Деревянный бочонок ударился о его лодыжку, отскочил от чурбана для посадки на лошадь и разбился, врезавшись в угол магазина. Эль фонтаном брызнул на пешеходов, кареты, лошадей и свежевыглаженный сюртук Блейка.
Морщась от того, что одежда его испорчена, а нога снова покалечена, держа извивающегося щенка под мышкой, он приподнялся на локте и обежал глазами улицу в той стороне, откуда прикатилась бочка. Телега с пивными бочонками остановилась на перекрестке, мешая уличному движению, когда возница спрыгнул вниз и погнался за раскатившимися бочками. Вроде ничего в этом подозрительного, если не считать его недавней стычки с Огилви и вчерашней ссоры с Каррингтоном. Трудно возложить на кого–то вину за случившееся, не имея никаких доказательств.
Щенок лизнул его в забрызганный элем нос.
Чертыхаясь, Блейк поставил глупое животное. Разорванный сапог свидетельствовал о том, что бы с ним случилось, будь он менее расторопным и бочка успела бы врезаться в него всей массой. Его могло убить.
Блейк отчетливо вспомнил тот беспомощный ужас, который пережил, наблюдая, как его дядю уносит бурлящий поток. Он не знал двух старших дядьев, которые погибли в сражении, но эта смерть навечно запечатлелась в его памяти.
Если ему суждено умереть, он предпочел бы, чтобы это случилось во время исполнения им какой–нибудь более важной задачи, чем спасение щенка. Похоже, он был бы целее на поле боя, чем на цивилизованных городских улицах.
Кто–то в толпе помог ему подняться. Несколько молодых людей узнали его, и скоро он уже был в своей квартире, пропитанный элем, с распухшей в сапоге ногой и радостным щенком, трусящим за ним по пятам.
Либо он должен поверить в то, что Огилви пытается его убить, либо что он на самом деле проклят.
— Какая жалость, да? Твой жених ранен и не может произнести обеты?
Джослин чуть не уронила: отрез ткани при звуке фальшивого гнусавого голоса позади нее. Она подумала было резко повернуться и «случайно» ударить Антуанетту рулоном материи, но глубоко укоренившаяся привычка соблюдать осторожность взяла верх. Она натянуто улыбнулась, слегка повернулась, кивнула и вежливым тоном ответила:
— У Блейка всего лишь незначительный ушиб. Свадьба состоится, как и планировалось.
По крайней мере, она надеялась, что ушиб Блейка незначительный. Последние дни она не находила себе места, потому что этот несносный упрямец не разрешил ей навестить его. Его друзья заверили её, что с ним все будет в порядке.
— Ах, но это же прекрасно, — прочирикала Антуанетта. — Значит, ты перевезешь бедного мальчика и его птиц обратно в Челси. Такое ужасное место этот Челси, но приходится принимать от судьбы то, что она дает. В тебе так много достойного восхищения, маленькая сестренка.
Антуанетта постучала своим кричаще–красным зонтиком по плечу Джослин, оглядывая магазин, полный богатых дам и снующих туда–сюда продавцов.
Джослин заметила, что платье невестки изобилует таким количеством оборок и рюшей, какое женщине ее возраста и е таким большим бюстом не стоит носить. И покрой у него слишком неприличный для дневного времени, но это в ней говорит актриса.
— Ты пригласишь нас в гости, когда устроишься? — спросила Антуанетта.
Джослин от удивления чуть не упала.
— Вы же не любите ни Челси, ни меня, ни Ричарда. Не представляю, зачем вам это.
Хотя она припоминала, как Антуанетта время от времени ворковала над попугаями, по–видимому, чтобы подразнить Ричарда. Антуанетта такая же подлая, как и Гарольд, только гораздо хитрее.
Ее невестка по–птичьи наклонила голову набок.
— Когда выйдешь замуж, ты поймешь. Твой умный будущей муж, он разговаривает с птицами?
— Да нет никаких птиц, — раздраженно ответила Джослин, отложила рулон материи и направилась к двери. — Это Огилви вбил себе в голову, что у нас герцогский попугай.
Она покинула магазин, оставив свою невестку хмуриться ей вслед.
И что, скажите на милость, это значит? Антуанетта даже не попросила денег.
— Дорогой Блейк никогда не был из тех, с кем вечно что–то случается, — обеспокоенно произнесла леди Монтегю, растягивая образец ткани на окне дома в Челси. Работник, которого она наняла, отскребал окно снаружи. — Я просто не могу взять в толк, как бочка могла укатиться в тот момент, когда он был единственным человеком у нее на пути.
Джослин подняла другой конец муслина и промолчала. У нее было почти две недели, чтобы поразмышлять над случившимся без прямых сведений от главного участника, не считая его невежливых записок относительно рациона Перси.
Впервые услышав о столкновении мистера Монтегю с пивной бочкой, она хотела было навестить его, но потом вспомнила, что ее жених не любит, когда над ним суетятся. Поэтому она терпеливо ждала, когда он пошлет за ней. Она бы все равно пошла, особенно после странных расспросов Антуанетты в магазине, но короткие записки Блейка успокаивали ее озабоченность и лишь уточняли кое–что в поведении Перси.
Следуя примеру установленной им сдержанной дистанции, Джослин давала ему подробные ответы, затем вырезала объявление об их предстоящей свадьбе и послала ему — просто на случай, если он забыл.
— Надеюсь, он выздоравливает? — спросила Джослин леди Монтегю, скрывая свое беспокойство.
— Он идет на поправку, ворчит, рычит и работает над одной из этих своих головоломок, но я настояла, чтобы он не покидал дом лорда Квентина, пока лодыжка не заживет. Я крайне признательна, что друзья присматривают за ним, но мне, ей–богу, жаль, что он не взял специальное разрешение, чтобы вы с ним могли поселиться в деревне, где бочки не катаются по улицам.
Джослин понимала, как глупо верить в то, что Блейк удовлетворится жизнью в деревне, но не стала поправлять леди Монтегю, которая оплачивает большую часть ремонта Каррингтон–Хауса просто для того, чтобы чем–то занять себя и хоть немного отвлечься от тревоги за сына. Видимо, суеверие женщины о безвременной кончине сына навело ее на мысль о том, что женитьба разрушит проклятие.
Джослин между тем была уверена, что решимость мистера Монтегю играть со смертью гораздо большая проблема, чем какое–то проклятие: он голыми руками остановил понесшую лошадь и бросился наперерез полной бочке эля, чтобы спасти щенка. Он просто не в состоянии думать о собственной безопасности.
Она услышала о геройствах своего нареченного, после того как заставила мистера Атертона объяснить, почему Блейк прислал ей собачонку. Бедняга последовала за мистером Монтегю домой после происшествия на дороге. Это было лохматое глазастое существо с виляющим хвостиком, скорее терьер, чем шпиц, как ей кажется, и просто прелесть. Если мистер Монтегю и дальше будет присылать ей такие подарки как щенок и котенок, она может привязаться к этому несносному мужчине.
