на расстоянии вытянутой руки от нее сидел вполоборота Грэм, теперь он был бесконечно близко. Элли неторопливо ела овощное рагу с изюмом, мысли успокоились и стали такими же неторопливыми.
«Фейри ищут магистра, мой отец ищет… маму, — думала она. — У Благого Двора есть Король… который ненавидит меня. Потому что я темная. А Королеву Неблагого Двора ищут? Может, она поможет мне, защитит?»
Неведомая заколдованная женщина представлялась грозной… и все. Какой-то целостной картинки, какая правительница из себя, у Элли не было, а расспрашивать темных… На это нужно было решиться. Да и зачем?»
