реальности было моему собеседнику недоступно, так что уже на вторую секунду он оживился: — Да, я просил! Я рад, что хоть кто-то из вас запомнил тему прошлого урока! Если бы этот кто-то ещё и отвечал сразу, а не препирался со мной по нескольку минут, было бы совсем замечательно!
— Простите, наставник, — общаемся меньше минуты, а я уже с ностальгией вспоминаю Круг — у нас таких учителей не было.
— Хорошо-хорошо, — наконец-то сменил гнев на милость седобородый. — Значит, Чёрный век ликантропии! — торжественно начал он. — Все вы знаете, что волки и собаки занимают особое место в истории Ферелдена и его народа. В те давние времена, когда мерзкие оборотни бродили по нашим землям, принимая облик людей и сея хаос от деревни к деревне, только собаки могли отличить настоящего человека от злого демона в шкуре зверя. То была кровавая страница истории, и много ни в чём не повинных людей сгинуло, пока наши предки не извели кровожадного врага…
Человек говорил долго, путано и время от времени сбиваясь на повторения, но энергия от исполнения его желания ко мне поступала, позволяя примириться с некоторыми особенностями подачи материала. Было этой энергии не так уж много, но и не крошки со стола. Впрочем, не проскальзывай в его рассказе некоторые неизвестные мне факты, я бы в этом сне надолго не задержался.
Тем не менее на сколь-либо долгую лекцию моего импровизированного «наставника» не хватило — то ли я попал в его сны под утро, хотя Нерия и Шианни ещё спали, но это ладно — старые люди часто встают рано, то ли вытянутой со старика силы было многовато, но факт оставался фактом — лектор проснулся, и мой перекус, совмещённый с просвещением, завершился. Ну что же, его отпечаток я запомнил, и можно будет прийти ещё несколько раз — приятного разнообразия ради и зарядки ума для. Ну а раз я уже освободился и подкрепился, то неплохо бы заняться своим «домом», насколько это понятие подходит для домена демона.
Глава 5
Следующие несколько дней я потратил на поиски подходящей основы для домена, и дело это оказалось не то чтобы простым. Стабильных островов и объектов в Тени, если задаваться целью их найти, обнаружить получалось много, но абсолютное большинство из них не отличалось хорошей детализацией, а те несколько стабильных аномалий, о которых я узнал от Ашарены во время разговора, или мне совсем не нравились (как, например, висящий в пустоте замызганный стол с въевшимися в древесину потёками пьяной рвоты), или уже были кем-то заняты.
Кстати о последнем. Свободно бродящие по Тени демоны оказались неожиданно редким явлением. Мой опыт проникновения в Фэйд во время жизни приучил меня к тому, что каждый раз это выглядит как штурм укреплённого лагеря армии или хотя бы как рейд в дикие, полные монстров земли. Пребывание же тут в роли демона Желаний показало совсем другую картину — я мог лететь в одну сторону несколько часов, не видя и не чувствуя ни единого виспа. Скорее всего, в развитых доменах всё было иначе, но в свободной Тени путешественника ждала пустыня с редкими очагами какой-то активности.
Первым таким очагом был демон Гнева в окружении десятка виспов. Истекающая огнём студенистая фигура мрачно сидела в почерневшей яме на одном из островов и вяло ругалась на Чёрный Город, деревья, траву, камни, виспов и скуку. Грубо говоря, он ругался вообще на всё, что попадало в поле зрения, монотонно и медитативно рассказывая вслух, как бы хотел всё сжечь и какие все вокруг уроды, начиная от виспов и расплывающегося образа-камня, заканчивая травинкой — во всём он умудрялся найти недостаток и неизменно приходил к выводу, что всё это его бесит и всё надо сжечь. Эмоции его соответствовали, рождая прямые ассоциации со сквернословящим на некую неприятность, но пока сдерживающимся человеком, которому, однако, достаточно одной искры, чтобы начать крушить всё вокруг, выплёскивая скопившийся гнев.
После него я повстречал ещё парочку демонов Гнева, маленького и слабого демона Праздности, троих демонов Голода и одного Гордыню. Все ходили в окружении свиты из виспов, а Праздность и Голод облюбовали острова с аномалиями Тени, которые мне, впрочем, тоже не очень-то подходили. Праздность созерцал древнюю вазу, а Голод поселился в куске деревянного сарая. У них не было доменов, да и по силе они уступали известной мне Желанию больше чем на порядок, но лезть в драку за место я всё равно не стал — мне нужно было что-то иное.
Надо сказать, перемещался я, стараясь маскировать свою сущность и уровень сил, но все встреченные демоны всё равно понимали, что перед ними кто-то сильный, и вели себя предельно корректно, даже демоны Гнева. А всё дело в том, что я напрямую летал между островами. Фэйд — пространство непостоянное, и даже перемещение по прямой тут — процесс не самый очевидный. Наиболее выражено это в белёсой хмари, где я обитал изначально, но и в нормальной Тени всё было весело. Много пересекающихся между собой векторов и мерностей приводили к тому, что, делая шаг вперёд без применения Воли, ты можешь двинуться вбок, а каким-нибудь шагом назад — подпрыгнуть. При этом на каждом острове могли действовать свои законы перемещения в пространстве, как совершенно ничем не отличающиеся от действующих в реальном мире, так и прямо им противоположные. Но в рамках одного острова к этому было можно приспособиться, да и просто пересилить работающие на нём концепции, воплощая собственные, мог, наверное, почти любой демон или дух, а вот выходя за пределы острова, он уже был вынужден тратить намного больше энергии и противостоять намного более хаотичному распределению пространства.
Я уже давно привык вкладывать в каждое движение концепцию именно того эффекта, который данное движение должно достигнуть: шаг вперёд — это перемещение вперёд, прыжок вверх — это перемещение вверх и никак иначе, перенос веса с носка на пятку — это не поворот всем корпусом налево, а только перенос веса с носка на пятку, ну и так далее. К тому же мне сильно облегчали жизнь крылья Уртемиэля, с их способностью, а главное — рефлекторным навыком при полёте создавать мелкие протозаклинания, которые заставляли Тень работать так, как того хотелось мне, ничуть не хуже демонической Воли. И для моих запасов энергии было совсем несложно преодолеть чехарду концепций, которые в пространстве между островами могли чередоваться совершенно произвольным образом, по типу: для первого метра «вперёд» означает «вправо», для второго метра
